Муж Анны Зарубиной погиб при пожаре, осиротив сына и наделав долгов, с которыми пришлось расплачиваться безутешной вдове. Спустя два года на пути у женщины проявился предприниматель Василий Фролов, благодаря которому наладились и бизнес Анны, и ее личная жизнь. Василий стал ее компаньоном. Накануне свадьбы Зарубина неожиданно встретила супруга Егора и выяснила, что жертвой огня был близкий друг мужа,а не Егор. Сам же Зарубин, воспользовавшись ожогами, сделавшими его неузнаваемым, стал жить под именем покойного, у которого по роковой случайности совсем не оказалось родственников. Поняв, что по-прежнему любит страдальца, Анна расторгла помолвку с Фроловым, и отец семейства смог вернуться в родной дом.
***
Прошло несколько дней. Василий пригласил Анну на деловую встречу. Зарубина надеялась на то, что мужчина уже успокоился, и они смогут нормально общаться.
— Хорошая прибыль в этом месяце, — констатировала факт Анна, глядя в бухгалтерские документы. — Поперло, как говорят. Но это твоя заслуга, Вася. Я надеюсь, что тебе тоже скоро повезёт во всём остальном.
— Я обойдусь без предисловий, — ответил Фролов, — поэтому скажу прямо. Я забираю свои деньги из бизнеса. Так что рули одна, и пусть тебе тоже повезёт во всём.
— Вась, ты что? — Анна никак не ожидала такого поворота событий. — У нас столько завязано теперь. Практически все оборотные средства, Вась. Клиентов куча и выручка нормальная. Я даже хотела тебе предложить расширяться.
— А я тебе тоже предложение делал. Только у тебя оказались другие планы. Вот и расширяйся с Егором.
— Вась, это не по-взрослому — смешивать личное с делами.
— Я уже всё решил. Как говорится, хозяин барин.
— Вась, послушай, ну ты же знаешь, что я без твоих инвестиций пропаду. И потом, мы завязаны друг с другом. Ты тоже многое потеряешь в деньгах. А я выкручусь как-нибудь. Раз наше дело не стало семейным, оно мне больше не интересно. У меня всё.
— Хорошо. Когда ты хочешь забрать деньги?
— В ближайшее время, — немного подумав, ответил Василий.
— Дай мне ещё время, пожалуйста, — попросила Анна. — Я попытаюсь найти деньги, чтобы сохранить своё дело.
— А у тебя есть выход. — Даже сейчас Василий не терял надежды остаться с Анной.
— Какой?
— Очень простой. Либо ты остаёшься со своим погорельцем и фирмой-банкротом, либо успешный бизнес и свадьба со мной.
— Ты что, сдурел, что ли? Это же нечестно.
— Да. А ты что, честно поступила? Ты же ведь у нас бизнесвумен. Ну так вот и мысли категориями бизнеса, что тебе выгодно, а что нет. Ты пойми, мои деньги будут работать только в том случае, если у меня будет личный интерес. А мой личный интерес — это ты. А у тебя Миша, которого поднимать ещё надо на ноги, которому дать хорошее образование нужно. — Василий говорил, а Анна молчала. — Ну хочешь Егору помочь, помогай, я-то не против. Операцию пластическую ему сделаем, обеспечим жильём, всё, что угодно, всё, что в наших силах. Но ты подумай, пораскинь мозгами. — Мужчина выдержал паузу и добавил: — Я тебя не тороплю. Неделю подожду.
И перед Анной встал выбор — остаться с мужем или жить с Василием, но ради любимых ей людей. Хорошо он ее за жабры взял. Было тошно от одной только мысли, что женщине в конце концов придется сделать этот выбор.
***
Вечером, когда Егора не было дома, к Анне в гости пришла мать. Наталья Петровна была не рада неожиданному воскрешению зятя и его возвращению в семью. Аня, желая открыть маме истинное лицо Фролова, рассказала об идее компаньона забрать свою долю из бизнеса.
— Ну, хватит уже из Васи делать монстра. Ну, нормальный он человек. Ну, что у меня глаз, что ли, нет? И потом, я вижу, как он тебя любит, как он любит Мишеньку, как он тебя холит, лелеет. Ну, ты пойми, правда. А ты идёшь за него замуж, как будто на казнь. — Наталья Петровна совершенно не хотела понимать свою дочь.
— Мама, я ещё никуда не иду, — поправила свою мать Анна.
— Ой, Господи. Вот пойми, кому ты действительно свою жизнь в жертву отдала, так это Егору. Вот ты это пойми. Ты вспомни, вспомни, как ты работала одна за двоих. Вспомни. Пораскинь своими мозгами. Сними свои розовые очки-то, наконец-то. Да увидь ты, что с Егором у тебя одни только проблемы. И тогда, и сейчас. Пойми ты, наконец-то. А с Васей ты хоть женщиной себя почувствуешь. Будешь как за каменной стеной.
— Вот именно.
— Вот именно.
— Как за стеной, мам. Бесчувственная и холодная. А я не хочу жить со стеной, мам. Я хочу жить с любимым человеком. Мамочка, спасибо тебе большое.
— Да за что?
— А ты мне помогла понять, мам, что жизнь с Васей, это как тюрьма с холодными стенами. Ничего, я справлюсь сама, мамуль. Я и Егора вылечу, и потом Мишку вместе поставим на ноги.
— Слушай, ну ты дура, что ли, Аня? Совсем уже? Ты свою жизнь своими руками рушишь, — не сдавалась Наталья Петровна. Ей было искренне жаль видеть дочь в заведомо проигравшей ситуации. — Слушай, ты прости меня, но я тебе в этом не помощница.
Мать ушла, не стала больше уговаривать Анну, которая уже все для себя решила, причем сейчас, спонтанно, одномоментно. Она еще раз поняла, что жить с Василием не сможет, это будет не жизнь. И ей казалось, что если жизнь вновь их свела с Егором, то отказ от этого будет просто преступлением.