Суббота не предвещала никаких сюрпризов. И вдруг приходит голосовое от подружки: заезжай ко мне на чай после работы. Только достала синнабоны из духовки. Сейчас буду кремом заливать. Курочка томится в собственном соку. Хлеб скоро поспеет в хлебопечке. Не помню, как доработала. Сказать такое мне, медлительному флегматику, да ещё и продрогшему, равно запустить ракету в космос. Помчалась ветром, истекая слюной от предвкушения. И была сочная курочка, и хлеб с хрустящей ржаной коркой, как в детстве с хлебозавода. Отрываешь её, а там пар и много норок в мякушке. И синнабоны, густо и щедро политые просахаренной сметаной. Они тонули в сладкой подливе и умоляли: съешь меня! И был жар от печки, и от чая, и от душевных наших разговоров и женской трескотни взахлёб с набитыми ртами. И отогрелась я душой и телом. Приятное, обволакивающее, как плед, тепло изнутри и снаружи. И вдвойне радостно, что случилась эта вкусная во всех смыслах встреча неожиданно и спонтанно. Пока ели и болтали, пошёл