С осени 1611 года по весну 1612-го со всех городов Поволжья на народное ополчение собрали более 10% годового дохода России накануне Смутного времени.
Все знают про народное ополчение, освободившее Москву в 1612 году от иностранных захватчиков. Но мало кто задумывался, что оно было прежде всего финансовым мероприятием. Ополченцы состояли из хорошо оплаченных профессионалов войны, только вместо распавшегося в Смуту государства их финансировало то, что сегодня мы бы назвали «гражданским обществом».
Началось всё осенью 1611 года в Нижнем Новгороде, одном из крупнейших торгово-экономических центров страны. На пике разложения государственности, когда Москвой уже год владели поляки, северо-запад России оккупировали шведы, по стране шатались не уступавшие иным армиям вооруженные банды, а счет самозваным царям превысил дюжину, в Нижнем Новгороде единственной властью оказался совет из местных дворян и торговцев. Неформальным лидером совета стал «выборный человек» Кузьма Минин – сегодня его социальный статус определили бы как директор и собственник мясокомбината.
Нижегородский совет первоначально озаботился созданием войск для обороны города, но Минин проявил куда большую общественную активность, призывая озаботиться судьбой всего погибающего государства. Призыв нашел отклик, при этом предприимчивые нижегородцы понимали, что сражаться за Россию должны хорошо оснащенные профессионалы.
Осенью 1611 года в Нижнем решили собирать средства для организации ополчения из таких профессионалов. «Захотим помочь московскому государству, так не жалеть нам имения своего», – история сохранила слова Минина. Все нижегородцы сдавали треть своего имущества, уклонявшихся от сборов наказывали полной конфискацией. Сам Минин сдал в общий котел всё свое имущество, включая драгоценности жены и серебряные оклады с домашних икон.
Сохранились даже отдельные оценки сданных средств – например, с торговых структур знаменитого купеческого рода Строгановых взяли на ополчение 4116 рублей, огромная тогда сумма, ведь все таможенные сборы Нижнего Новгорода за 1612 год составили 6200 рублей. Лошадь стоила 2 рубля, а хороший городской дом – всего 10.
Первыми наняли несколько сотен «служилых людей из смолян», оказавшихся неприкаянными после захвата Смоленска поляками. Воинов тщательно делили по «статьям» в зависимости от опыта и боеспособности: первой «статье» платили 50 рублей в год, второй – 45, третьей – 40. Это был рекорд по величине «зарплат» для военных в России той эпохи. И в Нижнем довольно быстро собрали 3 тысячи ополчения из профессиональных вояк. Весной 1612 года они двинулись в поход вверх по Волге, вдоль самого оживленного в России того времени торгового пути. Всего с сентября 1611 года по апрель 1612‑го со всех городов Поволжья на ополчение собрали 160 тысяч рублей: более 10% годового дохода России накануне Смутного времени.
Четыре месяца ополчение простояло в Ярославле, где волжский путь пересекался с оживленной торговой артерией до Архангельска, через который в то время шла основная коммерция России с Западной Европой. Здесь быстро собрали еще не менее 100 тысяч рублей серебром. Это позволило не только довести численность ополчения до 10 тысяч профессионалов, но и начать чеканить собственную серебряную монету.
После того как хорошо оплаченные ополченцы отбили столицу, Минин и князь Пожарский даже выплатили зарплату всем московским «дьякам»-чиновникам, тем самым продемонстрировав, что отныне именно они здесь государственная власть. Сбор же денег не прекращался. Сохранилось письмо Пожарского от 11 ноября 1611 года в Соль-Вычегодскую, тогда богатый центр соляной добычи, где красочный рассказ о боях за освобождение Москвы завершается конкретным приказом:
«А денежные доходы, кабацкие и таможенные денги прошлого и нынешнего году, что у вас в зборе есть, и оброчные денги собрав тот час с посаду и с уезду, всякие окладные и неокладные доходы, прислати к нам»
Алексей Волынец
Злой Московит