Анна получила повестку в суд в тот же день, когда забирала свежие документы на квартиру из МФЦ. Сначала не поняла, в чём дело. Потом прочитала внимательнее и похолодела.
Валерий Сергеевич Крылов подаёт исковое заявление о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества.
– Валера! – позвала она мужа, когда пришла домой.
Он сидел на кухне, пил чай и выглядел необычайно довольным собой.
– А, Аня! Ну как, документы получила?
– Получила. А ещё получила повестку в суд.
Валерий даже не попытался изобразить удивление:
– Да, подал на развод. Надоело притворяться.
– Притворяться? – Анна села напротив мужа. – В чём ты притворялся?
– В том, что люблю тебя. В том, что мы счастливая семья.
– Десять лет притворялся?
– Десять лет ждал, когда ты получишь наследство от бабушки, – Валерий усмехнулся. – Терпеливо ждал.
Анна почувствовала, как земля уходит из-под ног. Полгода назад умерла её бабушка и завещала внучке двухкомнатную квартиру в центре. Оформление документов затянулось, но на прошлой неделе всё наконец завершилось.
– То есть ты женился на мне из-за квартиры?
– Из-за квартиры и из-за того, что твоя бабуля была богатая. Думал, денег оставит больше.
– Но денег-то она и не оставила. Только квартиру.
– Ну и ладно. Квартира стоит четыре миллиона. Моя половина – два миллиона. Неплохо за десять лет работы мужем.
Анна смотрела на человека, с которым прожила десять лет, и не узнавала его.
– Работы мужем?
– А как ещё назвать? Терпел твой характер, твою готовку, твою маму...
– Мой характер тебе не нравился?
– Анька, ты же серая мышь! Скучная, предсказуемая. Единственное, что в тебе интересного – богатая бабушка.
Анна медленно встала из-за стола:
– Понятно. А сейчас, получается, бабушки нет, а квартира есть...
– Вот именно! И по закону половина моя. Совместно нажитое имущество.
– Отлично, Валера, – сказала Анна неожиданно спокойно. – Только сначала послушай запись нашего разговора с нотариусом.
Валерий нахмурился:
– Какую запись?
Анна достала телефон и включила диктофон:
"Анна Владимировна, вы уверены, что хотите оформить дарственную на мужа? Это очень серьёзное решение."
"Уверена. Мы любим друг друга, у нас крепкая семья."
"Но почему именно дарственная, а не совместная собственность?"
"Валерий настаивал. Говорит, так проще с налогами..."
Лицо Валерия медленно бледнело.
– Продолжаем слушать? – спросила Анна.
"Анна Владимировна, при дарственной квартира будет принадлежать только вашему мужу. В случае развода вы не сможете претендовать на долю."
"Я понимаю. Но мы не собираемся разводиться..."
Анна выключила запись:
– Помнишь этот разговор, дорогой?
Валерий схватился за голову:
– Но... но ведь квартира записана на меня! Значит, она моя!
– Совершенно верно. По дарственной. А раз она твоя, то при разводе я на неё претендовать не могу.
– Да, но... – Валерий запнулся, что-то соображая.
– Но что? Ты же сам настаивал на дарственной. Говорил, что так лучше.
– Я думал... я думал, что если она на меня записана, то это гарантия...
– Гарантия чего?
– Что при разводе я получу больше, чем половину...
Анна рассмеялась:
– Валера, ты дурак. Совершеннейший дурак.
– Почему дурак?!
– Потому что по дарственной квартира твоя ЛИЧНАЯ собственность. А при разводе делится только СОВМЕСТНО НАЖИТОЕ имущество.
До Валерия начало доходить:
– То есть... квартира не подлежит разделу?
– Именно. Она полностью твоя. А я не получу ни копейки.
Валерий повеселел:
– Ну тогда вообще отлично! Я забираю квартиру и живу один!
– Забираешь, – согласилась Анна. – Только есть одна маленькая проблемка.
– Какая?
Анна достала из сумки папку с документами:
– Квартира в залоге у банка. Кредит на три миллиона рублей.
Валерий выхватил документы:
– Какой кредит?! Когда ты успела?!
– Позавчера. Оформила потребительский кредит под залог недвижимости.
– Зачем?!
– А вот зачем, – Анна показала банковскую выписку. – Три миллиона рублей лежат на моём личном счёте.
Валерий смотрел на цифры и хлопал глазами:
– Но это же мошенничество!
– Какое мошенничество? Я взяла кредит под залог своего имущества... то есть теперь уже твоего имущества.
– Но я же не согласился на кредит!
– А согласие твоё и не требовалось. Квартира моя была, когда я кредит оформляла. А стала твоя только вчера, когда дарственная в силу вступила.
Валерий схватился за сердце:
– Анна, ты не можешь так поступать!
– Могу. И поступила. По закону всё чисто.
– Но теперь на мне долг три миллиона!
– Не на тебе. На квартире. Это залоговый кредит.
– Но квартира же моя!
– Твоя. Вместе с долгами по ней.
Валерий метался по кухне:
– Это подстава! Я в суд подам!
– Подавай. Только учти: у меня есть запись, где ты сам настаиваешь на дарственной. И есть свидетели.
– Какие свидетели?
– Нотариус. Его помощница. Они подтвердят, что ты лично требовал оформить квартиру только на себя.
Валерий упал на стул:
– Анна, ну мы же можем договориться...
– О чём договориться?
– Отменим развод! Будем жить как раньше!
– Как раньше? То есть ты будешь притворяться, что любишь "серую мышь"?
– Не буду притворяться! Буду по-настоящему!
Анна засмеялась:
– Валера, поздно. Ты уже показал своё истинное лицо.
– Тогда... тогда продай квартиру! Расплатись с кредитом!
– Не могу. Квартира в залоге. Банк не даст продать, пока долг не погашен.
– Но у тебя же есть три миллиона!
– Есть. На моём ЛИЧНОМ счёте. К тебе они отношения не имеют.
Валерий понял, что попал в ловушку:
– Анна, скажи, что ты хочешь...
– Хочу развестись. Ты же сам подал заявление.
– Отзову заявление!
– Поздно. Я уже подала встречный иск. С требованием компенсации морального ущерба.
– Какого ущерба?
– Ты десять лет обманывал меня. Притворялся любящим мужем. Это моральный ущерб.
– На сколько?
– На миллион рублей.
Валерий охнул:
– Откуда миллион?!
– Десять лет обмана. Сто тысяч за год. Скромно, по-моему.
– У меня таких денег нет!
– Не беда. Можешь расплатиться квартирой.
– Но тогда я останусь ни с чем!
– А я десять лет жила с мужем, который меня не любил. Мне тоже досталось не много.
Валерий заметался по кухне:
– Анна, давай мирно разойдёмся! Без суда, без претензий!
– Мирно? А как же раздел имущества, который ты требовал?
– Забудь про раздел! Пусть каждый остаётся при своём!
– При своём? – Анна улыбнулась. – Отлично. Я остаюсь при своих трёх миллионах. А ты при своей квартире с долгом в три миллиона.
– Это нечестно!
– Это справедливо. Ты хотел меня кинуть – я кинула тебя.
Валерий сел и закрыл лицо руками:
– Я не думал, что ты на такое способна...
– А я не думала, что ты десять лет меня обманывал. Но вот парадокс – оба ошиблись в оценке друг друга.
– Анна, но ведь у нас были хорошие моменты...
– У тебя были хорошие моменты. Когда ты представлял, как получишь наследство. А у меня были моменты обмана.
Валерий поднял голову:
– А что, если я откажусь от квартиры? Подпишу отказ от дарственной?
– Поздно. Дарственная зарегистрирована. Отменить её можно только через суд, доказав принуждение или недееспособность.
– Но я же не недееспособный!
– И принуждения не было. Ты сам настаивал. У меня есть запись.
Валерий схватился за волосы:
– Что же мне теперь делать?
– Можешь продолжать жить в квартире. Только кредит придётся выплачивать.
– Из чего выплачивать? У меня зарплата тридцать тысяч!
– Найди подработку. Или сдавай комнату.
– В двухкомнатной квартире?
– А что, нельзя? Комната за пятнадцать тысяч, твоя зарплата тридцать. Сорок пять тысяч в месяц. На кредит хватит.
– А на жизнь что останется?
– А на жизнь у тебя есть жена... ой, простите, БЫВШАЯ жена, которая десять лет тебя содержала.
Валерий вскочил:
– Ты меня не содержала!
– Не содержала? А кто покупал продукты? Кто платил за коммуналку? Кто покупал тебе одежду?
Валерий замолчал. Действительно, последние годы Анна зарабатывала больше и брала на себя основные расходы.
– Это другое дело...
– Никакое не другое. Я тебя содержала, а ты копил деньги и мечтал о моём наследстве.
Анна встала и взяла сумку:
– Ладно, Валера, мне пора. Завтра увидимся в суде.
– Куда ты идёшь?
– Съехала от тебя. Сняла однушку рядом с работой.
– На какие деньги съехала?
– На свои три миллиона. Которые ты помог мне получить, настояв на дарственной.
У двери Анна обернулась:
– Кстати, Валер, хочу сказать спасибо.
– За что?
– За то, что открыл мне глаза. Десять лет я думала, что живу с любящим мужем. А оказалось, что кормлю жадного придурка.
Дверь хлопнула, оставив Валерия наедине с горькой правдой.
Он сидел на кухне и пытался осмыслить произошедшее. Ещё утром он считал себя хитрым и расчётливым. Десять лет терпел скучную жену ради её наследства. А теперь оказался у разбитого корыта.
Квартира за четыре миллиона? Его. Но с долгом в три миллиона. Фактически он получил недвижимость стоимостью в миллион рублей, но с обязательством платить кредит двадцать лет.
А Анна получила три миллиона чистыми деньгами. И свободу от десятилетнего обмана.
Валерий достал телефон и набрал номер лучшего друга:
– Серёга, ты юрист. Скажи, можно ли оспорить дарственную?
– В каком смысле?
– Ну, если жена подарила мне квартиру, а потом взяла под неё кредит...
– Стоп, стоп. Когда дарственная оформлена?
– Позавчера вступила в силу.
– А кредит когда взят?
– Позавчера... нет, за день до этого.
– Тогда всё законно. На момент оформления кредита квартира принадлежала жене. Она имела право её заложить.
– Но я же не знал про кредит!
– А тебя никто не обязан был предупреждать. Ты получил квартиру по дарственной со всеми обременениями.
Валерий почувствовал, как сердце ухает вниз:
– Серёг, а если я докажу, что она меня обманула?
– Чем обманула?
– Не сказала про кредит!
– Валера, ты дурак? Она тебе квартиру подарила! Бесплатно! Какие у тебя могут быть претензии?
– Но она специально это сделала!
– Специально что? Подарила тебе недвижимость? Ужас какой!
Валерий понял, что друг его не поддержит, и бросил трубку.
К вечеру он окончательно осознал масштаб катастрофы. При его зарплате в тридцать тысяч ежемесячный платёж по кредиту составлял двадцать пять тысяч. Оставалось пять тысяч на жизнь.
Пять тысяч в месяц. Меньше двухсот рублей в день.
А ведь ещё нужно платить за коммуналку, интернет, телефон...
Валерий схватил калькулятор и принялся считать. Коммуналка – семь тысяч. Интернет и телефон – две тысячи. Итого девять тысяч обязательных расходов.
А доходы тридцать тысяч. Минус кредит двадцать пять тысяч. Остаётся пять тысяч.
Пять минус девять равно минус четыре тысячи.
Дефицит четыре тысячи рублей в месяц.
– Анна! – заорал он в пустую квартиру. – Сука!
Но Анны не было. И кричать было некому.
На следующий день Валерий пришёл в суд с твёрдым намерением отсудить у жены хотя бы часть денег. Но увидев её с адвокатом, понял: шансов нет.
– Ваша честь, – говорил адвокат Анны, – ответчик требует раздела имущества. Но имущества для раздела нет. Квартира принадлежит ответчику по договору дарения, значит, является его личной собственностью.
– А деньги на счету истицы? – спросил судья.
– Деньги получены истицей по кредитному договору до расторжения брака. Но квартира была её собственностью на момент получения кредита, следовательно, кредит является её личным обязательством.
Валерий вскочил:
– Но она нарочно это сделала! Чтобы меня кинуть!
Судья посмотрел на него строго:
– А вы нарочно настаивали на дарственной. Чтобы получить всю квартиру себе, а не делить пополам.
– Я... я не думал...
– Вот именно. Не думали. А теперь пожинаете плоды своей недальновидности.
Развод оформили за полчаса. Никакого раздела имущества не было – делить оказалось нечего.
Выходя из суда, Анна подошла к бывшему мужу:
– Валер, не расстраивайся. Ты получил то, что хотел.
– Что хотел?
– Квартиру в центре. Четыре миллиона рублей недвижимости.
– С долгом в три миллиона!
– Ну так кредиты берут для того, чтобы отдавать. Не я же тебя заставляла соглашаться на дарственную.
Валерий смотрел на жену и не узнавал её. Где была тихая, покладистая Анна? А вместо неё стояла уверенная в себе женщина с хитрой улыбкой.
– Ты изменилась...
– Не изменилась. Просто перестала притворяться удобной.
– А если я попрошу прощения? Скажу, что был неправ?
Анна рассмеялась:
– Валер, ты десять лет притворялся, что любишь меня. Теперь будешь притворяться, что раскаиваешься?
– Может быть, я действительно раскаиваюсь...
– Может быть. Но мне уже всё равно.
Анна развернулась и пошла к выходу. А Валерий остался стоять на ступенях суда, размышляя о том, что жадность до добра не доводит.
Продолжение во второй части ===>>>