Часть 8
Книга "Ведьма из трущоб"
***
Муза и Любава заказав такси, остались стоять на перекрестке. Время ожидания составляло примерно шесть минут.
- Не знаю какие слова в таких случаях говорят… - растерянно проговорила Любава, ощущая эмоции подруги.
Муза была сильно подавлена, не смотрела по сторонам. Всегда жизнерадостная, ярким пятном выделяющаяся в пространстве. Сейчас девушка выглядела картиной, с которой будто ластиком стерли яркость, так живо раскрашивающую весь ее облик ранее.
Ведьма как ни старалась не сканировать Музу, чтобы заранее не знать исход их поездки, но информация все равно пришла. Еле заметная тень, которой раньше не было за плечом подруги проявилась на улице, чуть сероватой туманной дымкой, словно шлейфом окутывая девушку. Так души умерших родственников приходят, чтобы попрощаться. А это значит, что душа сестры Музы обретет покой и не будет маяться бестелесным призраком. Это уже хороший знак, ей только второго призрака до кучи не хватало.
Любава незаметно провела рукой по спине подруги, как будто смахнула соринку с легкого пальто Музы. На самом деле, она убрала родственную привязку, чтобы облегчить страдание сестер.
Одна сразу же уйдет на упокой, не дожидаясь сорока дней, второй же станет гораздо легче. Тяжесть с души снимается незаметно, оставив только безболезненные воспоминания.
Любава даже подпрыгнула от неожиданности, когда Муза вдруг начала вслух напевать какую-то мелодию. Ведьма была занята рассматриванием медленного растворения дымки в пространстве и пропустила момент, когда подъехало такси. Муза как-то оживленно начала диалог с водителем, нисколько не напоминая убитого горем человека как пару минут ранее.
«Переборщила я, по-моему, - с опаской подумала Любава, косясь на подругу. Как она сейчас на опознание приедет, напевая песенку? Вот вечно у меня все не так! Не удивлюсь, что вместе со скорбью еще и веселости ей добавила, и сама не заметила, как!»
Муза продолжала напевать какую-то известную только ей мелодию и оживленно с кем-то переписывалась в социальных сетях.
Девушки подъехали к зданию морга и вылезли из машины. Любава спешно перезаплела косу, чтобы убрать растрепанные волосы, а Муза так вообще начала прихорашиваться и подкрашивать губы яркой помадой.
- Мы идем на опознание твоей сестры, ты случаем не забыла? – с опаской спросила Любава подругу.
Муза продолжая взбивать кудряшки ответила, внимательно оглядев симпатичного молодого человека, выходящего из морга.
- Не переживай! Я же творческая личность! Свои страдания засунула глубоко внутрь. Сейчас надо быть собранной, без эмоций.
Любава с подозрением взглянула на подругу. Обе девушки зашли в здание и стали ждать следователя.
Ведьма почувствовала себя нехорошо в помещении. Смесь эмоций: скорбь, отчаянье, печаль, сожаление нахлынули на нее волной, она до хруста сжала небольшой металлический браслет, висящий на ее запястье с небольшим аметистом. Он помог привести мысли в порядок.
Когда она увидела следователя, то как будто бы получила удар в солнечное сплетение. Ведьма сначала подумала, что опять что-то напутала и успокоительное воздействие из ее амулета, сработало противоположным образом.
«Что за день такой косячный?» – стараясь не смотреть на улыбчивого следователя, у которого сразу как-то резко улучшилось настроение, подумала Любава, пытаясь как можно печальней сделать выражение лица. Одной кокетничавшей Музы было уже перебор для такого места.
«Мы что тут собрались на стенд ап что ли?» – с раздражением думала Любава, плетясь вслед за Музой.
Но прислушавшись, подивилась умелой тактике следователя. Он ненавязчиво задавал Музе вопросы, практически ведя допрос, но так деликатно и вкрадчиво, что это напоминало светскую беседу.
Любаву оставили в коридоре ждать Музу с опознания. Она жертву все равно не знала и никогда не видела, так что ничем не могла помочь, а судя по настроению Музы, подруга уже перестала нуждаться в утешении.
- Главное, чтобы у нее потом откат не начался после такой веселости, - переживала Любава, смотря на унылый тусклый коридор с неприятным голубым освещением. Казалось он втягивался в бесконечный туннель, сотканный из отчаянья.
Когда вышел патологоанатом, а судя по белому халату это был именно медицинский работник с внешностью брутального хулигана, а следом заплаканная Муза, Любава сначала почувствовала порыв броситься поддержать подругу, как наткнулась на хитрый прищур глаз музыкантши и с тоской подумала:
«Все-таки переборщила я с отправлением тени за грань. Она уже клеит мужика без зазрения совести!»
Ведьма решила не мешать подруге уже стала незаметно приотставать от собеседников, как услышала оклик следователя.
- Подождите! Позвольте представиться, следователь Лавров Валентин Алексеевич.
- Любава Семеновна Позднякова, - проговорила в ответ девушка, чувствуя, что краснеет.
Ведьма, когда нервничала, то начинала краснеть с кончиков ушей до подбородка. Эта ее особенность страшно бесила, но ничего поделать с этим не могла. Еще на съемках, где накладывали грим, данное обстоятельство было незаметно. Но сейчас, практически без косметики, в спортивных штанах, она ощущала себя беззащитной. Почему-то именно в данный момент хотелось оказаться и с макияжем, и в красивом платье, потому как данный индивид вызывал бурю скрытых эмоций, которые, впрочем, она совершенно не собиралась демонстрировать.
Она задумалась и от неожиданности испугалась, пропустив пару реплик следователя, так как совершенно отчетливо над дверью в помещение, откуда вышла пару минут назад Муза, она увидела красную светящуюся пульсирующую руну, похожую на замысловатый китайский символ. Любава поддалась в ту сторону, небрежно задав вопрос собеседнику.
- А я могу осмотреть тело?
Следователь слегка удивился такой просьбе.
- А вы разве знали потерпевшую? Ее сестра сказала, что вы не были знакомы.
- Нет, но я …вдруг подумала…. – начала мямлить Любава никак не сообразив, что соврать.
Руна манила ее, чуть сверкала, то исчезая на секунду, то появляясь. Если бы Любава не была так занята, то заметила бы какие заинтересованные взгляды кидал на нее Валентин, который больше не стал ничего спрашивать, открыл дверь, приглашая девушку войти.
Ведьма совершенно не имела представление, ни что это за руна, ни кто подает данный знак. Ничего! Но точно знала, что ей просто необходимо войти внутрь. Когда она подошла к телу, над которым руна переместилась и дождавшись, когда Валентин откинет простыню, она тихо вскрикнула, уже догадываясь, что она там увидит. У тела отсутствовала голова.