Технический док. Мория. Ночь. Пламя порта отражается в черной воде.
Только шестеро. Остальные пятнадцать плывущих к докону превратились в кровавые пятна на воде – расстрелянные рейтарами в упор или добитые шпагами при попытке выбраться на слякотный берег. Эрих, тяжело дыша, выдернул клинок из груди второго пленника. Его лицо было бледным, руки дрожали – не от страха, а от дикого адреналина и осознания хладнокровного убийства.
Вальдемар (уже остывший, аналитичный, вытирая лезвие о плащ одного из мертвецов): "Нас шестеро. Там плыло два десятка. Не знаю, кто они, но удержать двадцать человек до подхода основных сил Фотия... не стоит риска. Просто убьем лишних. Экономим время и силы."
Эрих (глубокий вдох, взгляд оторвался от трупа, встретился с холодными глазами Штауфена. В его глазах – не спор, а признание жестокой необходимости. Голос хриплый): "Делай... как знаешь." Молодость и стресс еще клокотали в нем, но решение было принято.
Действительно, оставшиеся в живых были жалки. Невысокие, тщедушные, в грубой пропитанной соленой водой одежде. Лица, обезображенные страхом и нуждой. Ни капли воинской выправки. Даже рядом с не самыми рослыми рейтарами Мории они казались карликами.
Вальдемар (пренебрежительно окинув взглядом дрожащих пленных): "Простолюдины. Отчаявшиеся." Он выбрал самого крепкого на вид – жилистого, с бегающими глазами. Схватил его за ворот грязной рубахи, как щенка, и отволок в сторону, за груду старых канатов, подальше от остальных. Пригнул к земле, поставил колено на спину. Его шепот был ледяным и страшным: "Начну ломать руками ребра. Пока не заговоришь. Что это было? Вы – самоубийцы? Кто послал?"
Пленный (задыхаясь от ужаса, зуб на зуб не попадал, слова вылетали пулеметной очередью): "М-мы из Аркиноса! Городок у пролива... в Западное море... со стороны домена Ракота!"
Эрих (подошел ближе, кивнул, вспомнив): "Рыбацкая деревня. Стены – от пиратов. Знаю." Его голос был ровнее. Страх пленного отрезвлял.
Пленный: "Н-нам заплатили! По семнадцать золотых! Каждому!"
Вальдемар (свистнул сквозь зубы, не ослабляя хватки): "Годовой оклад терцианца королевского домена. Ого. Кто заплатил? И что делать? Говори!"
Пленный (забился, но колено Вальдемара впивалось в почку): "Ж-женщина! В сером! В вуали! Она дала деньги! Показала рисунок! Сказала... пройти вдоль побережья! Там, где старые пиратские триремы брошены! На них... на них ударить по коггу! С гербом!" Он судорожно указал пальцем в сторону пылающей гавани, где остовы трирем уже тонули. "С гербом... ястреб! Ваш герб, господин! Она показала рисунок! На ваш корабль ударить! Всё! Я больше ничего не знаю! Клянусь! Не убивайте! Не ломайте!"
Вальдемар отпустил воротник. Пленный рухнул на землю, рыдая и захлебываясь. Герцог Востока медленно выпрямился. Его лицо было каменным, но в глазах бушевала ярость. Он посмотрел на Эриха.
Вальдемар: (Тихо, но каждое слово било как молот) "На мой корабль. Под видом твоих людей. Или пиратов. Неважно. Чтобы я обвинил тебя. Чтобы мы схватились здесь, в Мории. Пока настоящая угроза копится за песками. Провокация. Чистой воды. И цена..." Он пнул ногой лежащего пленного. "...семнадцать золотых за жизнь нищего рыбака."
Эрих (взгляд его ожесточился. Стресс уступил место холодной решимости. Он кивнул капитану рейтаров, стоявшему рядом): "Кончай это. Всех. Тихо." Он уже разворачивался, чтобы идти докладывать Фотию и Ульрике. Женщина в сером играла в очень темную игру, и они только что едва не стали ее пешками.
- Рейтар без лишних слов поднял пистолет. Холодный металл уперся в затылок рыдающего пленного. Грохот выстрела, глухой в ночи, поставил кровавую точку в этом эпизоде. Ответы были получены. Цена вопроса – шесть жизней отчаявшихся бедняков и еще большее понимание глубины пропасти, в которую их толкали. Игра тени только началась.