Лариса Васильевна открыла глаза. Старческой рукой убрала со лба прилипшие от пота волосы и, приподняв голову, перевернула мокрую подушку.
- О, Господи…, - прошептала она и, опустив голову на сухую сторону подушку, прислушалась.
В квартире было тихо. Только тикали часы на стене. Тамара и Сашка давно ушли, он в школу, а она на работу в детский сад.
Глава 51
- Господи…, помоги…, подскажи, как его спасти? – прошептала она, и крупная слеза потекла по её морщинистой щеке. – Он же у меня один. Не забирай его у меня…, - умоляла она Господа уже громко.
Она полежала в постели ещё несколько минут, вспоминая свой кошмарный сон, потом, откинув одеяло, встала с кровати. И опустившись на колени, прямо в ночной сорочке, с растрёпанными волосами на голове, принялась молиться с абсолютной верой, что Господь обязательно подскажет выход ей…
**** ****
Трофим в сенях вытаскивал из ящика удлинители и провода. Дружок крутился рядом. Аркадий Борисович с охапкой дров вошёл в сени.
- Трофим, ты что-то потерял? – спросил он, осторожно ступая, чтобы не наступить на провода, двигаясь к двери.
- Нет. Не потерял. Аккумулятор сел, зараза, - ответил Трофим, не отвлекаясь от своего занятия.
- А на черта тебе столько удлинителей, одного хватит.
- Не хватит. Гелик стоит не в сарае, - ответил Трофим.
- Гелик? – не поверил своим ушам Аркадий Борисович.
- На Гелике поедем, - усмехнулся Трофим. - Спасём твой бизнес от этой чёртовой бабы.
У Аркадия Борисовича кровь прилила к голове, в глазах потемнело, он прислонился к стене, прижимая к себе охапку дров, как защиту.
- Мих, ты чего? Вместе поедем. Я за рулём…, ты рядом. Пассажиру не нужны документы. А мои у меня есть…, и на Гелик тоже, - добавил он чуть помолчав.
Аркадий Борисович молчал. Трофим подошёл к нему вплотную.
- Мне моя бабка знаешь, что говорила? Говорила, помог, помогай и дальше, чтоб твой труд не пропал. Я тебе просто помогаю. Успокойся. Мне от тебя ничего не надо. У меня всё есть, сам видишь…
«Кроме свободы действий», - подумал Хайман.
**** ****
Почти новый Гелендваген стоял не в гараже и даже не в сарае. Он стоял в конце огорода
Под стогом сена. Трофим время от времени ездил на нём. Но с тех пор, как в его доме появился гость – ни разу. Вот и сел аккумулятор. Удлинителей не хватило, пришлось у соседей позаимствовать. Заодно, Трофим договорился, чтоб соседи в его доме печку топили, пока его не будет в посёлке. Собаку решено было взять с собой.
Трофим, к удивлению Хаймана, не расспрашивал его ни про бизнес, ни про жизнь. Даже не спросил, вспомнил ли он своих обидчиков.
Для Хаймана это казалось странным. Отец его всегда учил, что он должен знать абсолютно всё о своём партнёре, и уж потом решать можно ли доверять ему полностью.
«Ну, да…, с Трофимом у нас отношения другие. Он решал с самого начала…, решал спасать, или не спасать, - думал Хайман. – И сейчас решает он. Но…, но в Москве …, в Москве всё будет иначе. Там я хозяин!»
**** ****
Тамара вернулась домой раньше сына и застала взволнованную свекровь за странным занятием. Она в своей комнате собирала сумку.
- Мама, куда это ты собралась, - спросила она, кивнув на сумку и разложенные на кровати вещи.
- Тома, Том, в Москву надо ехать срочно. Володюшку спасать надо. Не ровён час, потеряем мы его.
- Как это потеряем? – вылупила глаза на свекровь Тамара.
- Бог меня предупредил. Беда близко. Я сон видела, - блестели беспокойством глаза у Ларисы Васильевны.
- Мам, в Москву нельзя, я обещала Юрию Сергеевичу, что не буду мешать следствию.
- Ты обещала, а я нет, - взмахнула рукой Лариса Васильевна. - Так что собирайся и со мной поедешь…, меня сопровождать будешь.
- Мама, а Сашка? А деньги? Нет у нас их на разъезды, - возразила Тамара.
- Деньги у меня есть. На похороны собирала. Хватит нам. Умирать я пока не собираюсь. Сашку возьмём с собой, я так решила.
- А учёба? А моя работа?
- Завтра пятница. К понедельнику, Бог даст, вернёмся. Позвонишь вечером, скажешь, что живот скрутило…, а Сашке за один день пропуска ничего не будет, - говорила Лариса Васильевна.
- Мам, а что приснилось-то? – решила уточнить Тамара.
- Тома, не спрашивай…, и я говорить не буду…, даже думать не буду. Пусть всё уйдет…
Тамара вздохнула, подошла к окну, поправила штору.
- Ну, ладно. Когда выезжаем? – спросила она, подумав, что лучше с ней съездить, чем потом выслушивать её упрёки.
- Вечером. Посмотри сама расписание. Поспим в поезде, а приедем и сразу особняк, - ответила Лариса Васильевна, застёгивая молнию на видавшей виды дорожной сумке.
**** ****
Они ехали втроём в купе. Тамара решила, что так будет лучше. Ехать в общем вагоне, да ещё и спать, для свекрови было бы не слишком удобно, рассудила она, да и билеты в купейный вагон были.
Было ещё светло, когда они садились в поезд. Они ехали уже час. Сашка сидел у окна и смотрел на мелькавшие за окном голые поля припорошенные уже снегом, столбы, деревья… От грохота проносившегося встречного поезда он вздрагивал, отворачивался и смотрел то на мать, то на бабушку.
- Бабуль, может, расскажешь, зачем мы в Москву рванули, а, - спросил он, наконец.
- А чё рассказывать? Приедем, и всё сам увидишь…, - поджав губы, ответила Лариса Васильевна.
- Саш, не приставай, - одёрнула сына мать. – Не видишь что ли, беспокоится она.
- Ну, да, беспокоюсь. А ты бы, Том не рванула бы к сыну, если бы ему грозила опасность? – зыркнула на невестку свекровь.
- Всё, всё, - замахала руками Тамара, - сменим тему. – Сынок, ты сходил бы к проводнику, узнал, когда чай будут разносить…
Сашка встал и вышел из купе. Повисла напряжённая тишина, которую нарушила Тамара.
- Мама, может, поделишься своим планом? Ты же всё обдумала, ведь так?
- Том, я не знаю, что будет. Володька не вспоминает нас, потому что его голова забита другими. Он должен вспомнить меня. Я мать! Я сделаю так, чтобы вспомнил… А вы мне поможете, ведь так? Я надеюсь на вас…
- Понятно, как Вовка говорит, будем действовать, как масть пойдет,
- Да, да, именно так, - закивала головой Лариса Васильевна.
Вернулся Сашка в купе.
- Проводница сказала, когда хотите тогда и наливайте себе чай. Стаканы можно взять у неё и пакетики чая тоже.
- Так что ж ты не принёс, я бы выпила, - сказала Лариса Васильевна
- Ладно, сейчас принесу. И тебе принести, - спросил он мать.
- Ну, да, и себе…
Сашка снова ушёл.
- Давай, Том, доставай наш ужин. Поужинаем, и спать…, устала я…
Тамара доставала из сумки их скромный ужин, блинчики, не успевшие ещё остыть до конца, варёные яйца, хлеб, помидоры… Сашка принёс чай. За окном уже было темно.
А через какое-то время Лариса Васильевна уже посапывала под стук колёс. Тамара что-то читала в своём телефоне, а Сашка переписывался с братом.