У меня была крохотная квартирка. Мы сидели за обеденным столом плечом к плечу, он справа от меня. Разговор не очень клеился, я хотела спать, и разочарование, что все эти месяцы бабочек в животе заканчиваются таким бесславным остывающим чаем в полутемной кухне, заполняло меня изнутри. Хотелось, чтобы он ушёл. Но он не замечал моего настроения.
Пытался развлечь рассказами о работе в группе Бридж, победе на фестивале «Студенческая Весна». Еще вспоминал Студенческий клуб своего СГУ и то, как они ставили мюзикл по песням Queen.
-О! А есть же запись в ютьюбе, давай я тебе покажу!
-Нет, спасибо, ты давай, пей чай. Уже полпервого, скоро метро закроется.
-Ну хоть кусочек, вот увидишь, это было круто!
-О, Господи, ну давай.
Мы находим их выступление, первые же аккорды шедевра «Show Must Go On» заставляют меня забыть, где я. На сцене красивые юные парни и девчонки в ярких костюмах. Хорошая хореография. Валера в центре в костюме и гриме Арлекина. Мне правда нравится.
Я перевожу взгляд и вижу, как он смотрит в экран. Как будто прощается с беззаботной студенческой жизнью. С прежним собой. Что-то такое в лице, в подозрительно блестящих глазах, такая тоска и в то же время нежность.
Он показался мне таким открытым и беззащитным в этот момент, захотелось как-то по-человечески утешить. Я коснулась его руки, он медленно повернул голову. То, что было дальше — это один из моментов, которые лелеешь в памяти всю жизнь, возвращаешься к ним, когда тебе грустно. Из тех, которые будешь вспоминать даже на смертном одре.
Всё происходило как в замедленном кино. Он притянул меня к себе, я навсегда запомнила как неотвратимо и властно ко мне приблизилось его красивое лицо, эти внезапно абсолютно трезвые глаза, губы эти невозможные — как «наезд» камеры на крупный план. Никакого контроля у меня не было ни над чем, особенно над своими чувствами.
2.5 года моего целибата полыхнули ярким пламенем. Я рухнула в сумасшедший водоворот, в пропасть, в жерло вулкана, в Марианскую впадину! Так обрушивается неумолимый ураган на спящую тропическую деревушку. Абсолютно все было только в его руках. Вся я.
Продолжение следует...