Добрый вечер!
Москва, начало 1950-х годов. Город, только начинающий оправляться от разрушений Великой Отечественной войны, неожиданно оказался во власти ужаса. Казалось, что преступность отступила под натиском суровых мер сталинской эпохи, но именно тогда в столице прославилась одна из самых дерзких и загадочных банд — «Черная кошка».
Во главе стоял Иван Митин. В свои 22 года он был гордостью Красногорского оборонного завода №34: мастер смены, токарь высшего, шестого разряда, его фотография не сходила с доски почета. Руководство ценило его как блестящего специалиста и даже представило к высшей трудовой награде — ордену Трудового Красного Знамени. Днем он стоял у станка, создавая оборонную мощь Родины, а по ночам, собирая своих подельников, хладнокровно планировал, как эту Родину ограбить.
Пётр Болотнов, самый старший в банде, — уважаемый стахановец с оборонного завода №500. Человек, которому доверяли, и который, пользуясь этим доверием, раздобыл для банды первое оружие. Борис Коровин — не просто комсомолец и ударник труда, а кавалер медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». Той самой медали, которую вручали тем, кто ковал Победу в тылу. Александр Самарин — молодой гравер, победитель соцсоревнований. Он осыпал свою любимую девушку дорогими подарками, а на её удивленные вопросы с улыбкой отвечал, что хорошо зарабатывает на заводе.
Даже самый молодой, 17-летний Вячеслав Лукин, был не трудным подростком, а подающим надежды хоккеистом городской команды и прилежным учеником, готовившимся к поступлению в престижный институт.
Никто, ни соседи, ни коллеги, ни даже родные не могли заподозрить в этих улыбчивых, трудолюбивых парнях жестоких налетчиков. Местом сбора для них служили трибуны красногорского стадиона «Зенит». Там, под видом обычных болельщиков, под шум толпы, они спокойно и методично планировали свои преступления.
Целых четыре года (с 1949 по 1953) банда Митина орудовала в Москве и Подмосковье. Но их целями были не подпольные миллионеры или спекулянты. Они грабили то, что считалось общим, народным: обычные промтоварные магазины, сберкассы, продуктовые склады. В послевоенной стране, где каждая копейка и каждый килограмм муки были на счету, а люди только-только начинали приходить в себя, это воспринималось не просто как воровство. Народ видел в этих налётах настоящее предательство.
Долгое время банде всё сходило с рук, ведь никто и подумать не мог, что за масками скрываются передовики производства. Но с каждым новым налётом, а особенно после хладнокровных убийств охранников и милиционеров, дело приобретало совсем другой масштаб.
Когда чаша весов переполнилась, руководство страны поставило перед Московским уголовным розыском (МУР) задачу первостепенной важности: найти и обезвредить преступников любой ценой. Это стало делом чести для лучших сыщиков страны. За расследование взялся легендарный сотрудник МУРа Владимир Арапов.
Ключом к разгадке стала, казалось бы, незначительная деталь. Во время одного из налётов на сберкассу сотрудница успела нажать тревожную кнопку. Оперативный дежурный, позвонив, спросил: «Это сберкасса?», а в ответ услышал брошенную одним из бандитов фразу: «Нет, стадион».
В стрессовой ситуации человек часто говорит о том, что ему хорошо знакомо, что является частью его жизни. Арапов предположил: кто-то из налетчиков тесно связан со спортом. Это была слабая, почти интуитивная догадка, но единственная зацепка за три года расследования.
Сыщики начали титаническую работу: проверять всех спортсменов, проживавших или работавших в районе совершения преступлений. И ниточка привела их к Вячеславу Лукину, тому самому 17-летнему хоккеисту. За ним установили круглосуточное наблюдение. Вскоре Лукина взяли с поличным в поезде, когда он пытался уехать в Мурманск с чемоданом, набитым украденными деньгами.
Молодой парень испугался и начал давать показания. Он сдал всех. Одного за другим, членов «банды высокого блондина» начали арестовывать прямо на их рабочих местах, в цехах, на глазах у изумленных коллег, которые ещё вчера видели их портреты на доске почета. Это был шок для всего Красногорска.
Легенда о дерзких и неуловимых налетчиках рассыпалась в прах. На её месте оказалась простая и оттого ещё более жуткая история о двойной жизни. Оказалось, что самые опасные преступники — это не татуированные рецидивисты из криминального мира, а свои же, соседи, передовики производства.
Суд был скорым и суровым. Митин и его ближайший подельник получили высшую меру, остальные от 10 до 25 лет. Так была поставлена точка в истории самой известной банды послевоенной Москвы. Легенда о «Чёрной кошке» закончилась, уступив место суровой реальности правосудия.