Ведьма — слово, которое у каждого в памяти запускает свою киноплёнку. У кого-то это старая добрая Баба-Яга, которая вечно «против, но за», у кого-то — черно-белые кадры «Вия», где глаза так и норовят не открываться, а у кого-то — модная соседка с картами Таро, которую все зовут ведьмой в полушутку.
Я вот что думаю: сколько веков ведьма живёт в нашей культуре, и каждый раз её видят по-разному. Средневековый крестьянин боялся, что она наведёт порчу на урожай. Советский школьник боялся, что его застукают за чтением «Мастера и Маргариты» и там ведьму увидят не ту, какую надо.
А современный человек? Он смотрит «Сабрину» или «Ведьмака» и, кажется, даже завидует — у ведьмы хотя бы есть чёткая функция, сила, миссия. У нас же чаще всего только ипотека и чат в работе.
Карикатуристы любят ведьм так же, как дети любят страшные сказки. Потому что через карикатуру ведьма становится не опасной, а смешной. Она перестаёт быть угрозой и превращается в зеркало, в котором отражается наше отношение к страху.
Один рисует ведьму на метле, уставшую от пробок. Другой рассказывает как это могло выглядеть в средневековье. Это не издёвка, это попытка примириться с образом, который когда-то пугал до дрожи.
Вообще, любопытно, как образ ведьмы всегда был связан с женской независимостью. Если женщина жила одна, имела знания о травах и не спешила под венец, её уже могли записать в ведьмы.
Сегодня это называется «фрилансер с хобби в эзотерике». Но карикатуры продолжают играть с тем же самым — с границей между свободой и подозрением.
Мне кажется, ведьма в юморе — это наш способ сказать: да, мы знаем, что жизнь полна иррационального, но смеяться над этим проще, чем бояться. И когда я вижу очередной рисунок с ведьмой, я понимаю, что это не про магию.
Это про нас самих. Про то, как мы пытаемся навести порядок в хаосе — пусть даже при помощи котла и заклинания.
История ведьм сама по себе похожа на длинный комикс. В Европе их жгли на кострах с серьёзностью, достойной театра. А теперь в тех же городах продают сувениры с добрыми ведьмочками, улыбающимися на магнитах.
В Германии есть даже «ведьмины тропы» — туристические маршруты, где когда-то творились суды и приговоры. Вот такой парадокс: когда-то боялись, теперь — фотографируются на память.
Советское кино тоже умело приручать страшный образ. Возьмите «Чародеев» с их обаятельной Алисой или бабушку-Ягу из мультфильмов, которая давно уже ближе к тёте с дачи, чем к демонице. Мы выросли на том, что ведьма может быть смешной, немного сварливой, но точно не страшной.
А что теперь? Теперь ведьма — это тренд. Карты Таро, онлайн-школы магии, марафоны «привлеките любовь за неделю» в соцсетях. Ведьма превратилась в бренд: на кружках пишут «я ведьма», косметику украшают звёздочками и луной.
Пугающий образ стал модным аксессуаром. Ирония в том, что, возможно, современные ведьмы зарабатывают больше, чем их средневековые коллеги могли себе представить.
Карикатуристы тоже не упускают тему. Ведьма, застрявшая в московских пробках на метле. Ведьма, уставшая от подорожания корня мандрагоры. Ведьма, которая варит зелье на кухне и ворчит, что у соседей опять шумят. Это всё не издёвка, а способ примириться с образом, который когда-то заставлял дрожать даже взрослых мужчин.
Мне особенно интересно, что ведьма всегда была связана с независимостью. Женщина, которая жила сама по себе, умела лечить травами и не спешила замуж, автоматически попадала под подозрение.
Сегодня это скорее похоже на описание фрилансера, чем на колдунью. Но отношение общества мало изменилось: чуть кто выделяется — ему готовы повесить ярлык.