ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Петру I приписывают фразу: «Торговля
золотом — дело исконно воровское, потому жалованье положить им мизерное
да вешать по одному в год, дабы другим неповадно было».
Перефразируя римскую поговорку насчет закона — «Суров Петр, но это —
Петр»… — отметим, что основания для такой оценки злато-торговцев у
самодержца были, а вот самого злата «домашняго» — не было. Почти не
было...
Крупицы, чтоб порадоваться, отчеканив медаль в честь Ништадского мира в 1721 г. со словами на реверсе: «В.И.Б.Щ.
Государю Петру I именем и делами великому росискому императору и отцу
по двадесятилетних триумфов север умирившему сия из злата домашняго
медалия усерднейше приносится»1. «В.И.Б.Щ.»
— это: «Великому и благоверному щастливому». А уточнение «из злата
домашняго» было Петру едва ли не дороже самой победы над Швецией, в
честь которой была выбита медаль. Приключения того «злата» были в чем-то
сравнимы с перипетиями Северной Войны. Сначала в нерчинской руде
бронный мастер Козьма Новгородец обнаружил: только олово и свинец. Потом
в Москве из них же неизвестный иностранный мастер получил серебро (это
дало старт строительству в Даурии сереброплавильного завода). А в 1714
году из той же нерчинской руды «пробирный мастер купецкой палатки» Иван
Мокеев выплавил и золото!
Первым повешенным стал губернатор
Первый сибирский губернатор князь Матвей
Гагарин представлял Петру проекты расширения сибирских горных
разработок, предлагал организовать экспедиции в Джунгарию, откуда вроде
привезли золотой песок. Петр I решил отправить отряд полковника
Бухгольца, общее руководство — губернатора Гагарина. В июле 1715 г.
отряд выступил из Тобольска по Иртышу на 32 дощаниках и 27 лодках. Из 3
000 человек, включая «работных» людей, вернулось ни с чем около
700. Провал похода Гагарин сумел скомпенсировать добычей «бугрового» (из
скифских курганов) золота. Его распоряжения требовали везти в Тобольск
древние золотые, серебряные предметы, «находимые в земле древних
поклаж», сдавать их в казну, получая за это деньги (расценки не
уточнялись»). Требовал Гагарин сыскать «тобольские де татара Сейдяш да
Семен», возивших на продажу таковые вещи. Найдя, — допросить, где нашли,
кому продавали.
Если рассматривать скифские погребальные
курганы «бугры» как «клады», то требования Гагарина соответствуют даже
современным законам: «Клады — собственность государства».
По оценке д.и.н. А. Вычугжанина, именно теми экстра-мерами губернатора
Гагарина и была сформирована уникальная сибирская коллекция древних
золотых украшений Петра I, ныне — гордость Государственного Эрмитажа.
Какое именно «воровство» углядел Петр в деяниях князя Гагарина,
неизвестно, но повешен он был, так сказать, «с отягощением» — труп
запретили снимать несколько месяцев… Ныне Гагарин — герой многих
исторических фильмов, приписывают ему даже сибирский сепаратизм…
странная выдумка.
Страдания перво-старателей
Ерофей Марков, крестьянин Московского
уезда переселился в числе других пришлых из России раскольников в село
Шарташ Екатеринбургского уезда:
«В мае 1745 года,
отыскивая горный хрусталь, случайно напал на обломки рудного кварца с
вкрапленными в него блестящими желтоватыми зернышками, которые по сплаву
оказались золотом. О своем открытии Марков сообщил горной канцелярии.
Последняя отправила на место находки несколько экспедиций. Поиски
оказались бесплодными: разведки производились углублением шурфов, тогда
как золото находится на поверхности. Безрезультатность разведок
заставила канцелярию усомниться в верности указаний Маркова, которому
под угрозами внушено было в течение двух недель указать с точностью то
место, откуда им были взяты куски кварца»2.
Марков, явившись по истечении означенного
срока в горную канцелярию, под страхом смертной казни уверил, что куски
золотоносного кварца взяты им действительно из указанных уже им мест.
Марков был отдан на поруки с обязательством искать золото и через каждые
две недели являться в канцелярию для донесения о результатах поисков.
Когда обо всем этом донесено было берг-коллегии, последняя приказала
промывать пески и глины из указанных Марковым мест, но умельцев не
нашлось. Только в 1747 году пробирный мастер получил следы золота. Шурф
углубили, встретили золотосодержащую жилу и начали разрабатывать. Марков
был освобожден. На этом «Путеводитель» 1899 года заканчивает
повествование. Но в вышедшем примерно к 200-летию перво-находки сборнике
«Золото» (ОГИЗ. Свердлгиз. 1946) — в статье В. Яркова «Пионер Уральской золотопромышленности» — приключения Маркова раскрыты полнее:
«Об этих событиях Канцелярия вскоре донесла Берг-коллегии (тогдашний аналог министерства, — И.Ш.)
в столицу, приложив план разведок и образцы золота, добавив при этом,
что — «Хотя Канцелярия признает, что показанные Марковым каменья едва ли
не из тех мест взяты, из коих показал он, однако же строго с крепким
пристрастием поступить с ним опасно, чтобы другим через то к объявлению
руд не воспрепятствовать».
Берг-коллегия в ответном указе соглашается с неприменением «пристрастия» и — идет дальше, к награждению бедняги: «Чтобы
с вышеупомянутым Марковым поступать без озлобления, дабы через то к
совершенному и полезному прибытку и впредь мог он тщиться и отыскивать, а
о награждении за оной имеет быть впредь не оставлен». Гуманные меры
плюс беспокойство, — чтоб старатели и впредь старались. Перечисляла
Берг-коллегия и методы быстрого распознавания принесенных образцов:
толчение малыми пробами, промывание, «обжигание на капелях, и ртутью». Это
— речь об известном с античности способе получения золота —
Амальгамация. Ртуть, жидкий металл, смачивая другие металлы, образует с
ними прямо при комнатной температуре — сплавы, амальгамы. 10 грамм ртути
способны вобрать в себя 10 грамм золота (платины, серебра…). Еще
Берг-коллегия предлагала опросить иностранных рабочих — о практике
разработки золотых россыпей. Таковых знатоков в Березовске не нашлось. А
Маркову выделили рабочих, предложили искать рудное золото. Он оказался
удачливым «горщиком»: в одном шурфе встретил прожилки железной руды с
видимым в ней местами мелким золотом. Так, наконец, было найдено рудное
золото.
В том же 1747 году в Горной канцелярии
заработал новый асессор Райзер, приглашенный из Германии Ломоносовым.
Райзер послал рудничного работника углубить шурф, где Марков нашел руду.
В одном из образцов добытых руд оказалось 13 золотников золота на 100
пудов руды. С лета 1748 года здесь началась правильная разработка. После
чреды переименований в 1945 году рудник назвали «Марковский». 200-летие
первой находки совпало еще и с Победой в Великой Отечественной войне,
так что герой удостоился еще и поэмы «Ерофей Марков», опубликована в том
же сборнике «Золото. ОГИЗ. Свердлгиз. 1946. С. 35.). Автор, К. Мурзиди в
финале прекрасно отражает настроения 1945-го года:
Двести лет, двести зим прошло,
Сколько вдаль воды утекло,
Сколько стаяло с гор снегов,
Сколько бито с тех пор врагов!
Ерофей? Не могу забыть...
Ну-ка, выйди из темноты.
Немца-штейгера, может быть,
В этом немце узнаешь ты?
Да не бойся, не побежит,
Он с рассвета в снегу лежит.
Ну, иди сюда поскорей,
Нет ни стражи, ни писарей,
Нет асессора, что сидел
В канцелярии горных дел.
Подойди, не стой в уголке,
Ну-ка, что у тебя в руке?
Покажика-ка ещё разок
Эти зернышки, погляжу.
Видишь, в камне какой глазок?
Знаешь, что я тебе скажу?
— Это золото! Вот так весть!
В землях русских и это есть!
Будет счастье в твоем дому.
Дай поздравлю и обниму.
Честь и слава тебе навек,
Ты — удачливый человек!
Все хорошее — впереди...
Подойди сюда, погляди.
На земле твоей на святой
Век мы начали золотой!
Это ли не Торжество Справедливости? Честь и
хвала Ерофею Маркову, едва оправданному Берг-коллегией и прославленному
двести лет спустя. Но были и настоящие покушения на золото Урала.
Тихое воровство — сиречь «коррупция»
В Главе 4 — «Встречь солнцу и золоту» —
говорилось о том, как россыпное золото стараниями Льва Брусницына
потеснило добычу жильного. «Путеводитель по Уралу» издателя В.Г. Чекана
свидетельствует и о других сложностях, в рудниках:
Известные Березовские жилы
проработаны на глубину 13 саж. и только в немногих местах помощию
штреков, из которых поднимали воду в вассер-штольни, можно было
проработать жилы ещё на 5 саж. глубже. Главным препятствием при работах
на жильных рудниках служила вода, приток которой был настолько силен,
что ещё в прошлом столетии должны были провести вассер-штольни, из коих
первая (цветная) проведена в 1757 г., а ключевская в 1799 г., осушившие
многие богатые жилы.
Вот эта-та «вода» в связи с некоторыми другими соображениями и послужили
к тому, что казна решила отступиться от Березовского рудного
месторождения и передать его в частные руки. Управитель промыслов Майер
первый высказался за негодность продолжения работ средствами казны,
опираясь главным образом на твердость жил и заметное обеднение их.
Это было в конце 60-х годов нынешнего столетия, а к началу 1870-го года
податною комиссиею выработаны уже общие правила о продаже некоторых
казенных заводов, рудников и золотых промыслов, в числе коих мы
встречаем и Березовский золотой рудник в соседстве с россыпными
месторождениями того же названия.
Государственный Совет в департаменте государственной экономии и в общем
собрании, рассмотрев представление министра финансов о передаче
некоторых казенных заводов и золотых промыслов в частные руки, мнением
положил: «Проект правил о продаже представить на Высочайшее Его
Императорского Величества благоусмотрение, поручив в то же время
министру финансов приступить к разделению уральских золотых промыслов на
участки, достаточные для самостоятельной их разработки частными лицами,
с целью отдачи сих участков с торгов». (...)
В итоге победителем торгов стал полковник
Вениамин Иванович Асташев. Его предложение — «три с половиною процента с
пуда добытого золота, сверх пятнадцати процентов подати, определенной
уставом о частной золотопромышленности» — устроителям торгов показалось
самым выгодным. Государство поставило Асташеву ряд условий, среди
которых было и такое: «Приобретение или обмен усадеб местных жителей и
их угодий, которые могут понадобиться для горных работ, допускается не
иначе, как с согласия этих жителей за вознаграждение по добровольному
соглашению».
«Вся королевская рать»
Полковник Асташев в свои компаньоны
пригласил генерал-адъютанта графа Павла Андреевича Шувалова — 105 паев;
санкт-петербургского 1-й гильдии купца барона Горация Евзелевича
Гинцбурга (позже — хозяина Ленских приисков на момент знаменитого
«Ленского расстрела», — И.Ш.) — 100 паев;
действительного статского советника Андрея Федоровича Переяславцева — 50
паев; губернского секретаря Александра Карловича Фохта — 10 п. Всего
паев 400, у Асташева — 135.
С течением времени присоединились Свиты Его Величества генерал майор
Петр Павлович Дурново, генерал-лейтенант Константин Иванович Гершельман,
тайный советник Евгений Иванович Ламанский, купец Исаак Давидович
Красносельский и действительный статский советник Павел Никитич
Николаев.
И Российская Империя уступила
Асташеву с такой знаковой компанией — «разное казенное имущество на
сумму 48 833 р. 68 к.»… Дела по добыче золота у новых владельцев пошли
весьма успешно, и в 1885 г. казна увеличила размер процентной платы до 8
½, а норму обязательной ежегодной добычи определила в 5 пудов
лигатурного золота, а с двух россыпных участков — до 15 пудов. Всего же
золота в год добывалось от 45 до 50 пудов, из которого немного менее
половины рудного, а остальное — россыпное. Добычей занимались около 2
500 человек, из которых ¾ взрослые, остальные подростки и женщины.
(...)
Автор «Путеводителя по Уралу», делает грустный но обоснованный вывод:
«В заключение мы не можем
не сказать, что передача такого баснословного месторождения золота,
каким следует признать Березовское, составляет темную страницу в истории
горной администрации на Урале: казна признала невыгодным для себя
работать, а ловкие партикулярные люди и по сейчас копают себе да копают
золото, пухнут от богатства и, по спопутности, крепко обижают тех самых
жителей, с которыми предлагалось контрактом входить в добровольное
соглашение об уступке усадеб».
В России 19 века составился целый новый жанр бытописаний: жизнь, работа, неимоверные страдания горнозаводских рабочих. Книги
Василия Немировича-Данченко, Дмитрия Мамина-Сибиряка становились
литературными сенсациями. Но и простые отчеты различных проверяющих
Комиссий, свидетельства, принесенные с приисков и рудников поражали
общественное сознание, уязвляли национальное достоинство россиян. Всей
громады сказанного не охватить, но, предположу, в какой-нибудь книге,
брошюре, статье было написано… что-нибудь вроде… «Эхо Ленского расстрела 1912 года отозвалось залпом Авторы 1917-го!» Тактика
директора-распорядителя компании, управлявшей Ленскими приисками,
рудниками, барона Альфреда Горациевича Гинцбурга; обман рабочих с
помощью Министерства внутренних дел:
- Нанять рабочих больше, чем существует рабочих мест.
- Наличие избыточной массы людей позволяет: «понизить плату», «предъявлять к рабочим более строгие требования».
- Несогласным вернуться с берегов Витима и Лены будет трудно, настолько трудно, что можно и… см. пункт 2.
Содействие Министерства внутренних дел в
повышенном найме — полное. От вербовки по стране до «сопровождения
нанятых на прииски». И как оказалось, в… разрешении возникающих трудовых
споров (команда: «Пли!»). В итоге женский труд, равно как и труд
подростков (рабочие приезжали с семьями), «в ряде доказанных случаев не
оплачивался вообще». Важной приманкой, «бонусом» — было разрешение
рабочим после смены самостоятельно искать золотые самородки. Эта работа,
понятно, не оплачивались, приравнивалась к «лотерее», но все найденное
надо было сдавать в лавку администрации: 84 копейки за грамм. Но —
богатство сибирской земли, азарт, неутомимость рабочих порой
обеспечивали до тысячи рублей в год. И этот гарантированный «бонус» в
1912 году был отменен, по сути: одностороннее изменение условий, на
которых рабочие ехали на другой конец страны.
Шахты и лестницы плохо освещались,
управляющие экономили на свечах. В целом к знаменитым, упоминавшимся во
вступительной Главе Куплетам Мефистофеля («Люди гибнут за металл»!) из
оперы Гуно «Фауст», история ленских приисков могла добавить еще
один. При покровительстве местных властей администрация монополизировала
торговлю и транспорт. Рабочие отоваривались только по талонам в лавках
«Лензото», это был еще один «кластер» злоупотреблений: завышенные цены,
низкое качество продуктов, вынужденные покупки из-за высокого номинала
талонов, которые нельзя было разменивать… Хотя законы Российской Империи
запрещали такую торговлю…
«Коррупция — как она есть»
Решающим поводом стала выдача рабочим
протухшего мяса — в этом просто поразительная схожесть с историей
восстания на броненосце «Потемкин». Забастовка 29 февраля 1912 года
(високосный!). Приказ директора Департамената полиции Белецкого:
«Непременно ликвидировать стачечный комитет». Далее — шествие рабочих и…
команда «Пли!»
Ранее я упоминал споры о появлении самого известного в мировой истории псевдонима, партийной клички
— Ленин. Да, опровергали связь фактом использования псевдонима «Н.
Ленин» еще в 1901 году. Моя примиряющая версия: из десятков своих
псевдонимов В.И. Ульянов окончательно остановился на упомянутом —
благодаря огромному общественному резонансу «Дела о Ленском расстреле»).
Примечания:
1 Максимов М.М. Русскому золоту 250 лет. М., 1971. С. 15.
2 Путеводитель по Уралу. Издание первое. Издатель В.Г. Чекан. Екатеринбург. 1899. С. 103-104.