— Ты разведёнка с прицепом, будь благодарна! — выкрикнул Владимир, стукнув кулаком по столу так, что подпрыгнули чашки. А я стояла на кухне с мокрыми от слёз глазами и не могла поверить, что связала свою жизнь с этим человеком.
— Володя, при чём тут развод? — спросила я тихо, боясь разбудить сына. Максимке было всего пять лет, и я старалась не выяснять отношения при нём.
— При том, что нормальных мужиков на таких, как ты, не хватает. А я взял тебя с ребёнком, обеспечиваю, квартиру снимаю. Так что молчи и слушайся.
Вот оно как. Значит, я должна быть благодарна за то, что он "взял" меня. Как вещь с витрины. Как товар с браком, который продают со скидкой.
— Володя, но я же работаю. Половину расходов оплачиваю сама.
— Половину? — он усмехнулся. — Ты продавцом в магазине работаешь. Сколько получаешь? Двадцать тысяч? А я тридцать пять плачу только за квартиру.
— Но я же покупки делаю, за Максимом слежу, дом веду...
— Это твои обязанности. Ты же женщина.
Мои обязанности. Работать, воспитывать ребёнка, вести дом — и всё это мои обязанности. А его обязанность — напоминать мне, какая я никчёмная.
— А твои обязанности какие?
— Деньги зарабатывать и принимать решения в семье.
— А моё мнение?
— Твоё мнение учитывается, когда оно совпадает с моим.
Я села за стол, пытаясь успокоиться. Скандал начался из-за того, что я предложила поехать на выходных к моим родителям. Максим давно не видел бабушку и дедушку, а они по внуку скучали.
— Володя, но почему нельзя съездить к родителям?
— Потому что у меня другие планы. Собирался с друзьями на рыбалку.
— Так поезжай. А мы с Максимом к родителям.
— Ничего ты не поедешь. Будешь дома сидеть, как положено.
— Как положено?
— Да. Жена должна быть рядом с мужем.
— Даже если муж на рыбалке?
— Даже если. Вдруг мне что-то понадобится.
— Что может понадобиться на рыбалке?
— Не твоё дело. Главное — будь на связи и готова примчаться.
Я смотрела на этого человека и вспоминала, каким он был в начале наших отношений. Внимательным, заботливым, понимающим. Говорил, что разведённые женщины более серьёзно относятся к отношениям, что ценит мою зрелость.
А сейчас эта же зрелость превратилась в "прицеп", за который я должна быть благодарна.
— Володя, а если я не соглашусь?
— Не соглашусь с чем?
— Сидеть дома, когда хочу к родителям.
— Тогда можешь собирать вещи.
— То есть ты меня выгоняешь?
— Я ставлю условия. Либо живёшь по моим правилам, либо ищешь себе другого дурака.
Другого дурака. Вот как он видит мужчин, которые связываются с разведёнными женщинами. Дураками.
— А если я найду этого другого дурака?
— Не найдёшь. Кому ты нужна с ребёнком? Молодых красивых полно, а ты уже не первой свежести.
Не первой свежести. Мне двадцать восемь лет, но для него я уже несвежая. Потому что была замужем, потому что есть ребёнок.
— Володя, а что, по-твоему, должна делать разведённая женщина?
— Радоваться, что кто-то согласился её взять. И не выпендриваться.
— А права какие-то есть?
— Есть. Право готовить, убирать и молчать.
— А право на мнение?
— Мнение у меня одного. Ты исполняешь.
— А если мне что-то не нравится?
— Терпи. Или уходи.
Максим проснулся и заплакал. Наверное, услышал наши голоса. Я пошла к нему, взяла на руки, успокоила.
— Мама, а дядя Володя злится? — спросил сын.
— Немножко. Всё хорошо, зайчик.
— А он не будет нас выгонять?
Сердце сжалось. Максим уже понимал, что мы живём здесь не просто так. Что дядя Володя может нас выгнать, если захочет.
— Не будет, солнышко. Спи.
Уложила сына, вернулась на кухню. Владимир смотрел телевизор, делая вид, что наш разговор его больше не интересует.
— Володя, можно ещё поговорить?
— О чём?
— О наших отношениях.
— Что о них говорить? Всё ясно.
— Мне не ясно.
— Тогда объясню. Ты живёшь в моей квартире, которую я снимаю. Ешь продукты, которые я покупаю. Пользуешься благами, которые я обеспечиваю. Взамен выполняешь мои требования.
— А любовь?
— Что любовь?
— Мы же любим друг друга?
— Любовь — это когда удобно. А неудобную любовь нафиг не нужна.
— И тебе удобно со мной?
— Пока да. Готовишь неплохо, постель согреваешь, за ребёнком следишь. Устраивает.
Устраивает. Я устраиваю его как домработница, повариха и нянька в одном лице. А ещё как утешение для мужского самолюбия — раз взял разведёнку, значит, добрый и понимающий.
— А если перестанет устраивать?
— Тогда поищу другую.
— Другую разведёнку?
— Не обязательно. Может, и незамужнюю найду.
— А почему сразу не искал незамужнюю?
— Потому что незамужние капризные. Много о себе мнят. А разведёнки понимают, что выбирать особо не приходится.
Понимают, что выбирать не приходится. Вот в чём дело. Он изначально рассчитывал на мою покорность и благодарность.
— Володя, а если я не буду благодарной?
— Тогда зачем ты мне нужна? Есть благодарные, найдутся и другие.
— А Максим?
— Что Максим?
— Ты же к нему привязался.
— Привязался. Хороший мальчик. Но не настолько, чтобы из-за него терпеть строптивую мать.
Строптивая мать. Это я, которая осмелилась высказать своё мнение.
— Понятно. А что ты считаешь строптивостью?
— Споры, возражения, попытки настоять на своём.
— А нормальную женщину?
— Согласную, послушную, благодарную.
— А если у неё есть потребности?
— Какие потребности?
— Ну, общение с родными, друзьями. Своё мнение по разным вопросам.
— Общение — когда я разрешу. Мнение — когда попрошу.
— А если я хочу работать?
— Работай. Но работа не должна мешать твоим обязанностям дома.
— А если работа требует задерживаться?
— Значит, меняй работу.
— А если хочу учиться?
— Зачем тебе учиться? Ты же мать.
— А мать не имеет права на развитие?
— Мать должна заниматься ребёнком, а не развиваться.
— А если ребёнок вырастет?
— Тогда внуками займёшься.
— А если внуков не будет?
— Будут. Я прослежу.
Он проследит. То есть даже будущее моего сына он планирует контролировать.
— Володя, а если Максим захочет жить со своим отцом?
— Не захочет. Отец его алкоголик.
— А если всё-таки захочет?
— Не дам. Ребёнок должен расти в полной семье.
— А наша семья полная?
— Конечно. Есть мужчина, женщина, ребёнок.
— А любовь есть?
— Есть, пока все довольны своим местом.
— А если кто-то недоволен?
— Тогда пусть ищет другое место.
Я встала, прошла к окну. На улице была поздняя осень, моросил дождь. Грустная погода для грустных мыслей.
— Володя, а ты считаешь, что поступаешь справедливо?
— Справедливо? А что несправедливого? Я обеспечиваю семью, беру на себя ответственность. За это имею право принимать решения.
— А женщина что получает?
— Крышу над головой, еду, защиту.
— А права?
— Права те, которые мужчина даёт.
— А если не даёт?
— Значит, не заслужила.
— А как заслужить?
— Слушаться, быть благодарной, не спорить.
— А если хочется высказать своё мнение?
— Высказывай. Но не настаивай.
— А если мнение кардинально не совпадает с твоим?
— Тогда забудь его.
Забыть своё мнение. Отказаться от себя ради спокойствия в семье.
— Володя, а ты понимаешь, что просишь меня стать не женой, а прислугой?
— В чём разница?
— Жена — это партнёр. А прислуга — исполнитель.
— Мне нужен исполнитель. Партнёры мне на работе попадаются.
— А дома хочешь царя?
— Хочу главу семьи.
— А в чём разница между главой семьи и тираном?
— Глава семьи заботится о благе семьи. А тиран — о своём благе.
— А о чьём благе заботишься ты?
— О благе семьи.
— А моё благо учитываешь?
— Твоё благо — это стабильность и порядок.
— А если я хочу чего-то другого?
— Тогда ты хочешь неправильных вещей.
Неправильных вещей. Оказывается, мои желания могут быть правильными или неправильными. И решает это он.
— Володя, а кто определяет, что правильно, а что нет?
— Я определяю. Как глава семьи.
— А если ты ошибаешься?
— Не ошибаюсь. У меня больше опыта.
— Опыта в чём?
— В жизни, в принятии решений.
— А у меня опыта нет?
— Есть. Неудачный. Поэтому лучше доверься мне.
Неудачный опыт. Он имеет в виду мой первый брак, который действительно не сложился. Но это не значит, что я ничего не понимаю в жизни.
— Володя, а если я не хочу доверяться?
— Тогда иди к тому, кому доверяешь.
— А если такого нет?
— Значит, оставайся и учись доверять.
— А если не получается?
— Получится. Время лечит.
Время лечит. Интересная философия. Со временем я привыкну быть бесправной и буду этому рада.
— А если не привыкну?
— Привыкнешь. Альтернативы-то нет.
— Почему нет?
— Потому что разведёнок с детьми никто не ждёт. Максимум — на любовницу согласятся.
— А на жену не согласятся?
— Единицы. И то из жалости.
Из жалости. Значит, кроме него, меня могут взять только из жалости. А он взял из великодушия.
— Володя, а ты из чего меня взял?
— Из симпатии. И из понимания, что ты не будешь выпендриваться.
— А если начну выпендриваться?
— Тогда симпатия пройдёт.
— И что тогда?
— Тогда расстанемся.
— А Максим?
— Максим останется с тобой. Это твоя ответственность.
Моя ответственность. Всё плохое — моя ответственность. А всё хорошее — его заслуга.
Я посмотрела на часы. Было уже поздно, завтра рано вставать на работу.
— Володя, я подумаю над твоими словами.
— Долго думать не стоит. Либо принимаешь правила игры, либо играешь в другом месте.
— А правила менять нельзя?
— Нельзя. Они выработаны веками.
— Какими веками?
— Теми, когда женщины знали своё место.
— А сейчас не знают?
— Сейчас много знают, а толку мало.
Много знают. Это про современных женщин, которые осмеливаются иметь своё мнение.
— А ты предпочитаешь незнающих?
— Предпочитаю понимающих.
— Понимающих что?
— Что мужчина — голова, а женщина — шея.
— А шея что делает?
— Поворачивает голову туда, куда нужно. Но незаметно.
— А если не поворачивает?
— Тогда голова заболит.
— И что тогда?
— Тогда голова ищет другую шею.
Всё ясно. Я должна быть шеей, которая незаметно поворачивает его голову в нужную сторону. А если буду поворачивать заметно, то стану ненужной.
— Хорошо, Володя. Я поняла.
— И что поняла?
— Что должна быть благодарной разведёнкой с прицепом.
— Именно. И тогда мы поладим.
Легла спать с тяжёлым сердцем. Лежала и думала — а что, если он прав? Что, если разведённые женщины действительно должны быть благодарны за любое внимание?
Но утром, глядя на спящего Максима, поняла — нет, не должны. Никто не должен быть благодарен за унижение. Даже разведёнка с прицепом.
И тогда я приняла решение. Лучше быть одной с ребёнком, чем покорной рабыней у человека, который считает это нормальным.
Потому что любовь — это когда тебя принимают такой, какая ты есть. А не пытаются сломать под свои представления о правильной женщине.
И если для кого-то я разведёнка с прицепом, то этот кто-то мне не подходит. Потому что для правильного человека я просто женщина. Которая имеет право на уважение и равенство.