Ясным летним утром сорок первого года отец и мать провожали дочь на войну. Девятнадцатилетняя Зиночка, младшая дочка пожилых супругов, только что закончила медицинское училище. Отец, Алексей Иванович, гордился, что сумел выучить дочку: снимал угол в городе, возил деревенские продукты, покупал крепдешиновые платья, чтобы Зиночка была одета по моде.
В деревне завидовали: «Как там ваша Зинка? Стала фельдшерицей? Теперича загордится». Алексей Иванович отмалчивался, а Татьяна Матвеевна, отвечая любопытным бабам, незаметно сплёвывала: «Тьфу-тьфу, как бы не сглазили!»
Родители радовались: дочка будет работать в городе. Глядишь, и жениха найдёт себе городского. Но началась война, и в первые же дни мобилизации Зиночке пришла повестка: забирают в армию.
У околицы Алексей Иванович придержал лошадь: «Возвращайся домой, мать, мы поедем шибче, а то и к вечеру не доберёмся». Татьяна заголосила, перекрестила дочку, сунула крестик в карман и прошептала осевшим голосом: «Береги себя, деточка! Бог с тобою!»
— Письмо пришли, когда на место попадёшь, — прощаясь на призывном пункте, обнял дочку Алексей Иванович. — Даст бог — война к осени закончится, тогда вернёшься домой. Служи — не тужи! А уж мы будем молиться за тебя!
В строю таких же юных, но сразу повзрослевших девчонок, Зиночка внезапно поняла: их ждут суровые времена. И война ни к какой осени не закончится! Такое же предчувствие было у всех, кто в этот день собрался у военкомата. Женщины тихо плакали, мужчины были серьёзны и молчаливы. Девушка не смогла сдержать слёз и разревелась, как маленькая, не столько от страха, сколько от того, что была слишком молода и мечтательна. А тут все мечты рухнули в одночасье. Прощай, любимая работа! Прощай, вся жизнь! Убьют, наверное! Ничего не успела, даже нигде не побывала, кроме маленького городка, где училась.
Но судьба была благосклонна к Зиночке: не убило, даже не ранило на фронте. Зато сколько пришлось пережить наивной девчонке за эти длинные военные годы! Во фронтовом медсанбате она испытала все тяготы воинской службы: таскала раненых, делала перевязки, стирала километры окровавленных бинтов, кипятила солдатское бельё, вместе со всеми выходила из окружения.
Ранней весной сорок пятого у деревенского дома затормозила военная полуторка, из неё вышла Зинаида в сопровождении двух красноармейцев. Алексей Иванович, вконец состарившийся за войну, сидел у самовара. Татьяна Матвеевна возилась у печки, когда услышала шаги в сенях.
— Отец, кто там ломится? Говорила тебе, крепче закрывай калитку. . .
. . . дочитать >>