Быть свидетелем у Миши не получилось по реальной причине, тот заболел воспалением лёгких, а переносить роспись уже не получалось. У Лёши было много хороших друзей, один из них и стал его свидетелем. Лёша так и не сказал маме, что он расписался, но, когда он начал собирать вещи, чтобы переехать на съёмную квартиру, у мамы был шок. Она пыталась хвататься за сердце, но Лёша знал, что у мамы с сердцем всё в порядке, недавно она была у врача и похвалилась этим перед сыном.
- Ты никуда не пойдёшь, выдумал же такое.
- Мама, я хочу хоть попробовать жить отдельно, мне тридцать один год, а я всё ещё перед тобой отчитываюсь, где я и с кем я.
- Но я твоя мама!
- Да, но я и сам хочу уже стать отцом.
- Ты ещё не дорос до такого. Кто она?
- Мама, этого я тебе не скажу, даже не пытайся. Ты скольким девушкам устраивала скандалы? А с этой не получится. Потому что я люблю её, мама.
- А меня ты уже не любишь?
- Мама, ну что ты такое говоришь? Ты сейчас похожа на обиженную девочку. Как это не люблю? Ты – моя мама и я буду к тебе приходить раз в две недели. Но сам.
- Лёшенька, ну хоть познакомь нас, может, она мне понравится.
- Мама, то же самое ты говорила в прошлый раз. А потом обозвала её девушкой лёгкого поведения. Мама, я хочу иметь свою семью. Или ты хочешь, чтобы я до твоей смерти сидел дома?
- Ты что, хочешь моей смерти?
- Мама, не передёргивай. Пока возьму эти вещи, потом, через две недели, приеду за остальными.
Лёша вышел с двумя сумками, а мама сидела на кухне и рвала на мелкие кусочки какую-то бумажку, представляя, как она это делает с той…, которая забрала у неё сына. Хищница, конечно, такой красавчик, с хорошей зарплатой…
Жизнь потекла своим чередом. Лёша, как и обещал, приходил домой раз в две недели. Сначала мама звонила, чтобы он пришёл то прокладку поменять нужно, то гвоздь расшатался, но Лёша после первого звонка, когда увидел, что ничего не течёт, перестал реагировать на такое.
Мама хотела проследить, с кем он идёт домой после смены, но, первое, она работала на час дольше сына, а второе, хоть она и отпросилась дважды с работы, но попала как раз, когда Лёша был во вторую смену да и там было две проходные. Откуда она знала, что Мила работает на этом же заводе, но в заводоуправлении. И что работа у неё начинается на час позже и заканчивается также на час позже.
В общем, поняла Татьяна, что таким образом ничего ей узнать не удастся. Прошло три месяца. Мила с Лёшей жили душа, как говорят, в душу. Лёша не мог нарадоваться женой, жаль, не мог её показать маме, та каждый раз говорила ему одно и тоже.
– Бросай свою прош@довку, возвращайся домой, она тебя только доит. Наигрался в женатого мужчину и хватит.
Ну и как было говорить маме о том, что у Милы задержка? Лёша был счастлив, правда, у них на работе перестали выплачивать премии, сказали, нет реализации. Когда Мила уже уходила в декрет, пошли разговоры, что завод могут закрыть. Люди не верили в это – ну как это, закрыть целый завод? Там же работает более пяти тысяч человек.
Разговоры оказались не напрасными, завод вскоре закрыли, выплатив какую-то сумму, прямо-таки сказать, смешную, в качестве выходного пособия. Им нужно было платить за аренду квартиры, покупать что-то для ребёнка. Хорошо, Лёша немного откладывал деньги, декретные Мила получила, да и родители её, когда приезжали, что-то привозили из продуктов, совали дочке пару купюр.
Родилась доченька, вылитая папуля, Лёша нарадоваться не мог своей красавицей. Он даже маме сказал, что он теперь отец и что он официально расписался. Как же она кричала на сына, как обзывала его жену, что она ребёнка нагуляла и повесила сыну на шею. И что она никогда не признает этого ребёнка.
И при этом даже не задумывалась о том, что у сына могут быть чувства. Он тогда просто хлопнул дверью и ушёл, решив, что больше к маме не придёт. Конечно, Татьяна поняла, что перегнула палку, что обидела сына, но решила стоять на своём, мол, никуда он не денется, приползёт на пузе.
Времена для их города настали трудные, Татьяна также могла вылететь на пенсию, так как молодые сидели без работы, поэтому следить за сыном она перестала. К Лёше и Миле иногда забегал Миша, он какое-то время перестал было ходить, потом стал частым гостем. Конечно, старался приходить не с пустыми руками.
- У вас очень уютно, хотя и съемная квартира, - как-то сказал он.
Лёша отчаянно пытался найти работу, но с его специальностью было сложно что-то найти. Он готов был пойти на любую работу, но в тот момент таких, как он было много, а работы было, наоборот, мало. Он даже пожаловался другу, что деньги тают, как комок снега в ладони – чем сильнее жмёшь, тем быстрее тают. А тут ещё у Милы проблема с молоком, нужно Катю докармливать.
Лёша устроился грузчиком, работа раз в три дня, но хоть что-то. И тут приходит Миша и говорит, что его родственник предложил работу на вахте. Три месяца работаешь, три дома, потом снова три месяца. Работать нужно на разработке какого-то там месторождения, в тайге.
- Представляешь, родственник за год скопил на квартиру. Он ещё и эти три месяца, что был дома, нашёл ещё подработку, правда, в селе, но даже так, вам же своё жильё нужно, да и дочка растёт.
- Лёша, я против, - сказала вечером Мила.
- А тогда что ты предлагаешь? Дома сидеть или к маме идти с поклоном? Мишка уже собирается ехать. А что дома можно высидеть?
- Ой, я твоему бы Мишке не доверяла.
- Мила, милая моя жена. Будет плохо, я вернусь, да и всё.
В общем, убедил он Милу и поехал. Конечно, не всё было так просто, нужно было поучиться, но не долго, две недели и за них платили ученические. А зарплата была такой, как и обещал Миша. И бригада хорошая. Писал домой сообщения, иногда звонил. Написал несколько сообщений маме, звонить не стал, сказал – связь плохая.
Потом уже позвонил Миле, что послезавтра заканчивается вахта, деньги получит и сразу домой, билет на самолёт уже есть.
Неделя прошла, в Лёши нет. Пришёл Миша и сказал, что Лёша куда-то вышел накануне вылета и больше не вернулся. Искали его все, но не нашли. Деньги находятся на его счёте и отдать могут только Лёше.
У Милы потемнело в глазах, и она кулем свалилась на пол. Очнулась после того, как Миша шлёпнул её по щекам и брызгал водой. А тут ещё и Катенька начала кричать. А что кричать? Нужно было кормить, а молока у Милы не стало совсем.
- Ты это, Мила, не переживай, я тебе буду помогать. Сам ведь Лёшу туда сманил, теперь на мне ответственность, так сказать, - заверил её Миша.
Мой телеграмм (мало ли что случится)
Подборки других рассказов на канале
Копирование, полная или частичная перепечатка, размножение и размещение материала на любых других ресурсах запрещены без письменного согласия автора