Исторический материализм требует оценивать политические течения не по их декларациям, а по их объективной роли в классовой борьбе, по их соответствию реальным условиям и потребностям прогрессивного развития. С этой точки зрения, порождение троцкизма во внутрипартийной борьбе 20-30-х годов прошлого века было не просто стечением обстоятельств, а закономерным для первого в мире государства рабочих и крестьян исходом. Марксизм в лице сталинской группы сокрушил антимарксизм в лице Троцкого и его приспешников.
В основе методологического краха троцкизма лежит фундаментальный отход от диалектического материализма в сторону идеализма и волюнтаризма. В то время как марксизм учит исходить из холодного анализа конкретной расстановки классовых сил, экономических возможностей и международной обстановки, троцкизм подменял этот анализ субъективным желанием, романтической верой в немедленную мировую революцию вопреки всему. Логика «штурма неба» любой ценой, презрение к «мещанскому» этапу построения экономического фундамента социализма в отдельно взятой стране — всё это было не чем иным, как политическим авантюризмом, игнорирующим грубую материальную действительность. СССР образца 1920-х был нищей, разоренной аграрной страной, стоявшей перед лицом враждебного империалистического окружения; предложение Троцкого непрерывно экспортировать революцию было равносильно призыву прыгнуть в пропасть, надеясь на чудо.
Практическим проявлением этого идеализма стала деструктивная внутрипартийная практика троцкистов. Потерпев поражение в открытой дискуссии, они не подчинились воле большинства, что является азбучным требованием партийной демократии, а перешли к подпольной фракционной работе, расколу и клевете. В условиях, когда молодая Советская республика нуждалась в железном единстве для решения титанических задач выживания и развития, действия троцкистов объективно работали на ослабление диктатуры пролетариата. Их риторика о «бюрократическом перерождении» маскировала нежелание заниматься черновой работой по государственному и хозяйственному строительству, которую они с презрением отвергали как «мелкобуржуазную».
Этот идеалистический уклон напрямую вытекал из индивидуалистического, мелкобуржуазного мировоззрения самого Троцкого, для которого его собственное «я» и его схема мировой перманентной революции были первичнее реальных потребностей трудящихся СССР. Не сумев доказать свою правоту в открытой партийной дискуссии, троцкизм скатился к фракционности, заговорам и расколу, что в условиях нарастающей внешней угрозы было актом политического предательства. Здоровые силы в партии, олицетворяемые Сталиным, понимали: чтобы выжить, нужно не бросаться в авантюры, а с железной решимостью строить тяжёлую промышленность, коллективизировать сельское хозяйство и создавать обороноспособную армию — ковать броню для будущей неизбежной схватки.
Именно созданный в годы индустриализации экономический и военный потенциал позволил Советскому Союзу выстоять в Великой Отечественной войне и разгромить фашизм, что стало величайшей победой всего прогрессивного человечества. Победа 1945 года была невозможна без победы над троцкистским авантюризмом внутри партии двумя десятилетиями ранее. Исторический материализм показывает прямую причинно-следственную связь между этими событиями: трезвый научный подход к построению социализма в отдельной стране создал материальную базу для спасения мировой цивилизации от коричневой чумы.
И напротив, когда после Сталина в руководстве страны возобладали элементы троцкистского метода — волюнтаризм Хрущёва с его кукурузной эпопеей и разгромом Госплана, — это положило начало системному кризису, приведшему в конечном итоге к развалу страны. Волюнтаристский подход к планированию, пренебрежение объективными экономическими законами и балансом народного хозяйства, субъективизм в политике — всё это роковым образом напоминало ошибки, против которых боролись большевики-сталинцы в 20-е годы.
Современное левое движение вновь столкнулось с этой старой болезнью. Политический идеализм, культ ярких лидеров, склока вместо конструктивной работы и тяга к перманентному протесту без стратегической цели — всё это симптомы неотроцкистского духа, который разъединяет и парализует силы прогресса. Борьба с этим наследием не есть внутрисектантский спор; это необходимое условие для создания единой и дееспособной политической силы, способной к конкретному анализу конкретной ситуации и выработке верной стратегии. Прогресс требует не романтических жестов, а стальной воли, дисциплины и научного подхода. Только так можно подготовить почву для будущих побед.
Подписывайтесь на наш журнал, ставьте лайки, комментируйте, читайте другие наши материалы. А также можете связаться с нашей редакцией через Телеграм-бот - https://t.me/foton_editorial_bot
Также рекомендуем переходить на наш сайт, где более подробно изложены наши теоретические воззрения - https://tukaton.ru
Для желающих поддержать нашу регулярную работу:
Сбербанк: 2202 2068 9573 4429