— Мой сын для тебя — запасной аэродром! — заявила Галина Петровна невестке, швырнув на стол пачку фотографий. — Что это? Память о бывшем не отпускает?
— Прекратите, — глаза Оксаны налились слезами. — Ребенка напугаете.
— А пусть знает, какая у него мать… Что, квартиру мою отжать хочешь? А вот фиг тебе! — свекровь скрутила из пальцев кукиш. — Временно вы здесь, запомни!
***
Галина Петровна обнаружила чужую расческу на своей полочке в ванной, пластмассовую, с длинными рыжими волосами, застрявшими между зубчиками.
Утром после свадьбы сына.
Она встала раньше всех, как всегда в половине шестого, привычка, выработанная за тридцать пять лет работы на фабрике. Даже на пенсии организм не давал поспать дольше. В квартире стояла непривычная атмосфера. Казалось, она слышит чужое дыхание за стенкой, в комнате Дениса. И детский всхлип откуда-то из глубины квартиры.
Галина Петровна прошла на кухню, по пути споткнувшись о незнакомые туфли в коридоре. Красные, на шпильке. Вульгарные какие-то.
Она включила чайник и принялась протирать и без того чистую столешницу. Руки должны быть заняты, иначе начнешь думать. А думать не хотелось.
***
Месяц назад Денис привел Оксану знакомиться.
— Мам, мы поженимся через две недели.
Просто так сообщил, между делом, будто о погоде говорил. Галина Петровна улыбалась тогда, наливала чай в лучший сервиз, тот самый, что покойный Николай подарил на серебряную свадьбу. А внутри все оборвалось от слов сына.
Оксана работала на той же фабрике упаковщицей.
Тридцать два года, разведенка с восьмилетней девчонкой. Что Денис в ней нашел — загадка. Обычная такая, ничего особенного. Волосы крашеные, рыжие. Глаза бегают, не смотрит прямо. И ребенок чужой совершенно, молчаливый, за мать прячется.
***
— Доброе утро, — раздалось за спиной.
Галина Петровна обернулась. Оксана стояла в дверном проеме в каком-то несуразном халате в цветочек. Прошла к столу, села на первый попавшийся стул, тот самый, у окна, где Галина Петровна тридцать лет завтракала. Видно было, что невестка не знает, просто села, где ближе.
Оксана покраснела, поджала губы. За ее спиной появилась девчонка, Алиса, кажется. Молча уставилась из-за материнского плеча.
— Алиса, поздоровайся с бабушкой, — негромко попросила Оксана. — Нужно быть вежливой.
Приплыли. Вот так сразу бабушкой. Галина Петровна почувствовала, как что-то кольнуло в груди. Она не бабушка этому чужому ребенку, и никогда не будет.
— Здравствуйте, — едва слышно пискнула девочка.
На кухню вошел Денис, помятый со сна, в старой футболке. Поцеловал мать в щеку, как обычно, но Галина Петровна почувствовала, что не так, как раньше. Словно для галочки.
— Мам, мы же теперь живем вместе, — сказал он, усаживаясь за стол. — Может, сходим вечером куда-нибудь? В кафе там или...
— У меня давление, — отрезала Галина Петровна. — А вы идите.
Она увидела обиду в глазах сына, но тот промолчал. Правильно сделал. Нечего было устраивать эту свадьбу на скорую руку, без нормального сватовства, без знакомства семей. Какие у нее родители, Галина Петровна так и не узнала.
— Они в другом городе живут, — только и сказал Денис.
Через неделю после свадьбы Галина Петровна решила действовать. Позвонила сестре Марине, та жила в соседнем подъезде.
— Да, живут пока здесь, — говорила она в трубку, специально громко, чтобы слышали из комнаты. — Квартиру снимать не хотят, копят деньги. На что — не знаю. Может, Оксане шубу новую купить собрался, кто их разберет.
Потом, когда все сидели за ужином, она спросила как бы невзначай:
— А первый муж алименты хоть платит? Или вся надежда на Дениса теперь?
Оксана покраснела до корней волос:
— Мы сами справляемся.
— Справляетесь, — повторила Галина Петровна, разглядывая ее поверх очков. — На фабричную зарплату с ребенком. Известно, как справляются.
Денис неловко кашлянул, перевел разговор на что-то другое. Но Галина Петровна видела, что задело. И Оксану, и его. Хорошо. Пусть подумает, на ком женился.
Тем же вечером она позвонила племяннице Наташе в Подмосковье.
— Приезжай в гости, есть важный разговор.
Потом достала документы на квартиру, долго перебирала. Квартира от Николая осталась, он ее еще от завода получил, когда мастером работал. Хорошая, трехкомнатная, в центре города.
Николай всегда говорил:
— Береги квартиру для внуков, Галя.
Но он имел в виду своих внуков, родных. А не чужих детей непонятной женщины.
****
Прошел месяц. Галина Петровна готовилась к своему дню рождения, юбилей все-таки. Специально попросила Оксану помочь с уборкой.
— Гости придут в воскресенье в три часа, — сказала она, вручая список дел на двух листах. — Надо, чтобы все блестело. Люстры помыть, окна, полы надраить. Справишься?
Оксана кивнула, взяла список. С самого утра на следующий день она все надраивала. А Галина Петровна в субботу в два часа привела подруг — трех бывших коллег по цеху.
Квартира была в разгроме. Оксана в грязном фартуке стояла на стремянке, домывая окно. Ведро с грязной водой посреди комнаты, мебель сдвинута.
— Невестка не успела, — вздохнула Галина Петровна, проводя гостей в кухню. — Работа по дому ей непривычна, видимо. В своей квартире, наверное, по-другому жила.
— Мам, ты же сама перепутала дни! — возмутился Денис, появившийся из комнаты.
— Я? — Галина Петровна приложила руку к груди. — В своем-то возрасте я еще не выжила из ума, слава богу!
***
Подруги переглядывались, Оксана слезла со стремянки, сдернула фартук. Лицо красное, глаза блестят, то ли от злости, то ли слезы подступают.
Через полтора месяца после свадьбы дело дошло до Алисы. Девчонка простудилась, Оксана осталась с ней дома. Галина Петровна не упустила момент.
— В наше время дети не были такими хлипкими, — сказала она за ужином. — Мой Денис болел раз в году от силы. А это что, каждый месяц сопли?
— Мама, — предупреждающе сказал Денис.
— Что? Я правду говорю. Ребенок не умеет даже нормально есть. Восемь лет, а манеры... — она покачала головой. — Держит ложку, как... Даже не знаю, как назвать.
На следующий день купила Алисе дорогую куклу — фарфоровую, в бархатном платье.
— Бабушка тебя любит, — сказала громко, вручая подарок. — Не то что некоторые, кто родных детей бросает.
— Не надо настраивать ребенка! — резко сказала Оксана.
Первый раз невестка голос повысила, Галина Петровна даже растерялась на секунду.
— Мам, перестань, — Денис встал между ними. — Оксана, она не со зла...
Ночью Галина Петровна слышала, как Оксана плачет в ванной. Тихо так, воду включила, чтобы слышно не было. Но Галина Петровна не спала. Все думала.
***
Через два месяца после свадьбы случилась встреча с Ириной. Первой любовью Дениса. Галина Петровна специально ее разыскала, позвонила. Та теперь в Москве жила, свою фирму открыла дизайнерскую.
— Заходи в гости, — пригласила ее Галина Петровна. — У меня теперь есть невестка, познакомишься.
Ирина приехала, красивая, ухоженная, на дорогой машине. Весь вечер рассказывала о своих успехах, показывала фотографии квартиры в Москве.
— А помнишь, Дениска, как мы в школе... — начинала она то и дело.
Оксана сидела молча, только губы поджимала, Алиса забилась в угол дивана, смотрела исподлобья.
— Вот что значит правильная женщина, — сказала Галина Петровна, когда Ирина показывала фото из последней поездки в Италию. — Сама всего добилась. И без детей. Своих в достатке растить будет.
— Мам, прекрати немедленно! — Денис резко встал из-за стола.
Первый раз на мать повысил голос. Взял Оксану за руку, увел в комнату. Галина Петровна осталась с Ириной на кухне.
— Я пыталась, — вздохнула она. — Но он ослеп совсем. Не видит, что она ему не пара. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔