1. Сергей Маматов вспомнил: "Учебка, Вышний Волочек,1980 год, выездной караул, я разводящий. Ночью прибыл проверяющий с части, пошел с нами на пост, присутствовал при смене часовых…
Приближаемся к посту… тишина! Переходим границу поста - снова тишина… Никого нет! Проверяющий нервничает, где часовой? Я в шоке!!!
И тут из- за дерева , чуть в глубь от границы поста, выходит мой часовой…
В чем дело, как, почему? Отвечает, очень сильно заболел зуб, отошёл к дереву и прислонился щекой к стволу дерева, чтобы облегчить боль!
Да, действительно, у него была сильно опухшая щека… Далее, поменял часовых на постах в присутствии проверяющего! Прибыли в караульное помещение. Проверяющим было сообщено нач кару о часовом.
Больного часового менять не стали, с части ему на дежурном автомобиле привезли таблетки, службу он вместе с караулом отстоял до конца. Никто не пострадал..."
2. Бухаров Василий вспомнил Новый Год в Дрездене: "ГСВГ, 101 Учебно-танковый полк, 1980-82 г.г. От новогоднего Караула можно было ожидать все, что угодно…
Так как несение службы в новогоднюю ночь в ГСВГ требовало от личного состава не только задач, предусмотренных уставом, а также умение находить общий язык с мирным населением, вернее жесты, ведь разговаривать запрещено.
А у населения, по причине возлияний алкогольных напитков, вдруг проявляется приступ дружелюбия, и которым прямо необходимо поговорить на улице со сменой караула. А инициативу надо проявлять с юмором и улыбкой на лице.
– Скоро Новый Год! – важно сообщил замполит роты на построении личного состава. – По традиции отмечать будем в центральном проходе расположения роты. Поставим столы. Сержантскому составу организовать меню!
ЧТо означало, что каждый курсант роты должен сдать на празднование Нового Года по десять марок. Сумма со всей роты получалась внушительная. На эти деньги закупались булочки с маком, лимонад Вита-кола и всякие вкусности, про которые девяносто девять процентов личного состава и не догадывались, что такие вкусные вещи есть на свете.
Так как один процент не попадал в армию из-за разных "плоскостопиев", то можно сказать, что все были в восторге от такой постановки вопроса. Мне уже доводилось один раз встречать Новый Год, и я знал, что это будет настоящий праздник.
За одним столом весь личный состав. Даже офицеры ровно в полночь были с личным составом, а уже потом шли домой к семьям. Разрешалось не спать всю ночь, курить на лестнице, смотреть телевизор.
Телевизор уже не был "в диковинку". И когда, в нем появился наш дорогой и любимый Генерального Секретарь ЦККПСС Л.И. Брежнев, то, конечно же, все взоры были обращены к нему. Вита-Колу разливали в железные кружки, поздравляли друг друга. И тут кто-то сказал: "Ребята, смотрите, что по телевизору показывают".
Тут, по -моему все забыли и про булочки, и про конфетки. На экране играла какая- то немецкая рок группа, вокалистка была топлесс. Ее иногда показывали крупным планом. Это была минута "немой сцены" из Ревизора. За столом пошло оживление.
В чувство всех привел ротный, сказав, чтобы убавили громкость телевизора, что этого добра вы еще насмотритесь, и произнес длинный тост, в котором рассказал нам о предстоящей службе, и какие планы перед нами стоят, и какие задачи мы будем выполнять, и как мы должны учиться.
И, конечно же, как защищать Родину! Мы слушали, внимая одним глазом ротного, а второй наш глаз косил на телевизор, и ротный периодически спасал нас от косоглазия, возвращая глаз на место.
И вот приближался следующий, Дембельский Новый Год! Ко мне подошел сослуживец, с кислой миной на лице, и сказал, что ему не повезло. Он заступал в караул "помначкаром", а разводящие у него два бойца из "молодых".
– Вот если бы ты согласился пойти разводящим, то было бы веселее, мы бы там отметили Новый Год… Смену разведешь, и будем отдыхать.
Предложение было заманчивым. В Новый Год погулять по Дрездену с оружием, хотя и по маршруту. Посты располагались в городе. Часовых ставили около особняков высшего командного состава. Я, конечно же, согласился.
Развод караула проходил необычно. Начальник караула провел инструктаж перед строем, с какими неожиданностями мы можем столкнуться при передвижении по улице. Он достал из кармана карандаши, похожие на сигареты, чиркнул спичкой и бросил нам под ноги. Раздался оглушительный хлопок.
– Вот, это петарды такие, чтобы знали, и не боялись, если вам кинут под ноги!
Для закрепления материала под ноги нам был брошен "контрольный взрывкарандаш. Наш Новый Год начался в караульном помещении. За десять минут до Нового Года, начальник караула провел инструктаж, мы зарядили оружие, примкнули штыки, и, тут началось представление.
Немцы праздновали наступление Нового Года запуском петард. Все небо в городе блестело от разрывов салюта. После мы отправились на охрану и оборону вверенных нам объектов. Я вел смену караула по городу.
Мы шли быстрым шагом, Из окон слышалась музыка, смех. И вот из раскрытого окна высунулась мужская голова и закричала: "Ребята, с Новым Годом". Мы шли молча. И голова закричала нам вслед: "Давайте поговорим, что мы, не русские люди, что ли?!"
Мы были русские, но нам нельзя было говорить. Мы соблюдали букву Устава. Впереди группа подростков что-то "мутила" на дороге. Мы остановились. Подростки, гогоча разбежалась, и с того места, где они были, раздались взрывчики от хлопушек.
Я вспомнил, как на гражданке мы брали использованные патроны от "мелкашки", насыпали в них серу от спичек, закручивали пассатижами, прикручивали нитками к двум бенгальским огням, и делали фейерверк. Посты были выставлены…
Мы шли обратно в караульное помещение. На обочине дороги стояли девушки, и поджигали что-то в руках. И, тут они бросили нам под ноги вот такую хлопушку. Мы остановились. Хлопушка грохнула, девушки засмеялись…
Я скинул автомат с плеча, улыбнулся, и со словами, что теперь моя очередь, щелкнул прицельной планкой. То ли наша улыбка из-под касок показалась нерадостной, а может еще что-то, но девушки убежали.
По дороге обратно нам еще один раз кидали под ноги хлопушки. Мамаша и небольшая девочка, видно решили так поздравить нас с Новым Годом!
– С Новым Годом! - и в нашу сторону из окна они бросили хлопушки.
Потом еще, и еще. Мы стояли и смотрели на них. Девочка смеялась. Нарушив Устав, я крикнул: "Кидайте еще!". Мамаша ответила, что у них нет больше хлопушек.
Смена караула двинулись дальше. Я шел и улыбался. Уже не помню почему, наверное думал, что сейчас приведу смену, и можно будет немного отдохнуть. И вот теперь, когда писал эти строки, я подумал, а может, я уже тогда знал, что наступят времена, когда дети будут бояться взрывов, и они не будут улыбаться при виде солдат с оружием.
И пройдут те хорошие времена, когда ребенок будет смеяться оттого, что он кинул под ноги солдатам хлопушку, и это не вызвало приступа ярости в ответ. Как хорошо было быть беззаботным ребенком и ничего не бояться. Как хорошо было быть Советским Солдатом…"
3. ANATOLIY ZHELUDKOV добавил невесёлого: "Наша часть располагалась на окраине Гродно. В канун католического рождества 1984 года заступил в караул. Среди ночи звонок от часового в парке: по мне стреляли!
Начкар поднял меня и мы с разводящим и ещё с одним часовым втроём побежали на пост. Часовой рассказал, что из- за забора был выстрел в его сторону… скорее всего из охотничьего ружья.
Забор был бетонный высотой около двух метров, перелезть его не составляло труда. Следующим на этот пост заступать мне. Все два часа ходил, прячась за технику с заряженным автоматом, избегая освещенных мест и стараясь не поворачиваться к забору спиной..."
Подписаться или просто поставить лайк – дело добровольное и благородное…
