Кьяр уже начал сердится из-за недоверия их Учителя, но Патин как-то вечером сказал ему:
– Как жаль, что я не смог вас сделать ещё сильнее! Не хватает времени, а вам пора отправляться.
– Почему не хватает? – Кьяр нахмурился. – Что-то ещё произошло?
– Пока ничего, но если не выявить причину изменения поведения нхангов и не устранить её, то можно ожидать чего угодно.
– Брось, Патин! Люди в городе защищены. Мы продолжим тренировки, но иначе раз ты так волнуешься.
– Увы! Не продолжите, потому что поселения ханаши в горах не имеют стен. Надо срочно проверить стаи нхангов в районе Жигулей, причём так, чтобы не напугать жителей долин и полян. Рейнджеров посылать нельзя, сразу начнутся разговоры, так и до паники дойдёт. Здесь только вы это сможете сделать. Все остальные группы Службы слишком далеко. Вот так. Думай какую легенду модно использовать, чтобы не было разговоров.
Кьяр положил руку на плечо учителя, успокаивая его.
– Не волнуйся за нас. Мы пойдем, как туристы. Никакой паники не будет. Надо только придумать, зачем нас понесло к ханаши?
– Патин, не сомневайся в нас, мы готовы, – проворчал Бат, увидев, что их Учитель хмурится.
– Ладно, вот и проверим, как вы готовы. Собирайтесь! Причина для туристов есть. Через неделю праздник сбора латука у ханаши. Это очень красиво, много музыки, песен. Угощение сказочное, костюмы фантастические.
– Значит, официально, мы едете на праздник? – улыбается Ронг. – Только вот с костюмами неувязочка выйдет.
– Никакой неувязочки. Всё, как обычно. Посмотрите, какие стаи нхангов там. Только чтобы никого не разволновать раньше времени. Аккуратно расспросите ханаши, может быть, они заметили что-нибудь странное в поведении местных стай. Может у них есть какие-то древние легенды? – Патин нахмурился. – И прошу, никакого героизма! Только разведка и анализ. Главное, вернитесь живыми. Очень нужна информация!
Кьяр угрюмо переглянулся с Мерцем, понимая, почему так нервничал Патин. Мерц угрюмо фыркнул.
– Значит, так и не выяснили, что происходит с нхангами на юге. Я прав?
Патин сморщился.
– Пробовали, не получилось. Туда, куда вы ходили, были посланы ещё две группы Советников. Они исчезли с концами. Сейчас их ищут, но я не верю, что их найдут. Мне кажется, что тогда вам невероятно повезло.
– Понятно. Собираемся, ребята! – распорядился Мерц. – Патин, нам нужен двойной запас арбалетных болтов различного типа, что-то мне тревожно, и концентраты для восполнения энергетических потерь. Самые мощные, помнишь ты хвалился посылкой из Льежа.
– Мерц, распределите всё незаметно! В Самаре живут не дураки и у самых глазастых могут возникнуть вопросы, – пробормотал Патин и отправился за концентратами и оружием.
Всё это время, каждый день Дарья баловала их изысканными блюдами с Земли и ломала голову, почему Кьяр не хочет с ней разговаривать о будущей командировке? Ночью он просто отключал её мозги, и она могла только наслаждаться.
В последний день, перед отъездом, у Дарьи хватило ума и такта не вмешиваться в сборы. Она собрала всё, что считала нужным для себя, ведр она или кто, и решительно направилась для разговора к Кьяру, упорно избегавшего её весь день. Увидев его лицо, Дарья сразу поняла всё, и когда он попытался ей нахамить, остановила его.
– Не надейся! Я не обижусь и всё равно поеду. Зря, что ли, я кнут освоила? Короче, даже не возникай! Где Кай, там и Кая!
Он до боли стиснул её руки.
– Ненавижу твои поговорки! Я хочу, чтобы ты жила!
– С тобой… – уточнила Дарья.
Кьяр вспыхнул от её слов и пророкотал:
– Тогда нам нужна земля, – и вытащил её в сад.
Она переживала что-то невероятное, растворившись не только в его ласках, но и в запахе земли. Он стал для неё частью её самой, и Дарье было необходимо, чтобы он понял это. Она мучительно подбирала слова, но пережитое наслаждение, никак не отпускало её. Как же сказать, чтобы это не было напыщенным или обыденным? Все вылилось в одной фразе, неожиданной для неё самой и для него:
– Я никогда не предам тебя, Кьяр!
– Я принимаю это, – серьёзно сказал дрен, потрясённый тем, что она сказала. Так в древности заключали брачный союз гатанги из разных областей. – Слушай, у вас на Земле точно нет гатангов?
Кьяр очень волновался, он не знал, это результат того, что он сделал с телом возлюбленной, или её собственное решение.
– Пока я там жила, не было, – она поцеловала его и улыбнулась.
– Моя! – шепнул он ей.
– Навсегда, – ответила она.
На Дарью навалилось странное состояние: она вся горела. Её удивило, с каким напряжением на неё смотрел её гатанг, но решила, что он волнуется из-за неё, и спокойно заснула на его груди. Однако утром поняла, что состояние, пережитое в саду, не прошло. Когда они уже собрались, а Мерц заставил всех попрыгать на корточках, Дарья ушла в сад и упала на землю, обняв её. Воспоминания о пережитом здесь были такими свежими, что она обнимала и целовала землю. За этим её застала Фани, которая внимательно осмотрела её. Дарья, которую всю трясло, простонала:
– Фани! Слушай, что со мной? Я вся горю. Не могу даже его видеть. Я же не больна?!
– Нет! Кьяр тебя очень необычно инициировал. Задавить его надо. Тоже мне, дрен-экспериментатор! Не захотел, видишь ли, обычным способом! Ты что, не понимаешь? – Дарья помотала головой. Фани подняла её с земли. – Он хочет, чтобы, ты была полноценной гатанги, а сам спятит от того, что сделал. Хорошо, что Мерц во всем разобрался.
Дарья не понимала, как это возможно? И кто же такие дрены, если могут такое делать? И что значит инициировал? Она вспомнила, как инициировали фейнов. Тогда возникал пожизненный союз фейна и всадника, если так, то она согласна.
Результатом переживаемого ей было сонное состояние и невероятная слабость, поэтому, когда они отправились в путь, её на руках отнёс Бат, поместив, к её изумлению, среди вурхов. На её вопрос «Где Кьяр?» Бат непонятно ответил:
– Всё нормально. На нём сидят все остальные. Он никак не может прийти в себя.
Дарья провалилась в сон. Ей снилось, что она – свежевспаханное поле и прорастает пшеницей. Во сне она впитывала мощь земли и наслаждалась негой солнца. Сон был такой крепкий, что она проспала, как их погрузили на паром, и проснулась только в повозке, которая неслась по дороге вдоль Калы.
Наваждение кончилось. Она увидела, что Мерц, сидевший рядом с Кьяром, периодически заставлял его что-то пить из фляги, тот терпеливо глотал, но настороженно вертел головой по сторонам. Вскоре дорога свернула к горам, покрытыми лесом, которые становились всё выше и суровее. Дарья опять удивилась, совпадению названий, но и только.
Дарья чуть не свернула себе шею рассматривая окрестности. Вурхов выпустили из клетки, и они свободно бежали рядом с повозкой, периодически коротко взрыкивая, тогда Дарья махала им рукой, чтобы они знали, что она не забыла их. Остановки были очень короткими: на еду и для физиологических отправлений. Экипаж и лошадей меняли. Чтобы вурхи не устали от этой гонки, их периодически подсаживая к ним в повозки, и опять дорога.
Ночевали они или в гостиницах, или на фермах, похожих на маленькие крепости. Конечно, их спрашивали куда они едут, а узнав, что приближается праздник сбора латука, большинство жителей форм обсуждали поехать в ближайшее селение ханаши праздновать или попробовать самим организовать праздник. Дарья, напирая на погоду, советовало праздновать дома. Действительно, погода всех нервировала. Как всегда, в этот месяц жару сменили свирепые ветра, приносившие ливни. Однако жара не спадала, и фермеры решили отпраздновать праздник дома.
Мерц и Кьяр догадались, что их подвигла на это решение Дашка и её интерес к тому, как будут украшаться дома фермеров.
– Умно! – шепнул ей Далн. – Теперь все точно праздновать будут дома. Особенно, когда ты предложила провести конкурс костюмов. Я до такого никогда не додумался. Теперь дамы точно засядут за наряды, которые ты назвала самобытными и отражающими изысканность вкуса мастериц.
– Знаешь, они ничего не знают, но в воздухе витает какое-то напряжение. Может у фермеров есть какой-то дар? – шепнула ему Дарья.
– Ну, какой у фермеров дар? – фыркнул Ронг.
Дарья покачала головой.
– Не скажи, мои предки были из Перми, так один из моих прадедов прославился там. Он точно говорил, в какое время надо сеять и что. В их деревне – это селение, построенное из дерева, никогда не было голода. Говорили прадед всех учил, что мельчайшие изменения в поведении насекомых, растений, птиц точно говорят о том каким будет лето. Наблюдательность такого рода – это тоже дар.
Гатанги переглянулись, понимая, что она права. Фермеры ближе к природе, чем городские жители и могли что-то заметить, но не осознать опасность, а вот тревога поселилась.
Через неделю пути они оказались в огромной долине. Бат, увидев Дашкино вопросительное лицо, сказал, что это – «Солнечная поляна». Дарья, уцепившись за плечи Бата, теперь ехала стоя, чтобы всё рассмотреть.
Долина была возделана и благоустроена ханаши. Небольшие поля с желтовато-зелёным, метровой высоты латуком, занимали почти третью часть долины, который повсеместно использовался при пошиве одежды. На склонах яркими платками были разбросаны огороды с разными овощами. Между полями с латуком, расположились длинные и узкие зеленовато-красные поля, с лежащим на земле ярко-жёлтыми, крупными «футбольными мячами», как их назвала для себя Дарья.
Послышалась нежная музыка. Теперь из-за любопытства Дарья так таращилась, что чуть не вываливалась из повозки. Посмотреть было на что. Полосатые пушистые некто (она их видела впервые, никаких аналогий с её миром), собирали жёлтые футбольные мячи. Затем эти существа их жевали и выплёвывали пережеванную массу в бочонки, которые тащили в тележках фермеры, идущие рядом с ними. Наряженные в жёлтые костюмы фермеры что-то пели, под звуки идущих рядом женщин-музыкантов, также в ярко-жёлтых сарафанах, играющих на свирелях и маленьких барабанчиках. Из-за того, что все сетиль не демонстрировали удивления, Дарья дёрнула за руку подругу:
– Фани, нам в школе ничего не рассказывали про домашних животных людей. Я поэтому ничего не знаю. Кто это?
– О них не рассказывают, потому что все про них и так всё знают. Кстати, это животные не людей, а ханаши.
– Понятно, прекрати издеваться! Кто это?
– Медведи! Здесь есть мягкие породы, легко рыть, вот они и построили себе ульи, – гатанги поощрительно улыбнулась, ей Бат рассказал, сколько Дарья читала, чтобы всё узнать о новом мире, и как ей запретили посещение библиотеки из-за её переутомления.
– Значит ульи медведей. Интересно! – Дарья засмеялась от удовольствия, ей всё больше нравился этот мир.
Она попыталась понять: на кого же похожи эти медведи? Поразмыслив, поняла, если шмелей сделать четвероногими, убрать крылья и добавить хвост, как у муравьеда, то получатся местные медведи.
– Это ульи, как у пчёл? Здесь только самки?
– Конечно, это же ручные медведи! – Фани засмеялась. – Дикие очень разные. Они хищники, и живут парами, хотя есть вроде дикий вид, который ведёт стайный образ жизни, как и одомашненные.
– Да-а, пора мне наведаться за школьными учебниками, – проворчала Дарья. – Неужели так можно изменить привычки животных?
– Нет! Это другой вид. Ханаши знали, кого выбирали для селекции.
Дарья, покивав, опять стала вертеть головой по сторонам. Вскоре показались террасы, засаженные кустами, покрытыми крупными сиреневыми цветами, похожими на земные хризантемы с бордово-зелёными листьями. Юбочкой у кустов служили ветви, покрытые сизыми ягодами.
Около каждого куста сидел здоровенный фойт. Фойты были птерами, то есть имели зубы. Они отличались очень ярким оперением, как у попугаев в Дашкином мире, но размерами и формой были похожи на земных африканских страусов, только голова крупнее, и у них были зубастые клювы. Вокруг кустов носились маленькие, размером с пуделя, чёрно-серые самки фойтов, и что-то выковыривали из земли. Каждый фойт внимательно следил за гнездовой территорией и злобно курлыкал, если молодые фойты решались на неё посягнуть.
Дарья собралась спросить, ради чего разводят фойтов, но почувствовав, что все не расположены говорить, отложила расспросы.
Уже вечерело, когда дорога упёрлась в гору, у подножия которой расположились уютные домики, утопающие в садах с яблонями, грушами и сливами. Ветви деревьев были усыпаны плодами. В центре посёлка расположилось большее сооружение с конусовидной крышей, стены которого были отделаны деревянной резьбой. Это был Зал Собраний.
Дашка вертела головой, осматривая улицы, покрытые жёлтым песком, спрессованным в плиты. Дороги окаймлял разноцветный каменный бордюр, из-за чего обычное дорожное полотно казалось ярким ковром. У каждого дома были клумбы, с незнакомыми Дарье цветами. От того, что ей было интересно, гатанги, и раньше бывавшие в посёлках ханаши, тоже стали осматриваться, замечая изысканную красоту улиц и домов.
– Приехали! – Бат спрыгнул с повозки. – Дарья, давай помогу слезть!
– Я сама, – отмахнулась она.
Пока все разгружались, Дарья занималась вурхами. Разобравшись с занозой у одного из них и с плохим настроением у другого, она подошли к открытой красивой беседке, в которой гатанги внимательно слушали седую ханаши. Она немедленно уселась рядом, слушая её рассказ.
Ханаши, заметив её, грустно вздохнула.
– Ох, ребята, вы так молоды! Я понимаю, что вам хочется повидать мир, но что же вы без взрослых-то? – и продолжила свой рассказ. – Ну так вот, когда они не вернулись, мы поняли, что дело плохо, и принесли семена цеплялки на Пост. Теперь и не знаем, что и делать, праздник-то на носу!
– О чём она? – тихо спросила Бата Дарья.
– О своих соседях. Там дальше по дороге, через горную гряду, есть долина «Жаркий ветер», оттуда уже месяц ни привета, ни ответа, хотя она рядом, – буркнул тот в ответ.
– А кто-нибудь пытался узнать?
– Да, пытались и пропали. Теперь все ломают голову, что делать? Вокруг горы, по которым так просто не пройти без специального снаряжения, а дорога теперь, судя по всему, опасна. Их удивляет, что почтовые голуби не вернулись, когда они их послали в деревню.
– Кьяр, можно я похожу и поспрашиваю?
– Нет! Не вздумай гулять ночью вокруг селения. Здесь кругом ловушки. Ханаши не строят заборов вокруг поселков, и защищаются ловушками. Кстати, их число они теперь на всякий случай увеличили. Идём ужинать! – Кьяр скользнул пальцами по её щеке и улыбнулся, почувствовав её восторг от увиденного. Удивился, что она как-то смогла это передать всем.
Она неспешно пошла рядом с ним в отведённый им дом. Стол ломился от угощений, но Мерц разрешил им есть только мясо и пить только воду.
– Нам перед экзаменом давали только пить, – шепнула ему Дарья. – Почему ты фрукты отодвинул? Они не калорийные, а витаминов полно.
– Я всё рассчитал, – бросил Мерц. – Ложись-ка спать, может сил не хватить.
Было темно, когда всех разбудил Кьяр, и они побежали. Бежали неспешно, и поэтому только в полдень они пересекли эту долину и остановились перед Постом, который, по местной моде, был вырублен в скале.
Дорогу перегораживал низко висящий камень-скала, оставлявший только узкую щель для прохода. Дарья поняла, что это – ворота, и они почти закрыты, потому что справа и слева от дороги вздымались отвесные скалы.
На Посту Мерц вручил седому гиганту Патрульному письмо, который прочитав его, нахмурил брови. Он кивком предложил всем сеть за стол и заговорил медленно и тяжело.
– Рад, что наконец, хоть кто-то откликнулся! Не понимаю, я же отослал трёх голубей в Самару, что происходит что-то странное и срочно нужны рейнджеры. Ни ответа, ни привета! Просто не понимаю!
Гатанги переглянулись, Мерц угрюмо пророкотал:
– Не было голубей. Видимо, попали в лапы птерам.
– Все? – гигант в сомнении нахмурился. – Что-то я в сомнении. Надо будет потом разобраться с этим. Теперь, информация для вас. В долине «Жаркий ветер» очень большой посёлок. Жителей около трёх тысяч. Раньше, они часто проезжали через наш Пост в «Солнечную поляну», но в последнее время оттуда ни один не пришёл. Ханаши из «Солнечной поляны» отправляли своих. Никто так и не вернулся! Либо они все погибли, либо заперты. Я не выдержал и неделю назад двоих своих послал верхом, ну надо же узнать, что там случилось?! Дал им с собой голубей тревоги. Исчезли все. Голуби тревоги не вернулись! Это я вообще не понимаю. Они же были не в клетках. Больше мне теперь некого послать, так что, мы вам не помощники. Хотя всех своих стрелков я поставлю на охрану дороги.
Кьяр нахмурился.
– Не волнуйся за нас, мы дойдем сами. Только нам надо знать, как долго туда идти?
– Эх, далековато, конечно, но лошадей не могу дать! – командир Поста вздохнул. – Если честно, у меня и осталось-то четыре лошади, почтовой службы. Через месяц новые прибудут, почтовая служба мне сообщила об этом, но ведь вам надо сейчас. Вот сидим здесь, как фойты на яйцах и не можем отойти. Знаете, что странно, на той стороне стало мало птиц. По-моему там вообще птицы перестали петь. Еды у нас хватает, холодильники забиты дичью, и мы решили на охоту не ходить. Что-то тут не то. Смена только через два месяца. Могу добавить, что у меня есть ещё четыре почтовых птера ханашей. Вот вы всё узнаете, и я их пошлю в село.
– Это и хорошо, что у тебя лошади остались на всякий пожарный. Нам они не нужны, а вам как знать… – покачал головой дрен. – Надо нам туда побыстрее отправляться, что-то мне всё это не нравится.
– Тогда пошли, мы хорошо отдохнули! – предложил Мерц.
– Не советую сейчас! – Патрульный нахмурился. – Отправляйтесь чуть позже, ночью, тогда на рассвете будете там.
Дарья подошла к вурхам.
– Вы пойдёте одни, – она обняла каждого. – Лучше вам идти лесом, где можно спрятаться. Берегите себя. Постарайтесь выжить! Помните о нхангах!
Вурхи облизали её лицо и расположились на отдых вокруг неё. Дарья заснула, и ей приснился странный сон – колокольчики и ромашки, сцепившись листиками, водили хоровод и не пропускали их в долину.
В полночь её разбудили. Быстро собравшись, все проверили, чтобы ничего не звякало. И вот, они на дороге.
Дарья, вспомнив сон (Господи, это же первый мой сон в этом мире!), достала арбалет и зарядила его болтами, начинёнными быстродействующим парализующим ядом. Ей было наплевать на местную этику, которая гласила, что яд используется только в крайнем случае, она поверила в сон. Затем взяла в руки хлыст, и побежала догонять гатангов. Вурхи по-обезьяньи вскарабкались на скалу и исчезли в лесу, покрывавшим склоны. Через час всех остановил Кьяр, обнюхал каждого и зашипел.
– Шхас! Запах пота, – пробежав вдоль дороги, нарвал какой-то травы, и раздал всем. – Разотрите в руках и натрите все места, где вспотели. Иначе мы просигналим о себе.
Это Дарья понять могла, но такое применяли только на безлюдных территориях, а они были на дороге между посёлками, это её озадачило. Что же почувствовал дрен? Она прислушалась и насторожилась, не почувствовав эмоций даже мелких животных.
– Что-то ночных животных не слышно, – прошептала она Бату.
Её друг кивнул и поправил оружие. Фани, глядя на него, переместила арбалет из-за спины на грудь.
Бег возобновился. Час бега, потом час медленного скольжения, и опять бег. Это позволило им не устать.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: