Тема плоской Земли давно вышла за пределы шуток и получила форму устойчивого интернет‑движения. Для одних это мировоззренческая «религия» с собственной лексикой и авторитетами, для других — повод посмотреть, как работают мифы в эпоху соцсетей. Разберёмся без пафоса: откуда взялась идея, кто и как её опровергал, почему она держится сейчас, сколько людей в неё верит и при чём здесь Терри Пратчетт.
Где корни: от мифов к «научному» спору
В древних культурах образ мира часто был плоским: земля‑остров под небесным куполом, опирающаяся на животных или космические колонны. В шумерской и вавилонской традиции Земля представлялась в виде плоской поверхности, окружённой мировым океаном. В индийских космологиях встречаются образы гигантских черепах и слонов, несущих землю. Подобные представления бытовали и в Китае, где небеса считались полусферой, а земля — квадратной плоскостью.
Но в античной науке уже к IV–III векам до н. э. закрепилась шарообразная Земля — от наблюдений Аристотеля до расчётов окружности планеты у Эратосфена.
Новый цикл популярности плоской Земли стартовал в XIX столетии благодаря англичанину Самуэлю Роуботэму (псевдоним Parallax). Он называл свою методологию «зететической астрономией», писал и выступал публично, а в качестве «доказательств» приводил зрительные эффекты на длинных водных гладях. Уже тогда критики показывали, что эти опыты не учитывают рефракцию и геометрию, но аудитория у идеи всё равно находилась.
Клубы и общества: как это оформилось в XX веке
В середине XX века появилось общество плоской Земли. Сначала — в Британии (Самуэл Шентон), позже — в США (Чарльз К. Джонсон). Их позиция выглядела стабильно: круговая ссылка на недоверие к науке и к любым внешним данным — от геодезии до снимков из космоса.
К концу XX века движение Flat Earth Society с появлением интернета и видеохостингов движение обрело вторую жизнь. Новые лидеры начали активно использовать YouTube и соцсети, где простые эмоциональные ролики распространялись быстрее, чем академические разборы.
Кто «разрушил» плоскую Землю: несколько простых фактов
Опровержения накапливались веками — и не в одной дисциплине.
• Геометрия и астрономия. Эратосфен измерил окружность Земли, сравнив высоту Солнца в двух городах. Погрешность — по историческим оценкам — удивительно мала для античности.
• Физика «на ладони». Маятник Фуко наглядно показывает вращение планеты: плоскость колебаний остаётся неизменной в пространстве, а Земля «поворачивается» под ней. В полярных широтах маятник делает полный оборот за сутки — зрелище, после которого споры про «не вращается» выглядят странно.
• Практика путешествий и связи. Навигация по широтам, кругосветные перелёты, глобальные кабельные трассы — вся логистика современной планеты держится на сферической геометрии и меняющемся времени суток.
• Космос. Начиная со снимков 1960‑х и культовой «Голубой мраморной» фотографии миссии «Аполлон‑17», мы многократно видели полный диск Земли. Это не мнение, а наблюдение.
Почему в это верят сегодня
На убеждения влияют не только факты, но и социальные механики.
Во‑первых, цифровые платформы. Алгоритмы рекомендаций готовы бесконечно подсовывать «разоблачения», если пользователь хоть раз проявил любопытство. Так формируется замкнутый медиамир, где каждая новая серия подтверждает старую веру.
Во‑вторых, психология принадлежности. Теории заговора дают ощущение «я знаю, как на самом деле», а сообщество — чувство поддержки. Когда статус в группе важнее внешних данных, любые аргументы превращаются в «часть заговора» и отбрасываются.
В‑третьих, общий кризис доверия. Если институциям не верят в принципе, то и научные данные попадают в одну корзину с политикой и маркетингом. В этом контексте плоская Земля — лишь яркий маркер более широкой проблемы информационной гигиены.
Наконец, фактор развлечения. Современные «плоскоземельные» ролики нередко подаются в ироничном ключе и смешиваются с мемами. Но именно это и делает их опасными: для части зрителей юмор незаметно превращается в реальное убеждение.
Сколько людей верит в плоскую Землю
Точные числа зависят от формулировок вопросов и страны, но картинка стабильная: доля сторонников — единицы процентов. Американские опросы конца 2010‑х показывали около 2% уверенных сторонников, ещё несколько процентов «сомневающихся». Отдельные исследования фиксировали до 10% согласия с конспирологическими тезисами в целом — это, как правило, верхняя оценка на широких формулировках. В Великобритании доли схожие.
В интернете отдельные группы насчитывают десятки тысяч подписчиков, но это не всегда «живые верующие». Часть аудитории подписана из любопытства или ради наблюдения за дискуссиями.
Терри Пратчетт и Плоский мир
Пратчетт сделал плоскую планету предметом великой литературной шутки. Его Плоский мир — диск на спинах четырёх слонов, стоящих на панцире гигантской черепахи Великой А’Туин, плывущей сквозь космос. Это не «подмена науки», а способ говорить о человеческих слабостях, власти, бюрократии и знаниях через гротеск и иронию. Популярность серии сыграла забавную роль: для миллионов читателей «плоский мир» — не спор с физикой, а культурный код, метафора, с которой удобно сравнивать наши заблуждения.
Почему аргументы «плоскоземцев» кажутся убедительными — и как им отвечать
Они строятся на интуитивном ощущении повседневности: горизонт «выглядит» плоским; самолёт летит «прямо»; вода «не может держаться на шаре». В ответ полезно не спорить, а показывать измерения:
— как меняется высота Полярной звезды при движении на север;
— как «садятся» корабли за линию горизонта снизу вверх;
— как маятник Фуко ведёт себя в разных широтах;
— как спутниковые снимки дают непрерывные полосы съёмки.
Эти простые демонстрации возвращают разговор в область наблюдаемых фактов.
К чему это
История плоской Земли — зеркало нашей медиасреды. Идея живёт не потому, что у неё сильные доказательства, а потому что она попадает на питательную почву: недоверие, инфлюенсеры, «комьюнити‑эффект». Вывод не в том, чтобы смеяться над «чужой глупостью», а в том, чтобы прокачивать навыки критического мышления и объяснять на человеческом языке, как и почему наука работает.