Анна стояла у окна кухни, наблюдая за тем, как муж паркует машину во дворе. Сергей выглядел взволнованным, даже издалека это было заметно. Он несколько раз поправил галстук, прежде чем выйти из автомобиля.
— Как дела на работе? — спросила она, когда он вошёл в прихожую.
— Нормально, всё как обычно, — ответил Сергей, снимая пиджак. — А где Максим?
— У друга делает проект по истории. Придёт к ужину.
Анна заметила, что муж ведёт себя странно. Он несколько раз заглянул в карман пиджака, словно проверяя что-то важное.
— Ты что-то потерял? — поинтересовалась она.
— Нет, нет. Просто... помнишь Светлану Петровну из отдела закупок?
— Ту, что на корпоративе танцевала с директором?
— Да, она самая. У неё завтра день рождения. Коллектив решил подарить что-то красивое.
Сергей достал из кармана небольшую коробочку в бархатной обивке.
— Браслет? — удивилась Анна. — Довольно дорого для коллективного подарка.
— Ну, мы все скинулись. Она хороший человек, многим помогает.
Анна взяла коробочку в руки. Браслет действительно был красивым — тонкая золотая цепочка с небольшой подвеской в виде сердечка.
— Изящно, — согласилась она. — Светлана будет довольна.
Сергей облегчённо выдохнул и пошёл в ванную. Анна ещё немного полюбовалась украшением, поворачивая его на свету. Внезапно она заметила что-то блестящее на обратной стороне сердечка.
— Серёжа! — позвала она.
— Что? — откликнулся муж из ванной.
— Тут какая-то гравировка.
Наступила пауза. Анна поднесла браслет ближе к лампе и прочитала тонкие буквы: "Моей единственной Ириске. С.".
— Сергей, — повторила она уже другим тоном. — Иди сюда.
Муж появился в дверном проёме, всё ещё вытирая лицо полотенцем.
— В чём дело?
— "Моей единственной Ириске. С." — медленно прочитала Анна. — Это что такое?
Лицо Сергея побледнело.
— Слушай, я могу объяснить...
— Объясняй.
— Это недоразумение. В ювелирном меня неправильно поняли. Я просил сделать общую надпись, а они... они перепутали с другим заказом.
— Ириска? Серьёзно?
— Ну да, может, там ещё кто-то заказывал подобное. Случается же.
Анна молча смотрела на мужа. В их семнадцатилетнем браке она научилась отличать его ложь от правды по едва заметным признакам. Сейчас он врал.
— И буква "С" — это тоже ошибка?
— Наверное, хотели написать "от коллектива", а сократили.
— Серёжа, прекрати. Кто такая Ириска?
— Никто! Клянусь тебе, это просто недоразумение!
— Тогда давай вернём браслет обратно и попросим исправить гравировку.
— Завтра праздник, не успеем.
— Тогда купите что-то другое.
Сергей нервно провёл рукой по волосам.
— Аня, поверь мне. Я объясню всё завтра, когда выясню, что произошло в магазине.
В этот момент в квартиру ворвался их пятнадцатилетний сын Максим.
— Привет! А что у вас тут происходит? — спросил он, чувствуя напряжение в воздухе.
— Ничего особенного, — быстро ответил отец.
— Мам, ты чего такая грустная?
Анна показала сыну браслет.
— Посмотри на гравировку.
Максим взял украшение и внимательно изучил надпись.
— "Моей единственной Ириске. С." — прочитал он вслух. — Пап, а кто такая Ириска?
— Максим, это сложно объяснить...
— А что тут сложного? — перебил сын. — Либо у тебя есть кто-то, кого ты называешь Ириской, либо нет.
— Конечно, нет!
— Тогда почему ты заказал именно такую гравировку?
— Я не заказывал! Это ошибка ювелира!
Максим задумчиво покрутил браслет в руках.
— Знаешь, пап, в нашем классе есть девочка Ирина. Все её зовут Ириской. А ещё помню, бабушка рассказывала, что маму в детстве тоже так называли, потому что она обожала ирис.
Анна удивлённо посмотрела на сына.
— Правда? Я и не помнила.
— Ага. Бабуля говорила, что ты конфеты в кармане носила и всех угощала. Одноклассники тебя Ириской дразнили.
— Но я же давно не...
— Мам, а ты не помнишь, как пап тебя называл, когда вы только встречались?
Анна нахмурилась, пытаясь вспомнить.
— Мы знакомы уже так давно...
— Серёг, — обратился Максим к отцу. — Ну честно, как ты маму в молодости называл?
Сергей растерянно молчал.
— Он называл меня по имени, — сказала Анна.
— А домашних прозвищ не было?
— Было... но я не помню каких.
Максим вздохнул.
— Взрослые такие забывчивые. Хорошо, что я всё записываю в дневник.
— В смысле записываешь? — одновременно спросили родители.
— Ну да. У меня есть дневник, куда я записываю интересные семейные истории. Может, поищем там что-нибудь про ваши прозвища?
Сын убежал в свою комнату, а родители остались наедине с тягостным молчанием.
— Серёж, — тихо сказала Анна. — Если ты мне изменяешь, лучше признайся сразу.
— Я не изменяю. Клянусь.
— Тогда откуда эта Ириска?
— Понятия не имею.
Максим вернулся с толстой тетрадью.
— Так, дайте-ка вспомним. Вот запись от прошлого года. Папин день рождения. "Мама испекла торт и сказала: помнишь, как ты меня Ириской называл, когда мы ещё студентами были?" А папа ответил: "Конечно помню, моя сладкая".
Анна ошеломлённо посмотрела на мужа.
— Я это говорила?
— Получается, да, — ответил Максим. — А вот ещё запись. Новый год два года назад. "Родители смотрели старые фотографии. Мама нашла записку от папы, где он писал: "Моей любимой Ириске на память о первом свидании"."
— Но я не помню...
— Мам, ты же сама недавно говорила, что память не та, что раньше. Особенно после того стресса на работе.
Сергей осторожно подошёл к жене.
— Аня, я действительно заказывал этот браслет для тебя. На наш юбилей. Хотел сделать сюрприз.
— Но зачем врал про Светлану?
— Потому что сюрприз же! До юбилея ещё месяц, я хотел спрятать подарок, а потом торжественно вручить.
— А почему тогда сказал, что это коллективный подарок?
— Растерялся. Не ожидал, что ты заметишь гравировку так быстро.
Анна всё ещё сомневалась.
— Но я правда не помню, чтобы ты меня так называл.
— Мам, — вмешался Максим. — А помнишь, как ты в прошлом месяце забыла, где оставила ключи, а они висели на крючке? Или как искала очки, которые были у тебя на голове?
— Это совсем другое дело.
— Да нет же, то же самое. У тебя просто стресс. Доктор говорил, что это влияет на память.
Сергей взял жену за руки.
— Аннуш, я действительно хотел сделать тебе приятное. Вспомни, пожалуйста. В университете я часто покупал тебе ирис. Ты говорила, что это твоя любимая сладость с детства.
Анна задумалась. Смутные воспоминания начали всплывать в памяти.
— Кажется... кажется, я что-то припоминаю.
— Конечно! А помнишь, как я в первый раз принёс тебе не обычный ирис, а в красивой коробочке? И сказал, что теперь у меня есть своя Ириска?
— Это... это было очень давно.
— Ну да, почти двадцать лет назад. Ты удивилась, что я запомнил про твоё детское прозвище.
Максим захлопнул дневник.
— Ну вот, а вы поссориться хотели из-за ерунды.
— Но почему ты не мог сразу сказать правду? — спросила Анна.
— Потому что я дурак, — признался Сергей. — Хотел устроить романтическую историю с сюрпризом, а получилась драма с подозрениями.
— Пап, а можно совет?
— Давай.
— В следующий раз говори правду сразу. Мама же не враг, чтобы её обманывать.
Сергей кивнул.
— Ты прав. Прости, Ань. Я хотел как лучше.
Анна взяла браслет и надела его на запястье.
— Красивый. И гравировка... теперь она мне нравится.
— Значит, простишь?
— Прощу. Но больше никаких вранья, даже ради сюрпризов.
— Обещаю.
Максим довольно улыбнулся.
— А я предлагаю отметить примирение пиццей. Родители, которые не ссорятся, заслуживают вкусного ужина.
— Хорошая идея, — согласилась Анна. — Только в следующий раз, когда захочешь сделать сюрприз, посоветуйся с сыном. У него голова на плечах.
— Учту, — пообещал Сергей. — И спасибо тебе, Максим. Ты настоящий семейный дипломат.
— Ну, кто-то же должен следить, чтобы родители не делали глупостей, — философски заметил подросток.
Анна рассмеялась впервые за этот вечер.
— Получается, что самый мудрый в нашей семье — пятнадцатилетний мальчик.
— Самый наблюдательный, — поправил Максим. — А мудрости мне ещё учиться и учиться.
Сергей обнял жену за плечи.
— Знаешь, может, и хорошо, что всё так вышло. Теперь тебе не придётся ждать до юбилея.
— А что ты ещё планировал подарить?
— Это уже точно будет сюрприз. И никакой лжи, честное слово.
— Ладно, но теперь я буду проверять все твои карманы, — пошутила Анна.
— А я буду записывать ваши разговоры, чтобы потом напоминать, о чём вы забыли, — добавил Максим.
Семья рассмеялась, и напряжение окончательно исчезло. Анна ещё раз посмотрела на браслет. Теперь гравировка казалась ей трогательной, а не подозрительной.
— Знаешь, Серёж, может быть, я действительно забыла многое из нашей молодости. Но это не значит, что те времена были неважными.
— Наоборот, они самые важные. Именно тогда мы полюбили друг друга.
— И именно благодаря тем временам у нас теперь есть такой замечательный сын, который спасает родительский брак.
Максим покраснел от смущения.
— Да ладно вам. Я просто внимательный. И потом, мне не хочется, чтобы вы развелись. Кто тогда будет покупать мне новые кроссовки?
— Практичный мальчик, — покачала головой Анна. — В тебя, наверное.
— Определённо в тебя, — согласился Сергей. — У меня бы не хватило ума вести дневник семейных событий.
— А зря. Очень полезная штука. Особенно когда родители забывают, что говорили неделю назад.
Анна игриво толкнула сына в плечо.
— Ты нас слишком хорошо изучил.
— Ну, мне же с вами жить. Приходится адаптироваться к вашим особенностям.
Сергей заказал пиццу, и семья провела остаток вечера за приятной беседой. Анна то и дело поглядывала на браслет, привыкая к мысли, что она снова чья-то Ириска. А Максим продолжал делать заметки в своём дневнике, записывая ещё одну историю о том, как важно говорить правду даже в мелочах.