Глубокой зимой древнегреческий философ Диоген Киник скинул с себя всю одежду и прижался к холодной бронзовой статуе. Когда проходящий мимо спартанец спросил, не холодно ли ему, Диоген ответил:
— Конечно, холодно. Но именно в этом и смысл — приучить себя переносить то, чего мы обычно избегаем.
— Для чего? — удивился спартанец.
— Когда придут настоящие испытания, я буду готов, — ответил философ.
Столетия спустя римский философ Сенека развил эту идею, регулярно живя в добровольной бедности. Когда его богатые друзья недоумевали, зачем состоятельному человеку такие лишения, он объяснял это тем, что это самый надежный способ подготовить себя к трудностям, пока они не обрушились по-настоящему.
Стоики, как их предшественники-киники, высоко ценили трудности, хотя подходили к ним более умеренно и практично. Они говорили, что нам следует регулярно подвергать себя добровольным лишениям (пусть и незначительным) и периодически жить в простоте. Такой подход они обосновывали несколькими причинами:
Во-первых, это даст возможность понять, без чего мы можем обойтись, и уменьшит страх потерять эти вещи. В своих "Письмах" Сенека советует Луцилию:
"Определи себе период в несколько дней, в течение которых ты будешь довольствоваться очень малым количеством пищи, самой дешевой и грубой одеждой, и спроси себя: 'Не этого ли я боялся?'"
Во-вторых, это хороший способ напомнить себе, что простой ужин без излишества или полноценный ночной сон могут быть столь же приятными, как шикарный банкет и отпуск где-нибудь на берегу моря. Такая практика учит нас тому, что удовольствие — вещь доступная.
В-третьих, лишения позволяют нам сосредоточиться на своих истинных целях и мотивируют нас работать над их достижениями. Человек, живущий в вечном достатке и излишествах, редко заинтересован в том, чтобы что-то менять.
"Если хочешь иметь время для ума, — говорил Сенека, — ты должен либо быть бедным, либо походить на бедных... Нельзя учиться без бережливости, а бережливость — это всего лишь добровольная бедность".
В-четвертых, это учит нас больше ценить и получать больше удовольствия от вещей, к которым мы так привыкли. Поспите неделю на полу — и ваша обычная кровать покажется райским облаком. Откажитесь от горячего душа на несколько дней — и теплая вода станет настоящим блаженством.
В-пятых, самоограничения помогают вырваться из плена рутины, восстановить силы и одновременно ощутить свободу, потому что вы научились наслаждаться малым.
В-шестых, все это закаляет нас и готовит к будущим трудностям, которые неизбежно придут в жизнь каждого.
В-седьмых, регулярные самоограничения быстро дают понять: большая часть наших страданий — это не сами события, а наше отношение к ним.
В-восьмых, это позволяет практиковать самодисциплину и проверять свою стойкость.
В-девятых, вы научитесь сопереживать менее успешным людям, жизнь которых наполнена постоянными лишениями.
В-десятых, временная простота и лишения могут иметь и более приземленные выгоды, такие как нормализация веса, экономия времени и денег.
Наконец, эта специфическая практика повышает самооценку, тренирует дисциплину и приносит удовольствие иного рода, испытать которое можно лишь на практике.
"Не сетуй на несчастье, — говорит Марк Аврелий. — Вместо этого радуйся тому, что ты из тех людей, кто может переносить несчастье, не позволяя ему огорчать тебя".
Начать можно с малого: провести день без социальных сетей, неделю без сладкого или месяц, покупая только самое необходимое. Главное — помнить, что каждое добровольное лишение делает нас сильнее и свободнее.