— Лика, ты же понимаешь, что юридически все оформлено на меня? — Дима сидел напротив, постукивая пальцами по столешнице дорогого кофейного столика в переговорной их главного офиса.
— Ты это серьезно сейчас?
— Вполне, — невозмутимо кивнул Дима.
— Я 10 лет вкладывалась в наш общий бизнес, а ты теперь говоришь, что он только твой? — Лика смотрела на бывшего мужа с возмущением, едва сдерживая эмоции.
— Десять лет назад мы договорились, что регистрируем фирму на меня. Все документы подписаны моим именем. Я владелец, ты наемный работник, — его голос звучал холодно и отстраненно, будто они обсуждали погоду, а не дело всей их жизни.
— Наемный работник? — Лика почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Дима, опомнись! Мы начинали с одного крошечного магазинчика, который открыли на мои сбережения и твою зарплату. Я ночами не спала, когда мы запускали второй магазин. А сколько поставщиков я нашла? Сколько коллекций отобрала?
— Все это не имеет юридической силы, — он пожал плечами. — Тебе заплатили за работу. Считай, что это был хороший опыт.
Лика почувствовала, как краска приливает к лицу. Семь магазинов в разных районах города, узнаваемый бренд, постоянные клиенты — все, что они с Димой создавали годами, он теперь называл «хорошим опытом».
— Сколько тебе заплатила эта Вероника? — вдруг спросила Лика, наблюдая, как дрогнул взгляд Димы.
— При чем тут Вероника? — нахмурился он, отводя глаза.
— При том, что она не просто твоя новая пассия. Я видела, как вы шептались с представителем «ФэшнЛайф» на прошлой неделе. Они давно хотели купить нашу сеть, а теперь, видимо, нашли способ получить ее дешевле, — Лика бросила на стол папку с распечатками. — Думаешь, я совсем наивная?
В офисе юридической фирмы «Правовой центр» Лика нервно вертела в руках телефон. Напротив сидела Марина Степановна, опытный юрист по семейным и корпоративным спорам, внимательно изучая принесенные документы.
— Ситуация непростая, но не безнадежная, — наконец произнесла она, поднимая взгляд на Лику. — Формально ваш бывший муж прав — все документы оформлены на него. Но есть множество способов доказать ваше участие в бизнесе.
— Например? — с надеждой спросила Лика.
— Банковские переводы, свидетельские показания, деловая переписка, — начала перечислять Марина Степановна. — У вас сохранились документы о первоначальных вложениях в бизнес?
— Должны быть. Мы открывали первый магазин на мои сбережения, я продала тогда бабушкину квартиру. На эти деньги мы закупили первую партию товара и оплатили аренду, — Лика закусила губу, вспоминая. — Это было десять лет назад, мы были так воодушевлены нашей идеей...
— Нам нужны все финансовые документы тех времен. А еще свидетельские показания. Кто может подтвердить ваше активное участие в бизнесе?
— Ольга Петровна, наш главный бухгалтер, она с нами с самого начала. Многие сотрудники, клиенты, поставщики... Я всегда занималась закупками и работой с персоналом.
— Отлично, — Марина Степановна сделала пометки в блокноте. — А что насчет вашей роли в компании? Какую должность вы занимали официально?
— Коммерческий директор, — ответила Лика. — Но фактически я решала гораздо больше вопросов. Дима занимался в основном переговорами с арендодателями и финансовыми вопросами.
— Хорошо. Нам нужно собрать все документы, где вы выступаете как представитель компании. Договоры, переписку с поставщиками, интервью для прессы... Все, что может доказать, что вы были не просто наемным работником, а фактическим совладельцем.
Лика кивнула, чувствуя, как к ней возвращается решимость. Десять лет ее жизни были вложены в «Модный дом», и она не собиралась так просто от этого отказываться.
— Я соберу все, что возможно, — твердо сказала она. — Только боюсь, что Дима начнет препятствовать.
— Скорее всего, так и будет, — согласилась Марина Степановна. — Поэтому действовать нужно быстро и осторожно. И самое главное — не позволяйте эмоциям взять верх. Это деловой вопрос, и решать его нужно профессионально.
Часть 2
Лика сидела в кафе напротив торгового центра, где располагался их первый магазин. Вспоминала, как они с Димой выбирали место, спорили до хрипоты с арендодателем, как собственными руками красили стены и собирали мебель. Тогда у них не было денег на дизайнеров и ремонтную бригаду. Был только энтузиазм и огромное желание создать что-то свое.
— Лика, извини за опоздание, — за столик присела Наташа, первая продавщица, которую они наняли десять лет назад. Сейчас она руководила одним из магазинов сети.
— Ничего страшного, спасибо, что пришла, — улыбнулась Лика. — Как дела в магазине?
— Если честно, все в замешательстве, — вздохнула Наташа. — Дима собрал вчера совещание и сказал, что ты больше не имеешь отношения к компании, и все должны это учитывать. Многие не понимают, что происходит. Мы же всегда видели вас как команду.
— Так и было, — Лика почувствовала горечь. — Наташ, мне нужна твоя помощь. Я собираю доказательства своего участия в бизнесе. Ты же помнишь, как все начиналось?
— Конечно, помню! — оживилась Наташа. — Ты лично проводила собеседование со мной, учила работать с клиентами. А когда мы получали первую поставку товара, все втроем разгружали коробки до ночи, потому что грузчика не было. Я до сих пор вспоминаю, как ты уговорила поставщика из Турции дать нам отсрочку платежа, когда у нас были проблемы с оборотными средствами.
— Вот об этом я и говорю, — кивнула Лика. — Ты согласишься дать письменные показания для суда?
Наташа немного помолчала, потом решительно кивнула:
— Да, конечно. Это нечестно, что Дима так поступает. Все знают, сколько ты вложила в «Модный дом».
— Спасибо, — Лика сжала руку подруги. — А еще мне нужна информация. Что происходит в компании сейчас? Дима что-то меняет?
— Он ввел Веронику в руководство, — скривилась Наташа. — Теперь она называет себя «директор по развитию». Вчера провела встречу с управляющими, рассказывала о каких-то новых планах. Многим не понравилось, как она говорила — свысока, будто мы все неудачники, а она пришла нас спасать.
— А что за планы? — напряглась Лика.
— Говорила о «ребрендинге» и «новой концепции», но конкретики мало. Еще упомянула, что скоро будут важные переговоры с крупными инвесторами.
Лика нахмурилась. Все указывало на то, что Дима и Вероника готовятся к продаже бизнеса. Нужно было действовать быстрее.
На следующий день Лика приехала в офис «Модного дома» раньше обычного. Она знала, что Дима проводит утренние совещания с руководителями отделов, а значит, его не будет на месте как минимум час.
Охранник на входе удивленно поднял брови:
— Лика Андреевна, доброе утро! А вы разве... — он замялся.
— Я все еще коммерческий директор, Виктор, — твердо сказала Лика. — Мой пропуск действует?
— Да, конечно, — растерянно кивнул охранник, пропуская ее.
В офисе было тихо. Лика быстро прошла к своему кабинету, с облегчением обнаружив, что ее карточка все еще открывает дверь. Внутри все осталось по-прежнему, только фотографии с ее стола исчезли. Лика включила компьютер, надеясь, что Дима не догадался сменить пароли.
Система запустилась, запрашивая логин и пароль. Лика ввела свои данные и... получила доступ! Быстро подключив флешку, она начала копировать все важные документы: договоры с поставщиками, где она выступала подписантом от имени компании, переписку с партнерами, финансовые отчеты.
Особенно ее интересовали последние документы, связанные с возможной продажей бизнеса. В папке с личными файлами Димы она нашла то, что искала — черновик договора о продаже контрольного пакета акций «Модного дома» компании «ФэшнЛайф». Сумма сделки заставила Лику присвистнуть — Дима явно занижал стоимость бизнеса.
Копируя последние файлы, она услышала шаги в коридоре. Быстро выключив компьютер и выдернув флешку, Лика едва успела спрятать ее в карман, когда дверь распахнулась.
— Что ты здесь делаешь? — на пороге стоял Дима, его лицо исказилось от гнева.
— Забираю личные вещи, — спокойно ответила Лика, хотя сердце бешено колотилось. — Имею право, не так ли?
— Твое право на что бы то ни было в этой компании закончилось, — процедил Дима. — Охрана! — крикнул он. — Проводите Лику Андреевну и больше никогда не пропускайте в здание без моего личного разрешения.
— Дима, ты делаешь большую ошибку, — тихо сказала Лика, глядя ему в глаза. — Этот бизнес создавали мы вместе, и ты это прекрасно знаешь.
— Знаю только то, что написано в документах, — отрезал он. — А теперь уходи.
***
— Он что, совсем разум потерял? — Анна Викторовна, мать Димы, возмущенно всплеснула руками. — Как можно так поступать с человеком, с которым прожил столько лет?
Они сидели в уютной кухне дома, где Лика бывала сотни раз, когда еще была замужем за Димой. Свекровь всегда хорошо к ней относилась, и Лика решила рискнуть, обратившись к ней за поддержкой.
— Боюсь, дело не только во мне, — вздохнула Лика. — Дима собирается продать бизнес и, возможно, уехать с этой Вероникой.
— С какой еще Вероникой? — нахмурилась Анна Викторовна.
— Его новая... — Лика запнулась, подбирая слово, — избранница. Работает у нас около двух лет, а теперь оказалась связана с компанией, которая хочет купить наш бизнес.
— Вот оно что, — Анна Викторовна сжала губы. — А я-то думала, почему он в последнее время такой странный стал, все время куда-то спешит, разговоры по телефону шепотом ведет... И что ты намерена делать?
— Бороться за свою долю в бизнесе, — твердо сказала Лика. — Я уже наняла юриста, собираю доказательства. Но будет непросто, все документы оформлены на Диму.
— Глупость какая, — покачала головой свекровь. — Я же говорила вам тогда, что нужно все оформлять на двоих. Но вы молодые были, влюбленные, казалось, что так будет всегда...
— Анна Викторовна, мне очень нужна ваша помощь, — Лика посмотрела ей в глаза. — Вы помните, как все начиналось. Вы даже давали нам деньги на аренду первого магазина, когда нам не хватало.
— Конечно, помню. И как ты рисовала эскизы оформления витрин за этим самым столом, и как вы с Димой спорили о названии, и как радовались первой прибыли... — она вздохнула. — Что я могу сделать?
— Поговорите с Димой. Может быть, вас он послушает. И еще... Если дойдет до суда, мне может понадобиться ваше свидетельство.
Анна Викторовна задумалась на мгновение, потом решительно кивнула:
— Я поговорю с ним сегодня же. И да, я готова свидетельствовать. То, что он делает, — неправильно.
Телефонный звонок раздался поздно вечером, когда Лика уже собиралась ложиться спать.
— Это Ольга Петровна, — раздался в трубке встревоженный голос главного бухгалтера «Модного дома». — Лика, у нас проблемы. Дима запросил полный финансовый аудит за последние три года. Я думаю, он ищет зацепки, чтобы обвинить тебя в каких-то нарушениях.
— Что за нарушения? Я всегда строго соблюдала финансовую дисциплину, — возмутилась Лика.
— Я знаю, но... — Ольга Петровна понизила голос. — Он настаивает, чтобы я «нашла» доказательства твоих злоупотреблений. Намекал на премию, если я помогу ему.
— И что ты ответила?
— Что я тридцать лет в профессии и не собираюсь портить репутацию ради его интриг, — фыркнула Ольга Петровна. — Но боюсь, он найдет более сговорчивого специалиста.
— Спасибо, что предупредила, — поблагодарила Лика. — Ольга Петровна, у тебя случайно нет документов о том, как мы начинали бизнес? Банковские выписки, подтверждающие мои вложения?
— Должны быть в архиве. Я посмотрю завтра... А, еще кое-что. Дима взял крупный кредит под залог активов компании три недели назад. Двадцать миллионов.
— Что? — Лика чуть не выронила телефон. — На что?
— Официально — на расширение сети. Но никаких конкретных планов расширения я не видела.
После разговора с Ольгой Петровной Лика не могла уснуть. Зачем Диме такая крупная сумма? Если он собирается продать бизнес, зачем брать кредит? Что-то не складывалось.
На следующий день она позвонила своему давнему другу Сергею, который работал в банке.
— Сергей, мне нужна информация, — без предисловий начала Лика. — Это конфиденциально.
— Что случилось? — встревожился Сергей.
— Дима взял крупный кредит под залог нашего бизнеса. Мне нужно знать, куда ушли деньги.
— Лика, ты же понимаешь, что я не могу... — начал Сергей, но она перебила:
— Речь идет о бизнесе, который мы создавали вместе. Он пытается меня обмануть. Я не прошу тебя нарушать правила, просто... помоги мне понять, что происходит.
Сергей помолчал, потом вздохнул:
— Я кое-что проверю. Перезвоню.
Он позвонил через два часа:
— Не знаю, обрадует ли тебя эта информация, но деньги были переведены на счет риэлторской компании «ГлобалХаус». Они специализируются на зарубежной недвижимости.
— Он покупает недвижимость за границей? — Лика почувствовала, как к горлу подступает ком. — Ясно. Спасибо, Сергей.
Картина начала складываться. Дима не просто хотел оставить бизнес себе — он планировал его продать, а деньги вывести за границу. Вероятно, чтобы начать новую жизнь с Вероникой где-нибудь в теплых краях.
***
Лика решила действовать решительно. Она организовала встречу с ключевыми поставщиками, с которыми лично работала все эти годы. Многие из них стали не просто деловыми партнерами, но и друзьями.
— Я собрала вас, чтобы рассказать о ситуации в «Модном доме», — начала она, когда все собрались в конференц-зале небольшого отеля. — К сожалению, мой бывший муж и партнер по бизнесу Дмитрий Соколов пытается исключить меня из компании, которую мы создавали вместе на протяжении десяти лет.
Раздались удивленные возгласы.
— Более того, у меня есть основания полагать, что он готовит продажу бизнеса сети «ФэшнЛайф» без моего согласия, — продолжила Лика. — Я обратилась в суд с иском о признании меня совладелицей бизнеса, но до решения суда пройдет время. А пока я прошу вашей поддержки.
— Какой именно поддержки? — спросил Игорь Васильев, представитель крупнейшего поставщика одежды из Турции.
— Я не прошу вас разрывать контракты с «Модным домом», — покачала головой Лика. — Просто... может быть, временно приостановить поставки? Или пересмотреть условия отсрочки платежа?
— Лика, мы работаем с вами почти семь лет, — кивнул Игорь. — И все эти годы именно вы вели переговоры от имени компании, выбирали коллекции, решали все вопросы. Для нас вы и есть «Модный дом». Я готов поддержать вас.
Другие поставщики также выразили свою поддержку. Кто-то согласился приостановить поставки до разрешения ситуации, кто-то — пересмотреть условия сотрудничества. Это был рискованный шаг, который мог навредить бизнесу, но Лика видела в этом единственный способ заставить Диму сесть за стол переговоров.
— Что ты наделала? — Дима ворвался в квартиру Лики без предупреждения, размахивая какими-то бумагами. — Ты понимаешь, что это саботаж? Я могу подать на тебя в суд за это!
— За что именно? — спокойно спросила Лика, хотя внутри все дрожало. — За то, что я рассказала нашим партнерам правду? Что ты пытаешься украсть у меня бизнес, который мы создавали вместе?
— Никто ничего у тебя не крадет, — огрызнулся Дима. — Все по закону. А теперь верни все как было, иначе...
— Иначе что? — Лика скрестила руки на груди. — Будешь угрожать мне? Давай, продолжай. Это только подтвердит, что я права.
Дима глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться:
— Лика, давай будем разумными людьми. Мы можем договориться. Я готов выплатить тебе компенсацию. Хорошую компенсацию.
— Мне не нужна компенсация. Мне нужна моя доля в бизнесе, который мы создали вместе. И я не отступлю, Дима.
— Тогда пеняй на себя, — процедил он сквозь зубы. — Если ты не отзовешь иск и не прекратишь давить на поставщиков, я распродам все активы по бросовым ценам, уволю всех сотрудников и доведу компанию до банкротства. Тебе достанутся только долги.
— Ты не сделаешь этого, — покачала головой Лика. — Это дело твоей жизни так же, как и моей.
— Проверим, — Дима развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.
Лика опустилась на диван, чувствуя, как отпускает напряжение. Она знала, что Дима блефует. Он не станет уничтожать бизнес, на который положил столько сил. К тому же, если он действительно планировал продать компанию «ФэшнЛайф», ему нужен был работающий бизнес, а не руины.
Но что-то в его взгляде заставило ее насторожиться. Дима выглядел загнанным в угол, а в таком состоянии люди способны на безрассудные поступки.
***
Утром Лику разбудил звонок. Звонила Наташа, управляющая одним из магазинов:
— Лика, у нас чрезвычайная ситуация. Дима объявил о тотальной распродаже всего товара со скидкой 70%. Все магазины сегодня открываются на час раньше. Очереди уже выстраиваются.
— Что? — Лика подскочила с кровати. — Он серьезно решил распродать все запасы?
— Похоже на то. И еще... он разослал уведомления об увольнении всем сотрудникам. У нас две недели до закрытия.
Лика быстро оделась и поехала к ближайшему магазину их сети. Там действительно уже собралась небольшая очередь из желающих попасть на распродажу. Через стеклянные двери она видела, как сотрудники спешно развешивают яркие объявления о скидках.
Она позвонила Марине Степановне:
— Он пытается уничтожить бизнес! Что мне делать?
— Немедленно подаем ходатайство о запрете любых сделок с активами компании до решения суда, — решительно сказала юрист. — Встречаемся через час в моем офисе.
Когда Лика приехала к юристу, там ее ждал сюрприз — в приемной сидела Анна Викторовна, мать Димы.
— Я не могу стоять в стороне, когда мой сын творит такую глупость, — покачала головой пожилая женщина. — Я поговорила с ним вчера. Он не слушает. Кажется, эта Вероника совсем заморочила ему голову.
— Спасибо, что пришли, — Лика обняла свекровь. — Ваша поддержка для меня очень важна.
Вместе с Мариной Степановной они составили ходатайство о запрете на отчуждение активов «Модного дома» до решения суда по существу. Благодаря связям юриста, документ был рассмотрен судьей в тот же день, и запрет был наложен.
Когда Лика сообщила об этом Диме по телефону, он разразился проклятиями:
— Ты хочешь войны? Ты ее получишь! Я найду способ обойти этот запрет, и ты останешься ни с чем!
— Дима, остановись, — устало сказала Лика. — Мы можем решить все мирно. Давай встретимся и поговорим как разумные люди.
— Не о чем говорить, — отрезал он и бросил трубку.
Следующие несколько дней прошли в напряженном ожидании. Дима не предпринимал никаких действий, магазины работали в обычном режиме, хотя атмосфера была нервной — сотрудники не понимали, что происходит и что их ждет.
Лика тем временем продолжала собирать доказательства. Ольга Петровна предоставила ей банковские выписки, подтверждающие, что первоначальный капитал для открытия бизнеса был внесен со счета Лики. Наташа и другие сотрудники написали свидетельские показания о роли Лики в компании. Анна Викторовна нашла старые фотографии с открытия первого магазина, где Лика и Дима вместе перерезали красную ленточку.
Особенно ценной находкой стало интервью пятилетней давности, которое Дима дал местной газете. Там он прямо называл Лику «соосновательницей и движущей силой бизнеса». Этот экземпляр газеты Лика хранила в специальной папке с важными документами.
Но самое неожиданное произошло, когда ей позвонил Сергей:
— Лика, у меня есть информация, которая может тебе помочь. Недвижимость за границей, которую приобрел Дима... она оформлена не на него.
— А на кого? — затаила дыхание Лика.
— На некую Веронику Стрельцову. Та самая Вероника, о которой ты говорила?
Лика почувствовала, как по спине пробежал холодок:
— Да, это она. Значит, он покупает недвижимость на ее имя... Сергей, это очень важная информация. Можно ли получить документальное подтверждение?
— Я пришлю тебе выписку о транзакции. Большего, к сожалению, не могу — сам понимаешь, служебное положение.
— Спасибо, этого достаточно, — поблагодарила Лика и задумалась.
Теперь картина складывалась полностью. Дима не просто хотел отобрать у нее бизнес — он планировал его продать, а деньги вывести за границу, где уже готовил «запасной аэродром» на имя Вероники. Почему не на свое? Возможно, опасался, что в случае проигрыша в суде Лика сможет претендовать на зарубежные активы.
В день предварительного судебного заседания офис «Модного дома» гудел как растревоженный улей. Многие сотрудники втайне поддерживали Лику и с тревогой ждали исхода дела.
В коридоре суда Лика столкнулась с Вероникой. Высокая блондинка в дорогом костюме смерила ее презрительным взглядом:
— Зря стараешься. Дима уже все решил.
— Интересно, что ты делаешь в суде? — прищурилась Лика. — Ты ведь не имеешь отношения к нашему делу. Или имеешь?
Вероника дернула плечом и прошла мимо, но Лика заметила, как дрогнул ее взгляд.
В зале суда Дима сидел с каменным лицом, избегая смотреть на Лику. Рядом с ним расположился его адвокат — известный в городе специалист по корпоративным спорам.
Судья, пожилая женщина с внимательным взглядом, изучила представленные документы и выслушала предварительные заявления сторон.
— Суд принимает к рассмотрению иск гражданки Беловой Анжелики Андреевны о признании права собственности на долю в ООО «Модный дом», — объявила она. — В качестве обеспечительной меры подтверждаю запрет на отчуждение активов компании до вынесения решения по существу дела. Следующее заседание назначаю через две недели.
Выходя из зала, Лика заметила, как побледнел Дима, услышав решение судьи. Он что-то яростно шептал своему адвокату, который в ответ только разводил руками.
***
Подготовка к основному судебному заседанию шла полным ходом. Марина Степановна составила подробный план защиты, включающий показания свидетелей, финансовые документы и другие доказательства вклада Лики в развитие бизнеса.
— У нас очень сильная позиция, — говорила юрист, раскладывая документы. — Особенно ценны банковские выписки о первоначальных вложениях и это интервью, где Дима называет тебя соосновательницей. Но главный козырь — информация о покупке недвижимости за границей на имя Вероники. Это доказывает намерение вывести активы.
— Я все еще не могу поверить, что Дима способен на такое, — вздохнула Лика. — Мы же столько лет были вместе, создавали бизнес с нуля...
— К сожалению, при разводе люди часто показывают свою худшую сторону, — покачала головой Марина Степановна. — Но не все потеряно. Возможно, когда он осознает серьезность ситуации, согласится на мировое соглашение.
В тот же вечер Лике позвонила Наташа:
— Лика, тут такое творится! Дима устроил совещание и накричал на всех. Говорит, что кто-то из сотрудников «сливает информацию» тебе, и пригрозил увольнением всем подозреваемым.
— Как там обстановка в магазинах? — спросила Лика.
— Напряженная. Поставщики задерживают отгрузки, ссылаясь на проблемы с документами. В некоторых магазинах уже заметны пустые полки. А Вероника ходит по офису и ведет себя так, будто она уже хозяйка.
— Держитесь, — попросила Лика. — Скоро все разрешится.
За день до основного судебного заседания произошло неожиданное. В офисе «Модного дома» появилась Анна Викторовна. Она решительно прошла мимо секретарши, проигнорировав ее попытки остановить, и ворвалась в кабинет Димы, где в тот момент проходило совещание с Вероникой и юристами.
— Мама? Что ты здесь делаешь? — удивился Дима.
— Пришла посмотреть, как мой сын разрушает дело всей своей жизни, — резко ответила Анна Викторовна. — И познакомиться с женщиной, ради которой он предает семью и партнера.
Она повернулась к Веронике:
— Так вот вы какая. Красивая, ничего не скажешь. Только красота — не главное в человеке.
— Мама, перестань, — поморщился Дима. — Это не твое дело.
— Не мое? — возмутилась Анна Викторовна. — А чье? Я помогала вам с Ликой открывать первый магазин. Давала деньги на аренду, когда вам не хватало. Радовалась вашим успехам. И что теперь? Ты выбрасываешь жену, как ненужную вещь, и пытаешься отнять у нее бизнес, который вы создавали вместе!
— Юридически бизнес принадлежит мне, — упрямо повторил Дима.
— Юридически! — фыркнула Анна Викторовна. — А по совести? По справедливости? Ты же знаешь, что без Лики этого бизнеса не было бы. Она душу в него вложила!
Дима молчал, избегая смотреть матери в глаза.
— И еще кое-что, — продолжила Анна Викторовна. — Я разговаривала с Игорем Васильевым, вашим поставщиком из Турции. Он рассказал, что твоя... дама, — она кивнула на Веронику, — предлагала ему «особые условия» в обмен на эксклюзивный контракт с «ФэшнЛайф» после продажи бизнеса.
Дима резко повернулся к Веронике:
— Что? Ты вела переговоры за моей спиной?
Та нервно поправила волосы:
— Это было предварительное обсуждение. Для нашей же выгоды.
— Для чьей выгоды? — прищурился Дима. — Твоей и «ФэшнЛайф»?
— Нашей общей, конечно, — быстро ответила Вероника, но в ее глазах мелькнуло что-то, заставившее Диму насторожиться.
— Надеюсь, ты одумаешься до завтрашнего заседания, — сказала Анна Викторовна сыну. — Иначе я буду свидетельствовать против тебя. И поверь, мне есть что рассказать суду.
С этими словами она развернулась и вышла из кабинета, оставив Диму в растерянности.
***
День суда начался для Лики с неожиданного звонка. На экране телефона высветилось имя Димы.
— Нам нужно поговорить, — без предисловий сказал он. — Можешь приехать в офис? Прямо сейчас.
— Перед самым судом? — удивилась Лика. — Что случилось?
— Просто приезжай, — в его голосе слышалась усталость. — Обещаю, это в твоих интересах.
В офисе «Модного дома» Лику встретил непривычно тихий Дима. Он выглядел осунувшимся, под глазами залегли тени.
— Садись, — он кивнул на кресло напротив своего стола. — Я много думал вчера, после разговора с мамой. И кое-что проверил...
Он помолчал, собираясь с мыслями:
— Ты была права насчет Вероники. Она работает на «ФэшнЛайф». Они давно хотели купить нашу сеть, но мы всегда отказывались. И тогда они решили действовать через нее.
— Я догадывалась, — кивнула Лика. — А что с недвижимостью за границей?
Дима удивленно поднял брови:
— Ты и об этом знаешь? Да, я купил дом в Испании. На ее имя. Она убедила меня, что так будет безопаснее в случае... — он запнулся.
— В случае, если я выиграю суд и получу долю в бизнесе, — закончила за него Лика.
— Да, — он опустил взгляд. — Вчера вечером я позвонил риэлтору в Испании. Оказалось, дом уже выставлен на продажу. Вероника даже не стала дожидаться, когда мы завершим сделку с «ФэшнЛайф».
— И что теперь? — спросила Лика.
— Я хочу предложить мировое соглашение, — Дима поднял на нее глаза. — Признаю тебя равноправной совладелицей бизнеса. 50 на 50. Никаких судов, никакой публичной огласки, которая может навредить компании.
— А как же продажа «ФэшнЛайф»?
— Отменяется, — твердо сказал Дима. — Это наш бизнес, мы создавали его вместе. Продавать его за бесценок какой-то крупной сети... Нет, это неправильно.
— Почему такая резкая перемена? — с подозрением спросила Лика.
— Скажем так, мама помогла мне прозреть, — криво усмехнулся Дима. — И еще... я нашел вчера наш первый бизнес-план. Помнишь, мы писали его от руки на кухне у родителей? Там наши подписи рядом, как равноправных партнеров. Я не имею права забывать, с чего все начиналось.
Лика задумалась. Предложение было заманчивым. Никаких судебных разбирательств, никакого риска проиграть дело. Но можно ли доверять Диме после всего, что произошло?
— Я согласна, — наконец сказала она. — Но с условием. Все договоренности должны быть закреплены юридически, с участием моего адвоката. И я хочу активно участвовать в управлении компанией, а не быть просто «молчаливым партнером».
— Справедливо, — кивнул Дима. — Я позвоню своему юристу, отменим сегодняшнее заседание и начнем готовить документы о партнерстве.
***
Три месяца спустя. «Модный дом» не только восстановил прежние позиции, но и открыл новый, восьмой по счету магазин. На торжественном открытии присутствовали все ключевые сотрудники компании, поставщики и партнеры.
Лика разрезала красную ленточку перед входом в новый магазин под аплодисменты собравшихся. Рядом стояла Анна Викторовна, которая тепло улыбалась.
— Я всегда знала, что именно ты — настоящая душа этого бизнеса, — сказала она, обнимая Лику.
После церемонии открытия, когда гости разошлись по торговому залу, к Лике подошла Наташа:
— Все-таки ты сделала это. Заставила его признать твои права.
— Не без помощи хороших людей, — улыбнулась Лика. — Кстати, как тебе работается в новой должности?
После реорганизации бизнеса Наташа стала директором по персоналу всей сети, а Ольга Петровна получила должность финансового директора.
— Отлично! Наконец-то могу реализовать все идеи по обучению сотрудников, о которых мы с тобой столько говорили, — оживилась Наташа.
— А где Дима? — спросила Лика, оглядываясь. — Он должен был приехать.
— Звонил полчаса назад, сказал, что задерживается на встрече с новым поставщиком, — ответила Наташа.
После развода Лика и Дима сумели выстроить новые, деловые отношения. Они четко разделили сферы ответственности: Лика отвечала за закупки, маркетинг и работу с персоналом, Дима — за финансы, развитие сети и отношения с арендодателями. Иногда возникали разногласия, но теперь они решали их путем переговоров, а не конфронтации.
Вероника исчезла из их жизни так же внезапно, как и появилась. По слухам, она все-таки устроилась в «ФэшнЛайф», но уже не на руководящую должность.
Лика прошлась по новому магазину, отмечая детали оформления, расположение товара, работу персонала. Она всегда любила эти моменты — видеть, как идеи воплощаются в реальность, как пустое помещение превращается в стильный магазин, где каждый покупатель может найти что-то для себя.
— Прекрасно выглядит, — раздался за спиной голос Димы. — Извини за опоздание.
— Ничего страшного, — Лика повернулась к нему. — Как прошла встреча с поставщиком?
— Продуктивно. Они готовы работать с нами на эксклюзивных условиях, — Дима окинул взглядом торговый зал. — Ты, как всегда, все сделала идеально. У тебя особый талант создавать пространства, в которых людям хочется находиться.
— Спасибо, — Лика была удивлена комплиментом. — Знаешь, я хотела обсудить с тобой идею расширения ассортимента. Думаю, пора добавить линию аксессуаров — сумки, шарфы, бижутерию. Это увеличит средний чек и привлечет новых клиентов.
— Звучит интересно, — кивнул Дима. — Давай обсудим подробнее на следующей неделе? Я подготовлю финансовые расчеты.
Они медленно шли по магазину, обсуждая детали и планы на будущее, как в старые добрые времена, когда только начинали бизнес. Но теперь между ними была новая грань — уважение, основанное не на личных отношениях, а на признании профессиональных качеств друг друга.
Вечером, вернувшись домой, Лика нашла в сумке небольшую коробочку. Внутри лежал изящный серебряный брелок в форме ключа с гравировкой: «М.Д. — 10 лет». Записка от Димы гласила: «В память о том, с чего все начиналось и продолжается. Спасибо, что не позволила мне разрушить наше общее дело».
Лика улыбнулась. Это была не просто памятная вещица — это было признание. Признание ее вклада, ее права быть равноправным партнером в бизнесе, который они создали вместе. И пусть их личные отношения остались в прошлом, профессиональное партнерство получило новую жизнь, став даже крепче, чем прежде.
Она поставила брелок на полку рядом с фотографией их первого магазина. Этот снимок, сделанный десять лет назад, напоминал о том, что даже в самые сложные времена нельзя забывать, с чего все начиналось. И что настоящее партнерство проверяется не только успехами, но и тем, как люди преодолевают трудности.
«Модный дом» продолжал расти и развиваться, теперь уже на по-настоящему прочном фундаменте взаимного уважения и признания вклада каждого партнера. И для Лики это было важнее любых юридических документов и формальных соглашений.
***
Наступило жаркое лето. Пока Лика занималась развитием «Модного дома», в соседнем городе разворачивалась другая история. Ирина, обычная домохозяйка, перебирала старые вещи на даче, готовясь к приезду гостей. В коробке со старыми фотографиями она нашла потертый конверт с надписью «Не открывать». Внутри лежало письмо от бывшего одноклассника, которое изменило бы всю её жизнь, если бы попало к ней 15 лет назад. «Почему мама скрыла его от меня?» — подумала Ирина, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Неужели всё могло сложиться иначе?, читать новый рассказ...