- Представляю! - огрызнулся Егор, - Я тоже вижу цены. Но я не олигарх. Я что, должен из кожи вон лезть, чтобы ты свои фрукты покупала?
Больно.
Не из-за денег. Из-за отношения.
И Полина не смогла ничего ответить.
Егор, почувствовав, что “прокатило”, продолжил экономить. Он начал подсчитывать количество стирального порошка, которое тратила Полина, ругался из-за лишнего килограмма сахара и даже стал придираться к количеству бумаги, которое уходило за месяц.
***
Егор сидел в темной гостиной и заливал горе вином. Точнее, не горе, а досаду. Досадное недоразумение. Всего-то и делов - чуть увлекся. Ну с кем не бывает? Подумаешь!
Он покрутил в пальцах граненый стакан (бокал для вина он не нашел, он вообще не знал, где что лежит на кухне). В квартире было непривычно тихо. Ни топота, ни воркования Полины, ни требовательного писка годовалого Мишки. Тишина давила. Он никогда не думал, что тишина может так раздражать.
И как он до этого докатился…
А все эта Настя, чтоб ее! Он даже в мыслях не может ее никак обозвать! Как представит ее глаза, так сразу все, снова пропал…
Встреча с Настей перевернула его жизнь.
Он допил вино, поставил стакан в раковину, не споласкивая его, а потом вернулся в комнату и уселся за ноутбук. Егор вздохнул, глядя на экран монитора. Цифры, цифры, цифры… Они преследовали его даже во сне. И дело было не в работе, а в арифметике его собственной жизни, которая стремительно катилась к финансовой пропасти.
И все из-за Насти.
Егор познакомился с ней в баре, куда заскочил после работы, чтобы немного отдохнуть без детских криков. Настя сидела за барной стойкой, потягивая коктейль и очаровательно улыбаясь бармену. Ее красное платье, казалось, искрилось в полумраке, а длинные ухоженные волосы элегантно ниспадали на плечи.
Егор, как завороженный, подошел к ней.
- Можно угостить вас коктейлем? - пролепетал он, чувствуя, как весь вспотел.
Настя окинула его оценивающим взглядом и улыбнулась:
- Почему бы и нет? Только закажи что-нибудь поинтереснее этого сиропа.
Фух, как здорово, что он тогда пошел на работу в костюме. Будь он в своей растянутой кофте, Настя бы на него и не взглянула, а так разрешила ее угостить, и для Егора это был просто фейерверк эмоций.
С того вечера и началось его падение.
Настя любила дорогие рестораны, бутики и шикарные спа-салоны. Егор, конечно, не мог всего этого ей обеспечить. Но он очень старался. Он хотел казаться тем, кем не был, - богатым и щедрым мужчиной.
Но эта напускная щедрость быстро ударила по его бюджету.
Что сразу сказалось на жене.
Раньше он без вопросов покупал Полине все, что она просила: новые крема, витамины, одежду для Мишки. Теперь же на любое ее “нужно” он отвечал: “Любимая, сейчас кризис. Потерпи немного. Потом обязательно купим”.
Все это начиналось незаметно.
Сначала Егор стал придираться к количеству детского питания, которое уходило у их сына.
- Полина, ну куда ему столько смеси? Он что, слоненок? Я читал, что можно кормить кашами!
Полина огрызалась:
- Егор, рано еще! Каши - это хорошо, но смесь ему нужна!
Потом настала очередь косметики.
- Зачем тебе этот крем за две тысячи? Что, уже морщины появились? Возьми что-нибудь попроще, эффект будет тот же, все равно разливают одно и то же по разным флаконам!
Полина молчала, глотая обиду. После родов ей хотелось выглядеть лучше, снова почувствовать уверенность, но денег на нее не было.
Но настоящая экономия началась позже, когда отношения с Настей заходили все дальше и поддерживать образ “небедного мужчины” становилось все накладнее.
Настя была девушкой с запросами, но довольно практичной. Она не требовала бриллиантов и яхт, она понимала, что Егор ей их не подарит, но новое платье, стильный клатч или сертификат в спа считала необходимыми для поддержания себя в тонусе. Егор, желая казаться в глазах Насти этаким “мажором”, старался соответствовать. Он понимал, что не дотягивает, но уйти от нее не мог.
А дома его ждали Полина с Мишей.
И вот тут-то экономия достигла своего апогея.
- Любимая, - как-то начал Егор с приторной улыбкой, - У меня тут небольшие трудности на работе. Премию задерживают. Давай пока немного затянем пояса?
Куда их еще затягивать? И так уже исключили из списка необходимого все, что можно исключить.
- Затянем? Это как? Будем сидеть на хлебе и воде? Мише ты тоже предложишь затянуть пояс?
- Ну, не надо преувеличивать, - пробурчал Егор, - Просто будем экономить. Вместо мяса возьмем курицу, она дешевле. А фрукты… Ну, можно обойтись яблоками. Они полезные.
- Яблоки? - вздохнула Полина, - Да я уже смотреть не могу на эти яблоки. Мне витамины нужны. И Мише тоже! Ты постоянно напоминаешь мне, что я слишком много трачу, но когда ты в последний раз ходил со мной в магазине? Ты хоть представляешь, сколько сейчас все стоит?
- Представляю! - огрызнулся Егор, - Я тоже вижу цены. Но я не олигарх. Я что, должен из кожи вон лезть, чтобы ты свои фрукты покупала?
Больно.
Не из-за денег. Из-за отношения.
И Полина не смогла ничего ответить.
Егор, почувствовав, что “прокатило”, продолжил экономить. Он начал подсчитывать количество стирального порошка, которое тратила Полина, ругался из-за лишнего килограмма сахара и даже стал придираться к количеству бумаги, которое уходило за месяц.
- У меня скоро вся зарплата будет уходить на эту бумагу!
Полина плакала по ночам, уткнувшись в подушку. Она перестала просить у Егора деньги на свои нужды и старалась справляться сама. Она продавала свои старые вещи на барахолке, подрабатывала, как могла, лишь бы не зависеть от его милости.
А Егор тем временем осыпал Настю комплиментами и... подарками. Не хватало денег на платье? Ничего, займ возьмет! Клатч за 40 тысяч? Тоже можно взять в кредит! Главное - произвести впечатление.
- Егор, что с тобой происходит? Почему ты стал таким скупым? - спросила Полина однажды, когда он отказался купить ей новое платье на День рождения.
- Полина, вот чего ты начинаешь? Я же объяснил - сейчас трудные времена. Нужно экономить. Ты ведь умная женщина, должна понимать, - огрызнулся он в ответ.
Очередной тревожный звоночек, хотя тревожнее уже просто некуда, прозвенел, когда Полина попросила новый блендер. Старый сломался, а без него, как оказалось, приготовление пюре для Миши превращалось в трудоемкий процесс.
- Блендер? Ну, это ты размахнулась, конечно. Полин, сейчас не время, - скривился Егор, делая вид, что изучает график продаж на компьютере, - У нас и так расходы огромные. Ты же знаешь, ипотека, Миша… Может, пока обойдешься?
Полина нахмурилась. Она прекрасно знала, сколько зарабатывает Егор. На блендер точно хватило бы. Это уж редкий случай. Но спорить она уже не стала:
- Ладно, поищу у мамы старый, наверное, найдется.
Егор облегченно вздохнул. Сэкономил. Но совесть, конечно, немного грызла. Как назло, в тот же день Настя упомянула о новой коллекции сумок.
- Милый, ты же знаешь, я так давно мечтала о маленькой Шанель, - промурлыкала она.
Егор понимал, что “Шанель” ему не по карману. Но отказать Насте? Это означало подставить под угрозу их отношения. Настя не из терпеливых. Не купит он, значит, купит кто-нибудь другой. И тогда он полез в интернет и оформил новый займ.
Все медленно, но верно катилось под откос. Блендер для Полины - “дорого, обойдемся”. Новое платье для Насти - “безусловно, ты достойна самого лучшего!”. Егор вел двойную жизнь, в которой Полине доставались крохи, а Настя купалась в его показном внимании.
Он врал им обеим.
Полине он говорил, что на работе задерживают зарплату, а Насте рассказывал истории о том, как успешно идут его инвестиции. Он до встречи с ней и слова-то такого не знал. Врать становилось все легче и легче. И это пугало его больше всего.
Однажды Полина спросила:
- Егор, что с тобой происходит? Ты какой-то... другой. Холодный. Вечно раздраженный. Ты вообще меня любишь? Каждую копейку считаешь. Хотя я знаю, что не до такой степень у нас все плохо. Объясни, что происходит? Ты влез в долги? Ты играешь? Ты… я даже предположить не могу.
Егор замер. Он не ожидал такого прямого вопроса. Любил ли он Полину? Он помнил, как сильно любил ее раньше. А сейчас? Что осталось от этих чувств?
- Полин, что за глупости? Конечно, люблю, - отвернулся он, - И ни во что я не играю, в долги не влез. Просто устаю на работе. Сейчас сложный период. А с зарплатой действительно постоянные проблемы, я это не придумываю.
Полина невесело усмехнулась.
“Сложный период” растянулся уже на много месяцев.
Тем временем Егор все глубже погружался в пучину лжи и долгов. Кафе, рестораны, подарки, поездки за город. Егор крутился, как белка в колесе, пытаясь угодить Насте. Он брал все новые и новые займы, надеясь, что вот-вот ситуация наладится, что ему повысят зарплату, что он выиграет в лотерею…
Но ситуация только ухудшалась. Банки звонили и требовали вернуть долги. На работе все шло наперекосяк. Все валилось из рук, даже сосредоточиться на чем-то невозможно. Начальник смотрел на него с подозрением.
Когда Егор вновь уткнулся в монитор, думая, как свести концы с концами и не подставиться перед женой, Полина прикоснулась к его плечу:
- Егор, отвлекись на секундочку.
- Не могу сейчас… Надо кое-что посчитать… Тебе срочно?
- Егор… Да, это срочно.
Он раздраженно цокнул и повернулся к ней:
- Тогда говори быстрее.
- Я вижу, как ты меняешься. Я чувствую, что тебе на нас наплевать. Ты перестал быть моим Егором. Я понимаю, что ты меня больше не любишь.
Все было правдой. Егор хотел соврать что-то привычное, но язык не повернулся. Нет, это не совесть проснулась. Просто после всех этих кредитов, кошмара на работе, оправданий перед Полиной, он уже ничего не вывозил. И придумать, что соврать, не мог.
- Я ухожу, - продолжила Полина, - Завтра приедет папа и заберет меня и Мишу.
Расстроился ли он? Может быть. С Полиной он видел будущее, хоть и без любви, но все же что-то стабильное. А с Настей… как бы ни были сильны чувства к ней, будущего у них нет. Он это прекрасно понимал. Настя с ним, пока ей хватает того, что он дает. Когда ей станет мало, она уйдет. И она этого никогда не отрицала. Но, даже понимая все это, Егор не мог забыть Настю.
На следующий день, когда отец Полины стоял на пороге с двумя чемоданами, Егор чувствовал, что его самооценка упала куда-то на уровень плинтуса.
- Я давно подозревал, что ты не тот, за кого себя выдаешь, - сказал отец Полины, презрительно глядя на Егора, - Полина мне все рассказала. Если бы рассказала раньше, то я бы приехал за ней раньше. Как тебе не стыдно? Просто… не могу даже представить, кем надо быть, чтобы пересчитывать, сколько жена бутербродов съела на завтрак.
Ой, да такое было-то всего один раз. Раздули.
Он больше не сказал ни слова. Он просто забрал Полину с Мишей и ушел.
Можно как угодно ненавидеть Егора, но ему не было грустно. Он думал только о Насте. После того, как жена с тестем уехали, Егор позвонил своей ненаглядной:
- Насть, ты как? Все хорошо? А я с женой расстался, - он надеялся, что она или пожалеет, или оценит этот поступок, ведь он хотел подать эту новость так, будто он сам подает на развод, чтобы уйти к ней, к Насте.
- Ой, Егор, ну что ты ноешь? - раздраженно ответила Настя, - Расстался и расстался. Это хорошо или плохо? Неважно. Я сейчас занята. У меня тут вечеринка. Позвони позже.
И она бросила трубку.
Вскоре Настя поняла, что денег у Егора нет. Как и было сказано, она никогда не отрицала, что это для нее решающий фактор. Поэтому и их роман сошел на нет. И все же, вопреки здравому смыслу, Егор не сдавался. Он решил во что бы то ни стало вернуть Настю. Умолял ее о встрече, засыпал сообщениями, дарил цветы (последние деньги ушли на букет роз).
Наконец Настя согласилась встретиться.
- Ну, чего тебе? - спросила она скучающим тоном, - Мы уже все выяснили.
- Настя, я люблю тебя! Я все для тебя сделаю! Пожалуйста, будь со мной! - взмолился Егор.
Настя потерла переносицу и, взял Егора за плечи, сказала, глядя ему в глаза:
- Егор, не усложняй все. Мы говорили о любви? Нет. Я тебе что-то обещала? Нет. Ты с самого начала знал, какая я, так чего теперь ты от меня хочешь? Да, у меня есть пара поклонников и побогаче. Поверь, это не в обиду тебе сказано. Просто как факт. Не будет у нас никакой любви и семьи. Извини, но времени тут рассиживаться у меня тоже нет.
Она не церемонилась.
Любовь-то ушла, а кредиты остались.
Вот он и запивает свое горе. Но прошлого не вернуть.
***
Через несколько месяцев Егор устроился на вторую работу. Иначе эти кредиты растянутся надолго. Еще он не терял надежды наладить контакт с Полиной. Сына она видеть не запрещала, но сама бывшего мужа игнорировала.
- Я подумаю, - ответила Полина, когда Егор снова, маяча под ее домом, пытался попросить прощение.
Она подумает!
Это была слабая надежда. Но Егор был готов хвататься и за нее. Для него эта история изменила все. А вот для Насти ничего не изменилось. Как меняла кавалеров, так и меняет. Егор перестал следить за ее жизнью. Он все еще выплачивал займы, с горькой усмешкой вспоминая о “Шанель” для Насти. И как он вообще во все это влез?