В эфире экономки по-русским Михаил Хазин высказался на важную тему:
Например, премьер-министр какой-нибудь маленькой страны, за которого проголосовали люди. И он понимает, что поскольку за него люди проголосовали, то они могут за него проголосовать еще раз, если он будет правильно себя вести. Его нельзя просто взять и уволить.
Ну, хорошо, ладно. На премьер-министра можно надавить и показать на него какой-то компромат. Хотя и тут есть тонкости. Ну, чтобы объяснить, что это не компромат, а это, значит, злокозненные в происки коварных врагов. Есть альтернативные элиты, кроме финансовых, у которых есть свои источники финансирования.
Например, в Соединенных Штатах Америки есть цифровики, а есть промышленники. В Западной Европе имеются старые земельные элиты. Есть старые промышленные элиты. У них есть свои источники финансирования и свои представления о жизни. Да, они легли под финансовые правила, под финансовую экономику.
Во-первых, потому что это приносило прибыль. Во-вторых, потому что сопротивляться они не могли. Им не нравилось, что прибыль они получают меньше, чем финансисты. Но вот еще раз вот это ограничение, вызванное обстоятельствами, привели к тому, что они вели себя тихо.
А доля финансового сектора в совокупной прибыли в мировой экономике где-то там с 25 процентов, которая у них была в начале 80-х, поднялась до 70-ти с лишним. Ну то есть полное и абсолютное превосходство. И вдруг неожиданно выяснилось, что денег не хватает. Что если вы, как раньше, печатаете столько денег сколько надо, то начинается высокая инфляция. Это плохо.
Это никуда не годится. А если вы не печатаете денег, чтобы все было более или менее нормально, то в этом случае вы попадаете в другую ситуацию крайне неприятную. В этом случае неожиданно ваши же люди, которые работают на вас, начинают говорить, а мы не можем ничего сделать. Потому что нам, вот наш бюджет, нам нужно столько-то, столько-то, столько-то. А вы соответственно нам даете в два раза меньше. Мы ничего не можем сделать, оно работать не будет.