— Мама записала Полину в музыкальную школу, — объявил Олег, войдя на кухню, где Алла проверяла тетради своих учеников.
Она подняла голову, и во взгляде её мелькнуло недоумение, сменившееся раздражением.
— Что? Без нашего ведома? Полина же хотела на танцы!
Олег пожал плечами, словно это было самым обычным делом.
— Мама считает, что музыка важнее для развития. И потом, в её роду все были музыкально одарёнными...
Алла отложила ручку и медленно поднялась из-за стола. В глазах её полыхал огонь.
— Сколько ещё мы будем жить под диктовку твоей матери, Олег? У нас у самих уже дети есть, — сердито бросила она мужу.
Олег опустил глаза. Этот разговор возникал уже не в первый раз, но сегодня в голосе жены было что-то новое — решимость, которой раньше не было.
— Алла, мама хочет как лучше. Она же не со зла...
— Не со зла? — Алла всплеснула рукой. — А когда она сказала, что я неправильно одеваю Егора? А когда отчитала меня при всех за то, что я даю детям магазинные соки? А теперь ещё и это!
В соседней комнате послышался детский плач — проснулся трёхлетний Егор.
— Вот, разбудили ребёнка, — пробормотал Олег, направляясь к двери.
— Нет уж, стой! — Алла преградила ему путь. — Сначала мы решим этот вопрос. Я устала, Олег. Устала чувствовать себя чужой в собственном доме.
Олег провёл рукой по волосам.
— Что ты предлагаешь? Запретить маме видеться с внуками?
— Я предлагаю установить границы. Твоя мать должна понять, что мы сами решаем, как воспитывать наших детей.
Разговор прервал звонок в дверь. Олег взглянул на часы — восемь вечера.
— Кто это может быть в такое время? — пробормотал он, направляясь в прихожую.
Открыв дверь, Олег замер от удивления. На пороге стоял отец Аллы, Виктор Степанович, с большим чемоданом и сумкой.
— Здорово, зять! — громогласно произнёс он, обнимая опешившего Олега. — А где моя доченька и внучата?
Из комнаты донёсся радостный крик Аллы:
— Папа?
***
Через час маленькая двухкомнатная квартира наполнилась шумом и суетой. Егор, забыв о недавних слезах, восторженно скакал вокруг деда, который извлекал из сумки деревенские гостинцы. Полина, разбуженная необычным шумом, сонно терла глаза, но тоже радовалась появлению дедушки.
— Надолго к нам, папа? — спросила Алла, расставляя на столе тарелки.
Виктор Степанович хитро прищурился.
— Как получится, дочка. Дела у меня в городе появились. Да и вас, признаться, соскучился повидать.
Олег наблюдал за тестем с некоторой настороженностью. Приезд Виктора Степановича был совершенно неожиданным, и он не представлял, где в их тесной квартире разместить ещё одного человека.
— А что за дела, если не секрет? — поинтересовался он.
— В больницу мне надо, — ответил Виктор Степанович, и заметив, как напряглась Алла, быстро добавил: — Да ничего страшного! Обследование плановое. В нашей районной больнице оборудования нет, вот направили сюда.
Разговор прервал телефонный звонок. Олег взглянул на экран и поморщился.
— Мама, — сказал он Алле и вышел в коридор.
Виктор Степанович проводил зятя взглядом и подмигнул дочери:
— Всё по-прежнему? Тёща-то моя, царствие ей небесное, тоже характер имела. Но я ей сразу сказал: в мой дом со своим уставом не ходят.
Алла покачала головой:
— У нас всё сложнее, папа.
Вернувшийся Олег выглядел смущённым:
— Мама узнала, что у нас гости. Хочет зайти поздороваться.
— Откуда узнала-то? — удивилась Алла.
— Соседка Нина Павловна позвонила, сказала, что видела, как к нам мужчина с чемоданом зашёл, — Олег развёл руками.
Алла закатила глаза:
— И зачем было звонить в такое время?
— Ну, мама волнуется...
— Пусть приходит, — добродушно сказал Виктор Степанович. — Я ж не зверь какой, с роднёй поздороваться.
Алла бросила на отца предупреждающий взгляд. Она хорошо знала, что за простоватыми манерами скрывался острый ум и такой же язык.
Марина Евгеньевна появилась через пятнадцать минут, безупречно одетая, несмотря на поздний час. В руках она держала коробку конфет.
— Решила не приходить с пустыми руками, — сказала она, целуя в щёку сначала сына, потом внуков. Алле она просто кивнула.
Виктор Степанович поднялся навстречу:
— Здравствуйте, уважаемая. Наслышан о вас много.
Марина Евгеньевна окинула его оценивающим взглядом:
— Взаимно. Алла редко рассказывает о своей семье.
— Потому что её редко спрашивают, — добродушно заметил Виктор Степанович, но в глазах его блеснул недобрый огонёк.
Марина Евгеньевна сделала вид, что не заметила шпильки:
— Как вам будет удобно разместиться? Квартира у ребят, сами видите, небольшая.
— Не беспокойтесь, — ответил Виктор Степанович. — В тесноте, да не в обиде. Я человек неприхотливый.
— Папа поспит в зале на диване, — твёрдо сказала Алла. — А мы с детьми в спальне.
— А Олег? — поинтересовалась Марина Евгеньевна.
— Олег тоже с нами, — ответила Алла таким тоном, что стало ясно: тема закрыта.
***
Прошла неделя с приезда Виктора Степановича. Жизнь в маленькой квартире превратилась в настоящее испытание для всех. Олег, разрывавшийся между работой, семьёй и постоянными визитами матери, выглядел измотанным. Алла крутилась как белка в колесе, пытаясь совместить работу в школе, домашние дела и заботу о детях. Виктор Степанович, которому врачи продлили обследование, старался помогать, но часто конфликтовал с Мариной Евгеньевной, которая теперь заходила каждый день "проведать внуков".
В пятницу вечером Алла вернулась с работы позже обычного. В школе проходил педсовет, на котором новый завуч Эдуард Михайлович представил интересный проект городского конкурса учителей.
— Я считаю, что вы должны участвовать, Алла Викторовна, — сказал он после собрания. — У вас интересные методики, и вы могли бы поделиться своим опытом.
Эти слова грели душу Алле, уставшей от домашних конфликтов. Впервые за долгое время кто-то оценил её профессиональные качества.
Дома её ждал неприятный сюрприз. Марина Евгеньевна и Виктор Степанович сидели на кухне с кислыми лицами, а Олег ходил по комнате взад-вперёд.
— Что случилось? — спросила Алла, снимая пальто.
— Случилось то, что твой отец разрешил Полине не ходить на музыку, потому что она устала, — сказала Марина Евгеньевна ледяным тоном.
— И правильно сделал, — ответила Алла. — Полина целый день в школе, потом продлёнка, потом музыкалка. Когда ей отдыхать?
— В детстве нужно развиваться, а не отдыхать, — парировала свекровь. — Вот Олег в её возрасте и в музыкальную школу ходил, и в шахматный кружок, и английский изучал.
— И в итоге забросил всё, кроме английского, — заметил Виктор Степанович. — Потому что навязанное насильно редко приносит радость.
Марина Евгеньевна поджала губы.
— Вы не понимаете. Это всё для будущего детей.
— А что, если Полина хочет танцевать, а не играть на пианино? — спросила Алла.
— Танцы! — фыркнула Марина Евгеньевна. — Что они дадут для развития?
— Радость, — просто ответила Алла. — Моя дочь счастлива, когда танцует. И несчастна, когда сидит за пианино.
— Вы портите ребёнка, — отрезала свекровь. — И ты, Олег, тоже хорош. Позволяешь жене и её отцу командовать.
Олег остановился посреди комнаты.
— Мама, прекрати. Мы сами разберёмся с воспитанием наших детей.
Марина Евгеньевна поднялась, оскорбленно выпрямившись:
— Вот как ты теперь разговариваешь с матерью? Я ведь только добра вам желаю.
— Добро насильно не делают, — буркнул Виктор Степанович. — Дети – не глина, из которой можно лепить что вздумается.
Марина Евгеньевна схватила сумку:
— Я вижу, мне здесь не рады. Прощайте.
Когда за ней закрылась дверь, Олег тяжело опустился на стул:
— Зачем вы так с ней?
— А как с ней надо? — спросил Виктор Степанович. — Кланяться за то, что она твоей дочери жизнь портит?
— Папа, — предупреждающе сказала Алла.
— Что папа? — возмутился Виктор Степанович. — Я правду говорю. Сколько можно терпеть это вмешательство?
— Моя мать желает нам добра, — твёрдо сказал Олег. — Да, она бывает настойчивой, но она заботится о нас и о детях.
— А мы, значит, не заботимся? — спросила Алла, и в голосе её появились опасные нотки. — Мы плохие родители?
— Я этого не говорил, — Олег потёр виски. — Но мама многое для меня сделала. Она одна меня вырастила, дала образование...
— И теперь напоминает об этом при каждом удобном случае, — заметил Виктор Степанович.
— Папа! — воскликнула Алла. — Не вмешивайся, пожалуйста.
Виктор Степанович пожал плечами и вышел из кухни.
Алла села напротив мужа:
— Олег, мы должны что-то решать. Так больше не может продолжаться.
***
Субботнее утро началось с телефонного звонка. Звонил директор завода, где работал Олег.
— Есть серьёзный разговор, — сказал он. — Жду тебя через час.
Алла вопросительно посмотрела на мужа.
— Не понимаю, зачем вызывают в выходной, — пробормотал Олег, одеваясь. — Наверное, что-то срочное.
Он вернулся через три часа, и лицо его сияло.
— Меня повышают! — объявил он с порога. — Буду начальником отдела!
— Поздравляю! — искренне обрадовалась Алла, обнимая мужа. — Ты заслужил!
Виктор Степанович крепко пожал зятю руку:
— Молодец! Это дело надо отметить.
— Я уже позвонил маме, — сказал Олег. — Она тоже рада.
Радостное настроение омрачилось, когда Олег объяснил новые условия работы:
— Придётся задерживаться допоздна. Возможны командировки. Зато зарплата выше почти в два раза.
— Что ж, справимся, — ответила Алла, хотя в глубине души её кольнуло разочарование. Она и так почти не видела мужа, а теперь он будет ещё меньше времени проводить с семьёй.
Вечером пришла Марина Евгеньевна. Она принесла торт и бутылку шампанского:
— Надо отпраздновать повышение моего сына!
Несмотря на вчерашнюю ссору, атмосфера за столом была почти дружелюбной. Даже Виктор Степанович и Марина Евгеньевна общались вполне вежливо. Дети радовались празднику, не понимая его причины.
— Теперь вы сможете подумать о расширении жилплощади, — заметила Марина Евгеньевна, когда дети ушли смотреть мультфильмы. — Эта квартира давно вам мала.
— Это правда, — согласилась Алла. — Мы уже присматриваем варианты.
— Я могла бы помочь с первым взносом, — продолжила свекровь. — У меня есть сбережения.
Алла удивлённо посмотрела на неё, не веря своим ушам.
— Спасибо, мама, — растроганно сказал Олег. — Это очень щедрое предложение.
— Я тоже могу помочь, — неожиданно заявил Виктор Степанович. — Дом в деревне продам. Всё равно там никто не живёт, а деньги вам пригодятся.
Теперь удивились все. Виктор Степанович никогда раньше не говорил о продаже дома, в котором прожил всю жизнь.
— Папа, ты уверен? — спросила Алла.
— Конечно, уверен, — кивнул Виктор Степанович. — Чего мне одному в такой махине? А так хоть детям помогу.
В этот момент зазвонил телефон Аллы. Она взглянула на экран:
— Извините, это с работы, — и вышла в коридор.
Звонил Эдуард Михайлович. Он интересовался, готова ли Алла участвовать в конкурсе учителей.
— Заявку нужно подать до понедельника, — сказал он. — Я мог бы помочь с оформлением документов.
Алла колебалась. С одной стороны, ей хотелось принять этот вызов, с другой — она не представляла, как совместит подготовку к конкурсу с домашними обязанностями, особенно теперь, когда Олег будет ещё больше времени проводить на работе.
— Можно, я подумаю до завтра? — спросила она.
— Конечно, — ответил Эдуард Михайлович. — Но я верю в вас. У вас огромный потенциал.
Когда Алла вернулась к столу, разговор шёл о будущем Полины.
— Я считаю, что ребёнку нужно дать возможность попробовать разные занятия, — говорила Марина Евгеньевна. — И музыку, и танцы, и рисование. А потом она сама выберет.
— В этом есть смысл, — неожиданно согласился Виктор Степанович. — Но нельзя перегружать детей. У них должно быть время на игры и отдых.
Алла с удивлением наблюдала за этой сценой. Впервые свекровь и отец нашли общий язык.
***
В понедельник Алла решилась подать заявку на конкурс учителей. Эдуард Михайлович был рад:
— Я не сомневался в вашем решении. Вы талантливый педагог.
Такая оценка вдохновляла Аллу. Она с энтузиазмом взялась за подготовку конкурсного урока, засиживаясь допоздна за компьютером.
Олег, погруженный в новые обязанности на работе, почти не замечал изменений в поведении жены. Он возвращался поздно, уставший, и сразу ложился спать. Иногда они даже не успевали толком поговорить.
В четверг вечером, когда Алла в очередной раз задержалась в школе, обсуждая с Эдуардом Михайловичем детали своего выступления, Олег позвонил ей с неожиданным вопросом:
— Ты где? Уже девять вечера.
— В школе, — ответила Алла. — Работаю над конкурсным уроком.
— Одна? — в голосе мужа прозвучало подозрение.
— Нет, с Эдуардом Михайловичем, — честно ответила она. — Он помогает мне с подготовкой.
Наступило молчание.
— Олег? Ты здесь?
— Да, — наконец отозвался он. — Просто... не задерживайся слишком долго.
Алла вернулась домой через полчаса. Олег ждал её в гостиной, мрачный и напряженный.
— Что-то случилось? — спросила она, разуваясь.
— Скажи мне правду, — потребовал Олег. — Что у тебя с этим завучем?
Алла замерла, не веря своим ушам:
— Ты о чём?
— Не притворяйся, — Олег подошёл ближе. — Ты изменилась. Постоянно задерживаешься на работе, по вечерам сидишь за компьютером, даже причёску новую сделала. Ты думаешь, я слепой?
Алла рассмеялась от неожиданности:
— Олег, ты ревнуешь? Серьёзно?
— Не вижу ничего смешного, — отрезал он. — Я вижу, как ты отдаляешься от семьи.
— Я отдаляюсь? — Алла перестала смеяться. — А ты? Когда ты в последний раз проводил время с детьми? Когда интересовался моими делами? Ты приходишь домой и сразу ложишься спать!
— Потому что я работаю! — повысил голос Олег. — Я обеспечиваю семью!
— А я, по-твоему, развлекаюсь? — Алла тоже начала говорить громче. — Я тоже работаю! И дома всё на мне! И дети! И быт! А теперь ещё и этот конкурс!
— Зачем он тебе вообще сдался? — спросил Олег. — Чтобы произвести впечатление на своего Эдуарда Михайловича?
Алла побледнела от гнева:
— Ты сейчас серьёзно? Может, тебе ещё и Виктора Степановича приревновать к соседке?
— Не переводи тему! — Олег стукнул кулаком по столу. — Я вижу, что происходит!
Из детской комнаты донёсся испуганный голос Полины:
— Мама? Папа? Что случилось?
Супруги замолчали, осознав, что разбудили дочь.
— Ничего, солнышко, — Алла постаралась говорить спокойно. — Мы просто разговариваем. Спи.
Но Полина уже стояла в дверях, сонная и испуганная:
— Вы ссоритесь?
— Нет, — быстро ответил Олег. — Мы просто... обсуждаем важные вопросы.
— Громко, — заметила девочка.
Алла подошла к дочери и обняла её:
— Прости, милая. Мы не хотели тебя будить. Пойдём, я уложу тебя.
Когда Алла вернулась, Олег сидел на диване, обхватив голову руками.
— Мы не можем так продолжать, — тихо сказала она. — Это разрушает нашу семью.
— Знаю, — ответил он, не поднимая головы. — Но я не знаю, что делать.
***
Пятница началась с неожиданного известия: Виктора Степановича госпитализировали с высоким давлением. Алла сразу поехала в больницу, отпросившись с работы. Олег, несмотря на важное совещание, тоже приехал.
— Вот ерунда какая, — смущённо говорил Виктор Степанович, лёжа на больничной койке. — Из-за меня вы с работы сорвались.
— Папа, твоё здоровье важнее, — сказала Алла, поправляя подушку.
Когда врач разрешил навестить больного, приехала и Марина Евгеньевна с фруктами и домашним компотом.
— Как себя чувствуете, Виктор Степанович? — спросила она с искренним беспокойством.
— Бывало и лучше, Марина Евгеньевна, — ответил он. — Но не впервой. Выкарабкаюсь.
После больницы Алла и Олег решили зайти в кафе — впервые за долгое время у них появилась возможность поговорить наедине.
— Я вёл себя глупо, — признался Олег, когда им принесли заказ. — Прости за вчерашнее.
— И ты меня, — Алла накрыла его руку своей. — Мы оба устали и сорвались.
— Но ты правда много времени проводишь с этим завучем, — заметил Олег.
Алла вздохнула:
— Олег, Эдуарду Михайловичу пятьдесят пять лет, у него трое взрослых детей и четверо внуков. Он просто опытный педагог, который помогает мне.
Олег смутился:
— Я этого не знал...
— Потому что не спрашивал, — мягко упрекнула его Алла. — Ты вообще перестал интересоваться моей жизнью. А мне не хватает нашего общения.
— Мне тоже, — признался Олег. — Но эта новая должность... Я хочу оправдать доверие. И потом, это шанс для нас купить большую квартиру.
— Я понимаю, — кивнула Алла. — Но мне кажется, мы теряем что-то важное в погоне за материальными благами.
Они проговорили почти два часа, впервые за долгое время по-настоящему слушая друг друга. Когда вернулись домой, детей у соседей забрала Марина Евгеньевна.
— Я подумала, вам нужно время побыть вдвоём, — сказала она по телефону. — Дети поужинают у меня и переночуют. А вы отдохните.
Алла была тронута такой заботой:
— Спасибо, Марина Евгеньевна. Это очень кстати.
Вечер они провели в тишине и спокойствии, вспоминая, как познакомились, какими были их первые свидания, как они мечтали о будущем.
— Помнишь, как мы планировали купить домик за городом? — спросила Алла.
— И завести собаку, — добавил Олег с улыбкой. — И сад посадить.
— А потом появились дети, и все планы изменились, — вздохнула Алла.
— Но мы всё равно счастливы, правда? — Олег посмотрел ей в глаза.
— Да, — ответила она. — Просто иногда я чувствую, что мы теряем себя в ежедневной рутине.
— Я обещаю больше времени проводить с тобой и детьми, — серьёзно сказал Олег. — Даже если придётся отказаться от некоторых проектов на работе.
— А я постараюсь быть терпимее к твоей маме, — ответила Алла. — В конце концов, она действительно хочет как лучше.
Они засиделись до полуночи, разговаривая обо всём на свете, как в первые годы их знакомства.
***
Суббота выдалась на редкость спокойной. Дети вернулись от бабушки отдохнувшие и довольные. Марина Евгеньевна даже успела сделать с Полиной домашнее задание по музыке.
— Знаешь, мама, — сказала девочка Алле, — когда бабушка Марина объясняет, мне даже нравится играть.
— Вот как? — удивилась Алла. — А я думала, ты совсем не любишь музыку.
— Я не люблю, когда меня заставляют, — серьёзно ответила Полина. — А бабушка сегодня не заставляла. Она сказала, что если мне совсем не понравится, я могу бросить.
Алла удивлённо посмотрела на дочь, а затем перевела взгляд на свекровь, которая делала вид, что полностью поглощена разговором с Егором.
— Правда? — спросила она у Марины Евгеньевны. — Вы сказали Полине, что она может бросить музыку?
Свекровь смутилась:
— Ну, я просто подумала... Виктор Степанович прав в чём-то. Нельзя заставлять ребёнка. Можно только заинтересовать.
Олег, услышавший разговор, удивлённо поднял брови:
— Мама, ты серьёзно?
Марина Евгеньевна расправила плечи:
— А что такого? Я имею право менять своё мнение. Тем более, — она понизила голос, — врачи сказали, что у Виктора Степановича проблемы начались из-за стресса. Не хочу, чтобы из-за моего упрямства кто-то страдал.
Вечером, когда дети уже спали, а Марина Евгеньевна ушла домой, Алла позвонила в больницу. Виктор Степанович чувствовал себя лучше и бодро шутил:
— Говорят, выпишут через пару дней. Врачи тут хорошие, заботливые.
— Папа, — Алла помедлила. — Ты с Мариной Евгеньевной говорил недавно?
— Было дело, — уклончиво ответил отец. — Заходила она ко мне сегодня.
— И о чём вы говорили?
Виктор Степанович хмыкнул:
— Да так, о жизни. О внуках больше. О том, как мы их любим и как хотим для них лучшего. Хорошая она женщина, строгая только. Но без дури.
Когда Алла положила трубку, Олег вопросительно посмотрел на неё:
— Что папа?
— Лучше. Скоро выпишут. Похоже, они с твоей мамой нашли общий язык.
***
Прошло две недели. Виктор Степанович вернулся из больницы, Алла с успехом выступила на конкурсе учителей и заняла второе место, а Олег освоился в новой должности и сумел организовать работу так, чтобы не задерживаться допоздна.
В субботнее утро Олег объявил:
— У меня новость. Я нашёл нам квартиру. Трёхкомнатную, в новом районе. До школы, где работает Алла, всего две остановки на автобусе.
Алла просияла:
— Правда? Мы можем её посмотреть?
— Уже договорился. Сегодня в два.
Квартира оказалась именно такой, о какой они мечтали: просторной, светлой, с большой кухней и тремя изолированными комнатами.
— Здесь будет детская, — говорила Алла, обходя помещение. — А здесь наша спальня. А эту комнату можно сделать гостевой, для родителей.
— И сколько стоит это чудо? — практично поинтересовался Виктор Степанович.
Олег назвал сумму, и все присутствующие присвистнули.
— Многовато, — пробормотал Виктор Степанович.
— Зато какая квартира! — возразила Марина Евгеньевна, которая тоже приехала на просмотр. — Олег, ты же говорил, что банк готов дать ипотеку?
— Да, но первоначальный взнос всё равно нужен немаленький, — ответил сын.
— Я помогу, — твёрдо сказала Марина Евгеньевна. — У меня есть сбережения.
— И я помогу, — добавил Виктор Степанович. — Дом уже выставил на продажу. Покупатель есть.
Алла обняла отца:
— Папа, но где же ты будешь жить?
— Да у вас и поживу, — улыбнулся Виктор Степанович. — В гостевой комнате. Обещаю не мешать. А летом на дачу к Марине Евгеньевне поеду, она приглашала.
Все удивлённо посмотрели на Марину Евгеньевну, которая слегка покраснела:
— Что такого? У меня большой сад, одной тяжело управляться.
Тем же вечером семья собралась за большим столом в маленькой квартире, которая совсем скоро должна была стать их прошлым. Здесь были и Марина Евгеньевна, и Виктор Степанович, и соседи Анна Петровна с Михаилом Васильевичем, которые за эти недели стали для них настоящими друзьями.
— За новую квартиру! — провозгласил Виктор Степанович, поднимая бокал с компотом.
— И за нашу семью, — добавила Алла, глядя на мужа с любовью.
Олег улыбнулся ей в ответ:
— За то, чтобы мы всегда слышали и понимали друг друга.
— И за здоровье наших родителей, — добавил он, кивнув матери и тестю. — Без которых ничего бы этого не было.
Полина, которая внимательно слушала разговоры взрослых, вдруг спросила:
— А мы с Егором тоже переедем в новую квартиру?
Все рассмеялись.
— Конечно, милая, — ответила Алла. — У вас будет своя комната. Большая и светлая.
— А бабушка и дедушка?
— Они будут приходить к нам в гости, — объяснил Олег. — А иногда и оставаться ночевать.
— Я хочу, чтобы они жили с нами, — серьёзно сказала девочка.
Взрослые переглянулись. Марина Евгеньевна погладила внучку по голове:
— Милая, у бабушки есть своя квартира. Но я буду приходить к вам каждый день, если захотите.
— И я тоже, — добавил Виктор Степанович. — Только сначала поживу у вас немного, пока свой угол не найду.
— А я буду вас учить музыке, — сказала Марина Евгеньевна. — Только если захотите, конечно.
— А я рыбалке, — не остался в долгу Виктор Степанович. — Егор у нас уже мужчина, пора ему мужские занятия осваивать.
— А танцы? — спросила Полина у матери. — Я всё равно буду ходить на танцы?
— Конечно, будешь, — ответила Алла. — И на музыку тоже, если захочешь.
— Я хочу и то, и другое, — решительно заявила Полина.
— Вся в бабушку, — шепнул Виктор Степанович Олегу. — Такая же упрямая.
— В обеих бабушек, — тихо ответил Олег. — И это хорошо.
***
Прошёл год. Семья Аллы и Олега обжилась в новой квартире. Полина с удовольствием ходила и на танцы, и на музыку, обнаружив настоящий талант к игре на фортепиано, чем очень гордилась Марина Евгеньевна. Егор пошёл в детский сад и уже дважды ездил с дедом на рыбалку.
Виктор Степанович купил себе небольшую однокомнатную квартиру недалеко от дочери, но большую часть времени проводил у неё или на даче у Марины Евгеньевны, с которой они, к удивлению всех, подружились.
Алла получила повышение и стала завучем начальных классов, а Олег успешно руководил своим отделом, находя время и для работы, и для семьи.
В один из тёплых весенних вечеров они сидели на балконе своей новой квартиры, наблюдая за закатом.
— Ты счастлива? — спросил Олег.
— Очень, — ответила Алла, сжимая его руку. — А ты?
— Как никогда, — улыбнулся он. — Знаешь, я недавно вспоминал, как мы ссорились год назад. Как я ревновал тебя к Эдуарду Михайловичу.
Алла рассмеялась:
— А я вспоминала, как огрызалась на твою маму из-за любой мелочи.
— Мы многому научились за этот год, — задумчиво сказал Олег.
— Чему же?
— Слышать друг друга. Уважать мнение каждого. Находить компромиссы.
— И ценить помощь родителей, — добавила Алла. — Без них мы бы не справились.
Из комнаты донеслись звуки пианино — Полина разучивала новую пьесу. В соседней комнате Виктор Степанович читал сказку Егору, который никак не хотел засыпать без дедушкиной истории.
— Мы правильно сделали, что выделили им комнату, — сказала Алла. — Они часть нашей семьи.
— Знаешь, что самое удивительное? — Олег повернулся к жене. — Моя мама и твой отец. Кто бы мог подумать, что они так поладят?
— Они просто поняли главное: любовь к внукам сильнее любых разногласий, — ответила Алла.
В дверь позвонили. Это была Марина Евгеньевна с корзиной свежих ягод с дачи.
— Дети ещё не спят? — спросила она, разуваясь. — Я им земляники привезла, сами с Виктором Степановичем собирали.
Алла обняла свекровь:
— Спасибо, мама. Проходите, папа Егору сказку читает.
Марина Евгеньевна улыбнулась, услышав, как невестка назвала её "мама". За этот год они действительно стали одной семьёй — со своими сложностями, компромиссами и взаимным уважением.
Алла вернулась на балкон к мужу:
— Вот теперь наша семья в сборе.
— И никто никем не командует, — с улыбкой добавил Олег, вспоминая ту давнюю фразу, с которой начались все их перемены: "Сколько ещё мы будем жить под диктовку твоей матери, Олег? У нас у самих уже дети есть."
— Потому что мы научились слушать друг друга, — Алла прижалась к мужу. — И это самое главное.
***
Наступил август, время сбора урожая и последних летних дней. Пока Алла и Олег отдыхали с детьми на море, Марина Евгеньевна и Виктор Степанович присматривали за дачей. Однажды вечером, перебирая малину, они заметили незнакомую женщину у соседнего участка. Она стояла, опираясь на калитку, и смотрела на их дом с какой-то странной тоской. "Вам кого?" — окликнула её Марина Евгеньевна. Женщина вздрогнула: "Простите... Здесь когда-то жила моя сестра, Татьяна. Я ищу её дочь. Мне нужно рассказать ей правду о наследстве, которое от неё скрывали все эти годы...", читать новый рассказ...