Настя замерла на пороге собственной кухни, сжимая в руках ключи так крепко, что металл впивался в ладонь. Её холодильник был украшен магнитиками с рецептами. На плите булькало что-то ароматное, а за столом, как хозяйка положения, восседала Алевтина Петровна.
— А-а, Настенька! — свекровь обернулась с улыбкой победительницы. — Как раз вовремя. Покажу тебе, как правильно рассольник варить. А то Димочка жалуется, что у тебя всё пресное получается.
Настя почувствовала напряжение.
— Добрый вечер, Алевтина Петровна, — процедила она сквозь зубы. — А ключи от моей квартиры вы где взяли?
— Ой, да Димочка дал! — махнула рукой свекровь. — Сказал, что ты на работе до позднего, а мне скучно дома сидеть. Вот я и решила помочь молодой семье обустроиться.
Настя огляделась. Её любимые шторы — нежно-голубые, висели теперь криво. Диван развернули к окну. А на подоконнике красовались фиалки.
— Обустроиться? — голос Насти дрогнул. — Но мы уже обустроились. Три недели назад.
— Ну что ты говоришь! — всплеснула руками Алевтина Петровна. — Диван у вас стоял неправильно. А подоконник... он не должен пустовать. Видишь, как уютно стало?
В этот момент вернулся Дима. Увидел маму у плиты, жену с каменным лицом — и понял: началось.
— Привет, дорогие мои, — пробормотал он, целуя сначала жену в щёку, потом маму в макушку.
— Дима, — Настя повернулась к мужу, — объясни мне, пожалуйста, когда ты успел сделать дубликат ключей и отдать их своей маме?
— Ну... — Дима замялся. — Сразу...
— Димочка, — встряла свекровь, — а ты расскажи Настеньке про холодильник. Я там всё переставила, как надо. Молочные продукты должны стоять на верхней полке, а не где попало!
Настя открыла холодильник. Её система хранения продуктов — выстроенная с инженерной точностью — была разрушена. Вместо логичного порядка царил хаос по принципу "как мама привыкла".
— Алевтина Петровна, — Настя глубоко вдохнула, — спасибо за заботу, но я привыкла всё делать по-своему.
— Ой, да что ты понимаешь! — засмеялась свекровь. — Ты же ещё молоденькая, неопытная. А я тридцать лет хозяйством управляю. Знаю, как правильно.
— Правильно — это как? — голос Насти становился всё тише, что знающие люди сочли бы дурным знаком.
— Ну вот смотри, — Алевтина Петровна поднялась и направилась к шкафу. — Тарелки у тебя стоят неудобно. Их надо по размеру расставлять, а не по цвету. И кастрюли...
— Мам, — осторожно встрял Дима, — может, не стоит...
— Что не стоит? — свекровь развернулась к сыну. — Помогать молодой семье? Передавать опыт? А то ведь она, бедненькая, и готовить-то толком не умеет. Вчера видела — покупает готовые котлеты в магазине! Позор какой!
Настя почувствовала, как щёки загораются. Эти котлеты она покупала, потому что вернулась с работы в десятом часу вечера после сдачи отчёта. А свекровь, видимо, проследила.
— Я покупаю готовые котлеты, когда у меня нет времени готовить, — сказала она медленно. — Как и миллионы других работающих женщин.
— Работающих! — фыркнула Алевтина Петровна. — В моё время женщина и работала, и дом содержала, и детей воспитывала. А вы, молодые, только о себе думаете.
— Мам, — Дима встал между женщинами, — Настя много работает. Она начальник, у неё ответственность большая...
— Ах, начальник! — махнула рукой свекровь. — А семья? А уют в доме? Смотри, какая у неё пыль на полках. Я уже протерла, конечно, но завтра опять будет.
Настя медленно подошла к окну. За стеклом мелькали огни вечернего города — тысячи квартир, где люди возвращались домой с работы, готовили ужин, смотрели телевизор. Простая, обычная жизнь. А здесь...
— Дим, — позвала она, не оборачиваясь.
— Да?
— Подойди сюда.
Муж приблизился, и Настя взяла его за руку.
— Мы покупали эту квартиру, чтобы жить самостоятельно?
— Ну да...
— А кто давал согласие на то, чтобы твоя мама получила ключи?
— Я думал, ты не будешь против...
Настя развернулась. В её глазах плясали опасные огоньки.
— Димочка, мой дорогой, — произнесла она тем голосом, каким обычно разговаривала с особо непонятливыми подрядчиками, — в следующий раз, когда будешь думать за меня, сначала посоветуйся со мной. Хорошо?
— Хорошо, — пролепетал Дима.
— Отлично, — Настя повернулась к свекрови. — Алевтина Петровна, я очень ценю вашу заботу. Но знаете что? Твоя мама в моей квартире командовать не будет.
— Как это — командовать? — возмутилась та. — Я помогаю!
— Помогать — это когда просят. А вы переставляете мебель, заставляете фиалками мне подоконник и критикуете мою готовку, не спросив моего мнения.
— Но я же опытнее!
— Возможно, — кивнула Настя. — Но это мой дом. Здесь я решаю, как расставить тарелки и какого цвета должны быть шторы.
Алевтина Петровна растерянно посмотрела на сына.
— Димочка, ты слышишь, как она со мной разговаривает?
— Мам, — Дима нерешительно почесал затылок, — а может, Настя права? Мы же действительно хотели жить самостоятельно...
— Вот оно как! — всплеснула руками свекровь. — Сын против матери пошёл! Из-за какой-то девчонки!
— Из-за своей жены, — поправил Дима, и в его голосе впервые за вечер появилась твёрдость.
Настя удивлённо посмотрела на мужа.
— Мам, я тебя очень люблю, — продолжил Дима, — но Настя тоже права. Мне нужно было сначала с ней посоветоваться.
Алевтина Петровна обиженно надула губы.
— Ну и живите тогда сами! Только потом не жалуйтесь, что суп невкусный, а в доме беспорядок!
— Не будем жаловаться, — пообещала Настя. — Мы как-нибудь справимся.
Свекровь демонстративно сняла фартук и направилась к выходу.
— Ключи, — напомнила Настя.
— Какие ключи?
— Те, что вам дал Дима.
Алевтина Петровна нехотя достала из сумочки связку ключей и бросила на стол.
— До свидания, — сказала она холодно и вышла, громко хлопнув дверью.
— Ну и что теперь? — растерянно спросил Дима.
— Теперь, — Настя подошла к плите и выключила газ под кастрюлей, — мы будем есть мамин рассольник. А завтра я переставлю диван и приготовлю ужин сама. Может, даже из готовых котлет.
Дима виновато улыбнулся:
— Прости, я правда думал, что ты не будешь против...
— Дим, — Настя обняла мужа, — в семейной жизни нет мелочей. Каждое решение, касающееся нашего дома, мы должны принимать вместе. Даже если речь идёт о ключах для мамы.
Через час они сидели на кухне, ели мамин рассольник — который, надо признать, был действительно вкусным — и планировали, как провести выходные.