Неспешно влачит Улита-вечность вагончик жизни по ухабам времени. Так неспешно, что порой сомневаешься, не встал ли тот окончательно. Особенно когда ты мальчик чуть выше косяка, а до Деда Мороза две бесконечно томительные недели бесконечного ожидания со вкусом кислым, как лимон. На фоне давно уже купленного мамой и томящегося в холодильнике маленького оранжевого счастья.
Помните запах? Запах солнечных, стреляющих брызгами бугристых шариков с чёрным ромбиком на бочке. Ни за что не поверю, что забыли, наверняка притаился где-то глубоко в пыльных складках памяти.
Где тот маленький, вдыхающий запахи маленький мальчик? Давно скрылся где-то за поворотами коридора времени. Мимоходом бросив взгляд в зеркало, порой вздрагиваю и ловлю себя на вопросе: «Ты кто? Зачем отражаешься? Куда ты, бородатый дядька, подевал меня настоящего?». Тот смотрит в ответ, подмигивает и грустно усмехается: «Смотри-смотри... Гляди, до чего докатился, друг мой».
Докатился... Конечно же, он прав. Даже в страшном сне тогдашнему мне не могло присниться, что эта жуть прорастёт в светлой детской душе. Что вырастет во мне страшный зануда, ворчащий на сквозняки и проверяющий, насколько ровно стоит на столе бутылка шампанского вина и как длинна её проволочка.
Наверняка все смотрели "Иронию судьбы"? Скажите, кто там положительный герой? Вломившийся в чужую квартиру и сердце, и бренчащий там гитарой легкомысленный Женя Лукашин? Или надёжный как швейцарский нож Ипполит Георгиевич?
В двадцать не раздумывая ткнул бы пальцем в Евгения. Герой — он же лёгкое облако, что поёт «На сопках Маньчжурии», романтично натягивает на ноги любимых женщин сапоги и таскает в кармане шоколадку на случай, если кто заплачет.
Но жизнь — это же про стабильность, верно? Это её настоящие духи «Шанель №5». Это бритва с плавающими ножами, а в шкафу жизни — аккуратно подписанные ящики «духи», «запасные носки» и «документы». И билет на поезд, что всегда приходит вовремя. Жизнь — это каждый будний день, ложащийся в клеточку ежедневника аккуратным квадратиком.
Сегодня я стал тем самым квадратиком. Зануда из зануд, почище строительного уровня. Не верите, спросите Главного Архитектора, она не соврёт.
Зануды страшны. Готовы часами спорить, что косяк 2 мм — это трагедия. Мы считаем — мир держится на семи точных измерениях и одном последнем вздохе «ну всё, теперь точно».
Мы, зануды, тем и бесим, что всё до миллиметра. Семь раз отмерь, восемь — проверь, девять — сфотографируй и занеси в журнал. И только потом отрежь. Предварительно проверив. Потому отрежь на миллиметр криво, и завтра весь дом потрескается. Зато можно взять уровень и бросить на пол где угодно. Уверяю, пузырик встанет ровно в центр, идеальным горизонтом.
Ну, почти идеальным. Одна стена всё-же ушла на пару градусов, но мы договорились молчать об этом, как о тайне государственной.
Сосед слева подмигивает: «Западная стена длиннее восточной на двенадцать сантиметров — ничего, крышу соединил заплаткой, снег всё равно ровно лежит». Сосед справа хвастается: «Один угол фундамента выше другого на кирпич — и ничего, живу, нигде не скрипит».
Слушаю, киваю и ужасаюсь: «А если завтра кирпич станет метром, а сантиметры разверзнутся пропастью?»
Да, я — Ипполит. С уровнем в руке и рулеткой в кармане. Когда диагонали дома сходятся с точностью до семи миллиметров, я чувствую себя счастливее, чем если бы получил в подарок тысячу гитар и весь улей мохнатых шмелей с душистых хмелей.
Потому как в этот момент я точно знаю: где-то внутри меня всё-таки живёт тот мальчик, который верит в Деда Мороза и в то, что если всё сделать правильно — чудо обязательно случится.
Так что — по ниточке. Иначе — никак.
ПОДПИШИСЬ