— Где он? Говори немедленно! — Олег врывался в квартиру так, словно штурмовал вражескую крепость.
За ним семенила свекровь Нина Георгиевна, тяжело дыша от подъёма на четвёртый этаж и праведного гнева. Они ожидали застать жену с любовником, но картина, открывшаяся их глазам, заставила обоих замереть на пороге.
Марина сидела за письменным столом, окружённая стопками документов, фотографий и каких-то схем. На стене висела большая карта города, утыканная разноцветными булавками. Рядом — доска с фотографиями разных людей, соединённых красными нитками. На столе лежали увеличительное стекло, диктофон и профессиональная камера с телеобъективом.
Жена подняла голову от бумаг. Светлые волосы растрепались, под глазами залегли тёмные круги усталости. Она была одета в домашний спортивный костюм, никаких следов романтического свидания.
— Олег? — удивлённо произнесла Марина. — Ты же сказал, что вернёшься только вечером...
— А мы решили проверить, чем ты тут занимаешься, — процедила сквозь зубы Нина Георгиевна. — И правильно сделали!
Олег медленно обводил взглядом комнату. Его мозг отказывался обрабатывать увиденное. Последние два месяца он был уверен, что жена ему изменяет. Все признаки налицо: задерживается допоздна, говорит загадками по телефону, прячет документы, становится скрытной.
— Что это всё значит? — наконец выдавил он.
Марина тяжело вздохнула и отложила ручку. Тридцать четыре года, замужем пять лет, работает... впрочем, Олег никогда точно не знал, где именно работает жена. Что-то связанное с документооборотом, говорила она.
— Садитесь, — устало предложила Марина. — Видимо, пришло время рассказать правду.
— Вот именно! — торжествующе воскликнула свекровь. — Мы всё поняли! Эти твои постоянные отлучки, таинственные звонки...
— Нина Георгиевна, вы не поняли ровным счётом ничего, — перебила её Марина.
Олег опустился в кресло. Сердце колотилось так, словно он пробежал марафон. Два месяца подозрений, слежки, бессонных ночей — и вместо любовника какая-то детективная история.
— Марин, объясни наконец, что происходит, — попросил он.
Жена встала и подошла к карте на стене. Стройная фигура, изящные движения — даже в домашней одежде она оставалась красивой. Именно эта красота и породила ревность Олега.
— Я частный детектив, — просто сказала Марина.
Тишина повисла в комнате, как тяжёлое одеяло. Нина Георгиевна открыла рот, но не издала ни звука. Олег уставился на жену, словно она призналась, что прилетела с Марса.
— Что?.. — только и смог произнести он.
— Частный детектив. Имею лицензию, веду расследования, получаю за это деньги. Довольно хорошие деньги, кстати.
— Не может быть, — пробормотала свекровь.
— Может. И есть. Уже три года.
Марина вернулась к столу и достала из ящика красную папку. Протянула мужу.
— Вот моя лицензия. Вот справка о доходах за последний год. Вот благодарности от клиентов.
Олег машинально взял документы. Буквы расплывались перед глазами. Лицензия частного детектива на имя Марины Сергеевны Костиной. Справка о доходах — сумма в три раза превышала его собственную зарплату инженера.
— Но почему ты молчала? — растерянно спросил он.
— А зачем было говорить? Вы бы всё равно не поняли.
— Как не поняли бы?
Марина села напротив мужа. Лицо её стало жёстким, почти официальным.
— Олег, какое у тебя представление о частных детективах?
— Ну... — он замялся. — Из фильмов знаю. Слежка за изменами, поиск пропавших людей...
— Правильно. И как, по-вашему, отреагировала бы Нина Георгиевна, узнав, что её невестка "роется в грязном белье" чужих семей?
Свекровь покраснела:
— Марина, это совсем другое дело...
— Другое? А два месяца назад, когда я намекнула, что сменила работу, что вы сказали?
— Я не помню...
— Помню я. Дословно: "Надеюсь, ты не связалась с чем-то неприличным. Жена инженера должна работать в приличном месте".
— Но я не знала...
— И не хотели знать. Вам проще было придумать, что я завела любовника.
Олег всё ещё пытался осмыслить ситуацию. Жена — детектив. Все эти месяцы, пока он ревновал и подозревал, она работала.
— Марин, а что это за дело? — он кивнул на разложенные фотографии.
— Корпоративное мошенничество. Крупная компания подозревает своего финансового директора в воровстве. Я собираю доказательства.
— И поэтому задерживаешься по вечерам, — закончил Олег. — А я думал...
— Думал, что встречаюсь с мужиками в подворотнях. Да, знаю.
Марина подошла к доске с фотографиями. Указала на центральный снимок — мужчина лет пятидесяти в дорогом костюме.
— Виктор Семёнович Громов, финансовый директор компании "Северная Звезда". За полгода вывел со счетов фирмы двенадцать миллионов рублей. Официально — на развитие филиалов. Фактически — в собственный карман.
— Двенадцать миллионов? — присвистнул Олег.
— И это только то, что удалось отследить. Реальная сумма больше.
Нина Георгиевна, до этого молчавшая, вдруг ожила:
— Марочка, а это опасно? Такие люди же не остановятся ни перед чем...
— Поэтому я и скрывала от вас свою работу. Чтобы не волновались.
— Но мы волновались! — воскликнул Олег. — Думали, что ты...
— Что я развлекаюсь с любовниками. Да. Это менее страшно, чем правда.
Марина вернулась к столу, взяла одну из фотографий. На снимке тот же мужчина передавал кому-то толстый конверт.
— Вчера сделала этот кадр. Громов передаёт взятку чиновнику из городской администрации. За покровительство в земельных вопросах.
— Ты следила за ним одна? — ужаснулся Олег.
— А как иначе? В нашем агентстве всего пять человек. Каждый ведёт несколько дел одновременно.
— В агентстве?
— "Фемида", лицензия номер... впрочем, неважно. Работаю там два года, до этого год в другом месте.
Олег покрутил головой, пытаясь переварить информацию. Жена, с которой он прожил пять лет, оказалась совершенно другим человеком. Не тихой офисной сотрудницей, а частным детективом, ведущим опасные расследования.
— Марин, а почему именно эта профессия?
— Потому что интересно. И потому что получается.
Она села за стол, взяла в руки увеличительное стекло.
— Помнишь, в университете я изучала криминологию? Потом работала в архиве МВД. Навыки анализа документов, умение искать связи между фактами...
— Но ты же говорила, что работаешь в страховой компании!
— Работала. Первые два года после свадьбы. Потом поняла, что задыхаюсь от скуки.
— И решила стать детективом?
— Сначала подрабатывала. Помогала людям найти старых друзей, проверяла биографии женихов... А потом втянулась.
Нина Георгиевна поднялась с места и подошла к окну. За стеклом моросил мелкий дождь, серый октябрьский день клонился к вечеру.
— Марочка, а клиенты у тебя какие?
— Разные. Жёны проверяют мужей, мужья — жён. Компании ищут недобросовестных сотрудников. Родители — пропавших детей.
— Страшно небось?
— Иногда. Но не страшнее, чем жить во лжи.
Последняя фраза прозвучала с особым акцентом. Олег поднял глаза на жену.
— Ты о чём?
— О том, что последние два месяца я наблюдала за вами. За твоей ревностью, за слежкой, за подозрениями.
— Мы не следили...
— Не следили? А кто каждый вечер проверял содержимое моей сумки? Кто читал эсэмэски в телефоне? Кто подслушивал разговоры?
Олег опустил голову. Действительно, последнее время он превратился в параноика.
— Я боялся тебя потерять...
— И чуть не потерял из-за этого страха.
Марина встала и подошла к мужу. Положила руку ему на плечо.
— Олежек, я понимаю твои чувства. Моя работа требует скрытности. Странные звонки, поздние возвращения, нежелание рассказывать подробности...
— Но теперь-то всё ясно!
— Не всё.
В голосе Марины прозвучала какая-то странная нота. Олег насторожился.
— Что ещё?
— Есть одна проблема.
— Какая?
Марина вернулась к доске с фотографиями. Молча сняла один снимок и протянула мужу.
Олег взглянул на фотографию и почувствовал, как земля уходит из-под ног. На снимке он сам, в своём рабочем костюме, стоял возле входа в офисное здание и разговаривал с тем самым Громовым — финансовым директором, которого расследовала жена.
— Это... это когда? — пробормотал он.
— Неделю назад. Четверг, около двух дня.
Олег вспомнил тот день. Встреча с потенциальным заказчиком, обсуждение проекта реконструкции торгового центра...
— Марин, это недоразумение. Он предлагал нашей фирме работу...
— Знаю. Проект на восемь миллионов рублей. Очень выгодный.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что это часть его схемы отмывания краденых денег.
Тишина. Даже дождь за окном, казалось, затих.
— То есть... — медленно произнес Олег, — ты хочешь сказать...
— Что твоя фирма получила заказ на деньги, украденные из "Северной Звезды". И завтра я должна передать отчёт заказчику. Включая информацию о всех, кто связан с Громовым.
— Но я не знал!
— Я знаю, что не знал. Но это не меняет сути.
Нина Георгиевна обернулась от окна:
— Марочка, ты же не сдашь Олежку?
— А что мне делать? Скрыть информацию? Это нарушение профессиональной этики.
— Но он твой муж!
— И именно поэтому я в такой ситуации.
Марина села за стол и положила голову на руки. Впервые за всё время разговора в её голосе послышалась усталость.
— Два месяца я расследую это дело. Собрала неопровержимые доказательства. Громов — вор и мошенник. Но теперь выяснилось, что мой собственный муж стал частью его схемы.
— Случайно стал! — воскликнул Олег.
— Случайно или нет — не важно. Важно, что стал.
— И что теперь будет?
Марина подняла голову. В её глазах стояли слёзы.
— Не знаю. Честно не знаю.
Олег встал и начал ходить по комнате. Руки дрожали, мысли путались. Всё происходящее казалось дурным сном.
— Марин, а что конкретно ты знаешь о нашем контракте?
— Всё. Громов заключил с вашей фирмой договор на реконструкцию торгового комплекса. Официально деньги идут из резервного фонда "Северной Звезды". Неофициально — это способ вывести ещё три миллиона.
— Как именно?
— Просто. Ваша фирма получает восемь миллионов на реконструкцию. Делаете работу на пять миллионов, а три миллиона "экономии" Громов забирает себе как откат.
— Но наша смета честная! Мы не завышали цены!
— Знаю. Вас используют втёмную. Громов уже договорился с прорабом и снабженцами. Они будут экономить на материалах, используя более дешёвые аналоги.
Нина Георгиевна качнула головой:
— Какой ужас. И что теперь делать?
— Вот именно, — устало сказала Марина. — Если я расскажу заказчику про участие Олега, его фирму проверят. Найдут нарушения, которые подстроил Громов. Олега обвинят в соучастии.
— А если не расскажешь? — спросил Олег.
— Тогда я нарушу договор с клиентом. Потеряю лицензию, репутацию, работу.
— Но семья же важнее работы!
Марина посмотрела на мужа долгим взглядом.
— Олег, а ты готов бросить свою работу ради меня?
— Это другое дело...
— Ничем не другое. Моя профессия — это не хобби. Это то, чем я живу. То, что делает меня тем, кто я есть.
За окном совсем стемнело. Марина включила настольную лампу. Жёлтый свет выхватил из темноты разложенные документы, фотографии, схемы.
— А кто твой заказчик? — вдруг спросил Олег.
— Владельцы "Северной Звезды". Братья Волковы.
— Те самые братья Волковы? Которые половиной города владеют?
— Те самые. И они не привыкли к тому, что их обманывают.
Олег присвистнул. Братья Волковы были известны жёсткостью в деловых вопросах. Перейти им дорогу означало получить серьёзные проблемы.
— Марин, а может, поговорить с ними? Объяснить ситуацию?
— Что именно объяснить? Что моя личная жизнь важнее их двенадцати миллионов?
— Но ведь можно найти компромисс...
— Какой? Олег, ты не понимаешь. Если Волковы узнают, что я скрыла информацию о причастности собственного мужа, они решат, что я их обманула. А обманщиков они не прощают никому.
— Тогда что делать?
Марина взяла со стола мобильный телефон.
— Завтра утром встречаюсь с заказчиком. Должна передать полный отчёт.
— И передашь?
— Не знаю.
Она набрала номер, подождала ответа.
— Алло, Игорь Константинович? Это Костина... Да, дело Громова... Слушайте, нужно перенести встречу... Нет, не на долго. На один день... Личные обстоятельства... Хорошо, послезавтра в десять утра. Спасибо.
Марина отключила телефон и посмотрела на мужа.
— Дала нам ещё сутки подумать.
— И о чём думать?
— О том, что для нас важнее. Честность или семейное благополучие.
— А разве нельзя совместить?
— В нашем случае — нет.
Нина Георгиевна, молчавшая последние минуты, вдруг заговорила:
— Марочка, а давай просто уедем? Куда-нибудь далеко. Начнём новую жизнь.
— Нина Георгиевна, от себя не убежишь. А я не смогу жить, зная, что предала свои принципы.
— Но и Олежку подставлять нельзя!
— Вот в этом и проблема.
Олег сел рядом с женой. Взял её руки в свои.
— Марин, давай честно. Что произойдёт, если ты расскажешь обо мне Волковым?
— В лучшем случае — твою фирму проверят и найдут нарушения, которые подстроил Громов. Потеряешь работу, возможно, будут судебные разбирательства.
— А в худшем?
— В худшем тебя обвинят в соучастии. Срок от трёх до семи лет.
— А если не расскажешь?
— Громов продолжит воровать. Рано или поздно всё вскроется. Но к тому времени он украдёт ещё миллионы.
— И меня всё равно привлекут?
— Скорее всего, да. Но уже за большую сумму.
Олег отпустил руки жены и откинулся в кресле.
— Получается, в любом случае я пострадаю?
— Получается, так.
— А ты?
— А я буду жить с тем выбором, который сделаю.
В комнате воцарилась тишина. Каждый думал о своём, пытаясь найти выход из безвыходной ситуации.
Внезапно зазвонил мобильный телефон Марины. Она посмотрела на экран и побледнела.
— Кто звонит? — спросил Олег.
— Громов.
— Громов? Откуда у него твой номер?
— Откуда ему знать, что я его расследую? — тихо ответила Марина.
Телефон продолжал звонить. Марина смотрела на него, не решаясь ответить.
— Возьми трубку, — сказал Олег. — Нужно знать, что он хочет.
Марина нажала кнопку ответа.
— Слушаю.
— Марина Сергеевна Костина? — раздался в трубке густой мужской голос.
— Да.
— Виктор Громов. Нам нужно встретиться.
— Зачем?
— Поговорить. О вашем расследовании. И о будущем вашего мужа.
Марина закрыла глаза. Значит, Громов всё знает. И о её работе, и о связи с Олегом.
— Когда и где?
— Завтра в восемь вечера. Ресторан "Метрополь", кабинет номер три. Приходите одна.
— А если я не приду?
— Приходите, Марина Сергеевна. В ваших интересах.
Громов отключился. Марина медленно положила телефон на стол.
— Что он сказал? — спросил Олег.
— Хочет встретиться.
— И что ты ответила?
— Что приду.
— Марин, это может быть опасно!
— Более опасно не прийти.
Марина посмотрела на фотографию Громова на доске. Даже на снимке этот человек излучал какую-то холодную уверенность. Теперь он знал о её работе и требовал встречи.
— Как он мог узнать? — пробормотал Олег.
— У него есть связи. Возможно, кто-то из агентства...
— Или из полиции, — мрачно добавила Нина Георгиевна. — Такие люди покупают информацию.
Марина кивнула. В их деле утечки информации случались. Не все коллеги отличались кристальной честностью.
— Марин, а что если не идти на встречу? — предложил Олег.
— Тогда завтра утром мы можем не проснуться.
— Не утрируй...
— Не утрирую. Громов уже украл двенадцать миллионов. Ради таких денег люди идут на всё.
Марина встала и подошла к сейфу, стоявшему в углу комнаты. Открыла его, достала пистолет.
— Марина! — ахнула свекровь.
— Лицензия на оружие, — спокойно объяснила Марина. — В нашей работе это необходимость.
Олег смотрел на жену как на незнакомку. За пять лет брака он ни разу не видел её с оружием в руках.
— Ты умеешь стрелять?
— Курсы повышения квалификации, тир два раза в неделю. Первый разряд по стрельбе.
— Господи, кто ты такая? — прошептал Олег.
— Твоя жена. Которая последние два месяца молча терпела твои подозрения в измене.
Марина убрала пистолет обратно в сейф, заперла его.
— Завтра пойду на встречу с Громовым. Послушаю, что он предложит.
— А если это ловушка?
— Скорее всего, это попытка купить моё молчание. Или запугать.
— И что ты будешь делать?
— Посмотрим. Зависит от его предложения.
Нина Георгиевна села на диван, тяжело вздохнула.
— Марочка, а может, правда стоит всё бросить? Уехать куда-нибудь?
— Куда? И на какие деньги? Мои накопления — это результат честной работы. Не хочу превращать их в взятку за молчание.
— Но жизнь дороже принципов!
— Жизнь без принципов — не жизнь, а существование.
Олег подошёл к окну. На улице включились фонари, город погрузился в осенний вечер. Где-то там, в этом городе, жил человек, который мог разрушить их семью одним звонком.
— Марин, а что если я сам пойду к Волковым? Расскажу, что меня обманули?
— Они не поверят. Подумают, что ты пытаешься выкрутиться.
— А если предоставлю доказательства?
— Какие доказательства? У тебя есть записи разговоров с Громовым? Документы о том, что тебя обманули?
— Нет...
— Вот именно. А у меня есть фотографии, записи, свидетельские показания. Всё, что нужно для обвинения.
Марина села за стол, взяла ручку.
— Нужно подготовиться к встрече. Продумать все варианты развития событий.
— Что ты имеешь в виду?
— Громов может предложить деньги за молчание. Может пригрозить. Может попытаться скомпрометировать меня перед заказчиками.
— И как ты ответишь?
— Честно не знаю. Впервые за три года работы оказалась в такой ситуации.
Олег вернулся к жене, сел рядом.
— Марин, прости меня. За недоверие, за подозрения...
— Сейчас не время для извинений. Сейчас нужно думать о том, как выпутаться из этой истории.
— А есть шанс выпутаться?
— Всегда есть шанс. Вопрос в цене.
— Какой цене?
— Не знаю пока. Завтра узнаю.
В дверь квартиры неожиданно позвонили. Все трое замерли.
— Кто это может быть? — прошептала Нина Георгиевна.
— Не знаю, — ответила Марина, но голос её дрогнул.
Звонок повторился. Долгий, настойчивый.
— Марина Сергеевна, откройте, — раздался мужской голос из-за двери. — Нужно поговорить.
— Кто там? — крикнула Марина.
— Представитель ваших заказчиков.
Марина побледнела. Волковы прислали курьера. Значит, что-то изменилось в их планах.
— Что делать? — тихо спросил Олег.
— Открывать. Хуже уже не будет.
Марина подошла к двери, посмотрела в глазок. За дверью стоял молодой мужчина в тёмном костюме. Лицо спокойное, руки свободны.
— Одну минуту, — сказала она и повернулась к мужу. — Спрячьтесь в спальне. Оба.
— Но...
— Без возражений. Это рабочий вопрос.
Олег и Нина Георгиевна прошли в спальню, прикрыли дверь. Марина быстро убрала со стола самые важные документы, оставив только общую информацию.
Открыла дверь.
— Добрый вечер, — сказал посетитель. — Максим Волков.
Марина узнала его по фотографии — младший из братьев, тридцати лет, отвечал за безопасность семейного бизнеса.
— Проходите.
Максим вошёл, оглядел комнату. Взгляд задержался на доске с фотографиями Громова.
— Хорошая работа, — заметил он. — Братец будет доволен.
— Спасибо. Но встреча назначена на послезавтра...
— Планы изменились. — Максим сел в кресло, не дожидаясь приглашения. — Громов ускорил операцию. Завтра переводит последнюю партию денег.
— Откуда вы знаете?
— У нас тоже есть источники информации.
Максим достал из кармана конверт.
— Здесь ваш гонорар плюс премия. И новое задание.
— Какое задание?
— Завтра вечером Громов встречается с сообщником. Нужно зафиксировать передачу денег.
Марина нахмурилась. Громов назначил ей встречу на восемь вечера. О какой встрече с сообщником говорил Максим?
— В котором часу эта встреча?
— В десять вечера. Парковка торгового центра "Аврора".
Значит, сначала разговор с ней, потом — с сообщником. Логично.
— А кто сообщник?
— Пока не знаем. Ваша задача это выяснить.
Максим протянул ей конверт. Марина не взяла.
— У меня уже есть задание от ваших братьев. Завтра должна передать полный отчёт.
— Отчёт передадите. А это дополнительное задание. За дополнительную плату.
— Сколько?
— Двести тысяч. Плюс премия, если поймаем сообщника.
Солидная сумма. Марина колебалась. Деньги лишними не бывают, особенно учитывая сложившуюся ситуацию с мужем.
— А если откажусь?
— Не откажетесь. Вы профессионал.
— Хорошо. Приму задание.
Марина взяла конверт. Максим поднялся.
— Ещё один момент. Громов может попытаться вас купить или запугать.
— Откуда вы знаете?
— Знаем, что он вышел на вас. Поэтому и приехал предупредить.
— И что посоветуете?
— Играйте по обстоятельствам. Делайте вид, что соглашаетесь на его предложения. Но записывайте всё на диктофон.
— Понял.
— Марина Сергеевна, — Максим остановился у двери. — Вы хороший детектив. Но помните: в больших играх нет места сентиментам.
— Что вы имеете в виду?
— То, что иногда приходится жертвовать малым ради большого.
Максим ушёл. Марина заперла дверь, прислонилась к ней спиной. Смысл его последних слов был ясен: если придётся выбирать между интересами дела и судьбой мужа, выбор должен быть очевиден.
Олег и Нина Георгиевна вышли из спальни.
— Кто это был? — спросил муж.
— Младший Волков. Привёз дополнительное задание.
— Какое?
— Завтра после встречи с Громовым нужно проследить его встречу с сообщником.
— То есть завтра будет очень напряжённый день, — заметила Нина Георгиевна.
— Очень.
Марина прошла к столу, раскрыла конверт. Внутри были деньги и краткая инструкция.
— Двести тысяч, — присвистнул Олег, заглянув через плечо.
— Плата за риск.
— И что теперь?
— Теперь готовимся. Завтра может решиться всё.
Марина взяла чистый лист бумаги, начала составлять план действий. Сначала встреча с Громовым в ресторане. Выяснить, что он знает, чего хочет. Записать разговор. Потом наблюдение за его встречей с сообщником.
— А если что-то пойдёт не так? — спросил Олег.
— Тогда у нас будут большие проблемы.
— У нас или у тебя?
— У всех нас. Громов уже знает про тебя. Если я исчезну, он может решить избавиться от свидетелей.
Нина Георгиевна опустилась на диван.
— Господи, во что мы ввязались...
— Мы ни во что не ввязывались, — возразила Марина. — Просто жизнь столкнула нас с ситуацией, которую нужно решать.
— А может, правда уехать? — не унималась свекровь.
— Куда? Волковы найдут где угодно. А Громов подавно.
— Тогда что делать?
— Играть до конца. И надеяться на удачу.
Олег сел рядом с женой.
— Марин, а если я завтра пойду с тобой?
— Нет. Это только усложнит ситуацию.
— Но ведь это касается и меня!
— Касается. Но решать буду я. Это моя работа, моя ответственность.
— А если Громов предложит деньги за молчание?
— Тогда сделаю вид, что соглашаюсь. А потом решу, как поступить.
— И как будешь решать?
— По совести.
— А что подсказывает совесть?
Марина отложила ручку, посмотрела на мужа.
— Пока не знаю. Честно.
Вечер прошёл в подготовке к завтрашнему дню. Марина проверила записывающую аппаратуру, продумала маршруты, возможные сценарии развития событий.
Олег нервничал, ходил по квартире, курил на балконе. Нина Георгиевна готовила ужин, но есть никто не хотел.
В половине одиннадцатого зазвонил телефон Марины. Незнакомый номер.
— Алло?
— Марина Сергеевна? — незнакомый женский голос.
— Да.
— Говорит Елена, секретарь Виктора Семёновича Громова.
— Слушаю.
— Виктор Семёнович просит передать, что место встречи изменилось.
— Куда?
— Кафе "Встреча" на Садовой улице. Время то же — восемь вечера.
— Хорошо. Передайте, что я буду.
— Непременно. И ещё... Виктор Семёнович просит прийти без записывающих устройств.
Марина усмехнулась. Значит, Громов тоже готовится серьёзно.
— Хорошо. Так и сделаю.
— Спасибо. До свидания.
Связь прервалась. Марина задумалась. Смена места встречи могла означать, что Громов заподозрил подвох. Кафе "Встреча" — публичное место, но в то же время там легче контролировать обстановку.
— Что-то изменилось? — спросил Олег.
— Поменяли место встречи. И просят прийти без "жучков".
— И ты пойдёшь без записи?
— Конечно, нет. Просто спрячу получше.
Марина достала из сейфа миниатюрный диктофон размером с монету.
— Последнее слово техники. Запишет четыре часа разговора в высоком качестве.
— А если обыщут?
— Не найдут. Крепится под одеждой специальным клеем.
Остаток вечера прошёл в тревожном ожидании. Марина несколько раз проверила оборудование, Олег звонил на работу, отпрашиваясь на завтра под предлогом болезни. Нина Георгиевна молча убиралась на кухне, пытаясь занять руки и мысли.
В полночь все разошлись по комнатам, но никто не спал. Марина лежала, уставившись в потолок, прокручивая в голове завтрашние события. Рядом ворочался Олег, время от времени тяжело вздыхая.
— Марин, а что если всё это ловушка? — прошептал он в темноте.
— Тогда завтра мы об этом узнаем.
— А если Громов решил от тебя избавиться?
— Тогда тем более нужно быть готовой.
— Может, не стоит рисковать?
— Олег, поздно думать об этом. Мы уже в игре. Остаётся только играть до конца.
Утром Марина встала рано, приняла душ, тщательно продумала одежду. Строгий деловой костюм, удобная обувь на низком каблуке — на случай, если придётся бежать. Диктофон закрепила под лацканом пиджака, проверила — незаметен.
За завтраком все молчали. Нина Георгиевна приготовила яичницу, но тарелки остались почти нетронутыми.
— Во сколько встреча? — спросил Олег.
— В восемь. А в десять наблюдение за Громовым.
— То есть домой вернёшься поздно?
— Если вернусь, — мрачно пошутила Марина.
— Не шути так! — воскликнула Нина Георгиевна.
— Извините. Нервы.
В четыре дня зазвонил телефон. Марина посмотрела на экран — звонил коллега из агентства.
— Привет, Серёжа.
— Марина, у нас проблемы, — встревоженный голос сотрудника. — К нам приходили люди. Спрашивали о тебе.
— Какие люди?
— В костюмах, представились сотрудниками прокуратуры. Интересовались делом Громова.
— И что им сказали?
— Что ты ведёшь дело по договору с частными лицами. Больше ничего.
— Правильно. А они что?
— Сказали, что дело может иметь государственное значение. Просили связаться с ними после завершения расследования.
Марина нахмурилась. Государственное значение? Что это может означать?
— Серёж, а документы они показывали?
— Удостоверения показывали. Выглядели настоящими.
— Имена записал?
— Конечно. Старший следователь Петров и следователь Иванов.
— Банальные фамилии. Подозрительно.
— Ты думаешь, это были не прокуроры?
— Думаю, завтра всё прояснится. Спасибо, что предупредил.
— Марина, будь осторожна. Что-то мне не нравится вся эта история.
— Мне тоже. Но отступать поздно.
После разговора Марина задумалась. Визит псевдопрокуроров мог означать только одно — кто-то пытается оказать давление на агентство. Либо это люди Громова, либо у дела есть аспекты, о которых она не знала.
В половине седьмого Марина начала собираться. Проверила пистолет — заряжен, поставила на предохранитель, спрятала в специальную кобуру под пиджаком. Диктофон включила в тестовом режиме — работает отлично.
— Марин, а может, я всё-таки поеду с тобой? — в последний раз попытался Олег.
— Нет. Это только навредит.
— Тогда хотя бы держи связь. Звони каждые полчаса.
— Хорошо. Если буду иметь возможность.
Марина обняла мужа, поцеловала в щёку.
— Если что-то случится, документы в сейфе. Код знаешь.
— Ничего не случится, — твёрдо сказал Олег.
— Конечно. Ничего не случится.
Но в глубине души Марина была не так уверена. Слишком много непонятного происходило вокруг этого дела.
В семь тридцать она вышла из дома. На улице моросил мелкий дождь, рано наступившие осенние сумерки окутали город. Марина села в машину, завела двигатель.
Кафе "Встреча" находилось в центре города, добираться минут двадцать. Марина специально выехала пораньше — хотела осмотреть место встречи, оценить обстановку.
По дороге несколько раз проверяла зеркала заднего вида. Пока никто не следил.
Кафе оказалось небольшим уютным заведением на первом этаже старинного дома. Марина припарковалась через дорогу, внимательно изучила окрестности. Два выхода из кафе, несколько переулков для отступления. Обстановка спокойная.
В пять минут восьмого она вошла в кафе. Народу немного — несколько пар за столиками, одинокий мужчина у барной стойки читает газету. Громова пока не было.
Марина выбрала столик у окна, заказала кофе. Отсюда хорошо просматривалась вся зала и вход.
В восемь ровно дверь кафе открылась. Вошёл Громов — тот самый мужчина с фотографий на доске. Высокий, представительный, в дорогом пальто. Окинул зал взглядом, увидел Марину, направился к её столику.
— Марина Сергеевна? — Он протянул руку для рукопожатия.
— Виктор Семёнович.
— Можно сесть?
— Конечно.
Громов сел напротив, снял пальто. Официант тут же подошёл принять заказ.
— Коньяк, — коротко сказал Громов. — Хороший.
— Слушаюсь.
Когда официант отошёл, Громов внимательно посмотрел на Марину.
— Знаете, почему я вас вызвал?
— Догадываюсь.
— Вы проводите частное расследование моей деятельности. По заказу моих недоброжелателей.
— По заказу ваших компаньонов. Которые подозревают вас в хищении средств компании.
— Хищении? — Громов усмехнулся. — Интересная формулировка.
— А как бы вы назвали исчезновение двенадцати миллионов рублей?
— Инвестициями в будущее.
Официант принёс коньяк. Громов сделал небольшой глоток, задумчиво покрутил бокал в руках.
— Марина Сергеевна, а что вы знаете о братьях Волковых?
— То, что они ваши деловые партнёры. И что вы их обманываете.
— Деловые партнёры? — Громов рассмеялся. — Марина Сергеевна, вы плохо изучили своих заказчиков.
— Что вы имеете в виду?
— Братья Волковы не мои партнёры. Они мои конкуренты. И весьма жестокие.
Марина нахмурилась. Это не соответствовало информации, которой она располагала.
— Но ведь "Северная Звезда" принадлежит им...
— Только формально. Реально компанией управляю я. А они пытаются её отобрать.
— Каким образом?
— Очень просто. Обвиняют меня в воровстве, нанимают частного детектива для сбора компромата. А потом используют этот компромат для захвата контроля.
Громов достал из кармана папку с документами.
— Вот реальные документы компании. Посмотрите внимательно.
Марина взяла папку, пролистала бумаги. Учредительные документы, протоколы собраний акционеров, справки из налоговой...
— Я не понимаю...
— А теперь сравните с тем, что вам дали Волковы.
— У меня нет с собой их документов...
— Не нужно. Скажу сам. Они предоставили вам поддельные бумаги, где фигурируют как владельцы компании.
— Зачем им это?
— Чтобы получить от вас "доказательства" моего воровства. Потом пойдут в суд, докажут, что я якобы украл их деньги, и отсудят компанию.
Марина почувствовала, как почва уходит из-под ног. Если Громов говорит правду, то она три месяца работала на мошенников.
— А деньги? Двенадцать миллионов, которые исчезли?
— Не исчезли. Были переведены в дочерние компании согласно бизнес-плану. Вот справки из банков.
Громов протянул ей ещё несколько документов. Банковские выписки действительно показывали переводы на счета дочерних предприятий.
— Но фотографии... Вы передавали взятки...
— Передавал документы для оформления сделок. А Волковы наняли фотографа, чтобы снимать эти передачи под определённым углом.
— Какого фотографа?
— А как вы думаете, откуда у вас такие качественные снимки? Вы же не могли подойти так близко незамеченной.
Марина вспомнила. Действительно, некоторые фотографии были сделаны словно с близкого расстояния, но она была уверена, что снимала издалека телеобъективом...
— Кто-то из коллег продал фотографии Волковым, а они подсунули их вам как ваши собственные, — продолжал Громов.
— Это невозможно...
— Марина Сергеевна, а вы проверяли подлинность тех документов, которые дали вам братья?
— Конечно... то есть... — Марина запнулась. Она действительно не проверяла документы заказчиков в независимых источниках.
— Завтра утром позвоните в Торгово-промышленную палату. Запросите данные о "Северной Звезде". Узнаете много интересного.
Громов допил коньяк, посмотрел на часы.
— А сейчас у меня к вам предложение.
— Какое?
— Прекратите работать на Волковых. Я заплачу вам в два раза больше за помощь в разоблачении их махинаций.
— Сколько?
— Четыреста тысяч. Плюс премия после завершения дела.
Марина молчала. Голова шла кругом от неожиданной информации. Если Громов говорит правду, то она стала пешкой в чужой игре.
— А что касается вашего мужа...
При упоминании Олега Марина напряглась.
— Что с ним?
— Ничего плохого. Просто Волковы собираются использовать его как козла отпущения.
— Как?
— Очень просто. Когда "вскроется" моё мнимое воровство, они обвинят вашего мужа в соучастии. Скажут, что он помогал отмывать деньги через свою строительную фирму.
— Но это неправда!
— Конечно, неправда. Но докажите это в суде, когда против вас будут показания "честной" жены-детектива.
Марина поняла весь цинизм плана. Волковы рассчитывали использовать её же собственные материалы против мужа.
— И что вы предлагаете?
— Завтра на встрече с ними дайте ложные показания. Скажите, что доказательств воровства нет. А настоящие материалы передайте мне.
— А если они не поверят?
— Поверят. Потому что у них нет других источников информации.
— Но я подпишусь под ложными документами...
— Под документами, которые спасут вашего мужа от тюрьмы.
Громов встал, надел пальто.
— Подумайте до завтра. В десять утра встреча с Волковыми. В девять позвоните мне, сообщите решение.
Он положил на стол визитную карточку с номером телефона.
— А если я откажусь?
— Тогда завтра ваш муж станет обвиняемым по уголовному делу. А вы — свидетелем против него.
— Это шантаж.
— Это реальность, Марина Сергеевна. Добро пожаловать в большую игру.
Громов ушёл, оставив Марину одну с бокалом кофе и ворохом противоречивых мыслей.