Руслана только что уложила полуторагодовалую Машеньку. Тишина длилась всего минут двадцать, а потом настойчиво зазвонил телефон.
Руслана подскочила и схватила смартфон - на экране тревожно высветилось "Свекровь".
- Руслана, доченька, – голос Светланы Ильиничны зазвучал сладко, как всегда, когда ей что-то было нужно. – Ты где?
- Дома, Светлана Ильинична. Машу только уложила, – Руслана постаралась, чтобы усталость не прозвучала в голосе.
- Ах, чудесно! Значит, ты свободна? – радость в голосе свекрови была искренней. – Мне срочно нужно в "Гранд-Электро"! Тот тостер, который я хотела, сегодня по акции последний день! А у меня тут нога больная ноет, на автобусе ехать просто мука...
Руслана сжала в руках телефон. Машина у нее была старенькой, на новой ездил муж.
Маша только-только была уложена и грозила капризами после короткого сна, а до "Гранд-Электро" нужно было ехать через весь город, в час пик.
- Светлана Ильинична, я... Маша только заснула, но ненадолго. Проснется – будет капризничать в дороге, да и пробки сейчас... – начала она осторожно.
- Ой, ну что ты, доченька! – Светлана Ильинична отмахнулась. – Ребеночек поспит в машине, свежий воздух ей полезен! А ты меня подвезешь – и домой. Быстренько! Я же бабушка, разве я тебя часто прошу? А тостер мне очень нужен!
"Разве часто" – это три раза на прошлой неделе: то в поликлинику, то к подруге на чай, то за какими-то редкими семенами на рынок. И всегда "срочно", "разве я часто прошу" и "я же бабушка".
- Но... – попыталась возразить Руслана.
- Руслана, милая! – голос свекрови внезапно стал жалобным. – Ты же не хочешь, чтобы я, старая, на автобусе тряслась? С моим-то давлением? Да и тостер... он идеально подходит к моему сервизу! Ну, пожалуйста! Я уже готова, жду тебя у подъезда, на лавочке. Ждать, пока я оденусь, не нужно будет.
Руслана вздохнула, глядя на дверь спальни, за которой могла проснуться в любую секунду капризная Маша.
Сказать свекрови "нет" означало неделю намеков на черствость, неблагодарность и рассказы всем родственникам о том, как невестка бросает ее в беде.
- Ладно... – выдохнула Руслана. – Через 15 минут буду.
Сборы стали для молодой матери полнейшим адом. Маша проснулась ровно в тот момент, когда Руслана пыталась натянуть на нее комбинезон.
Плач, выгибания, отказ садиться в автокресло. Руслана вспотела, успокаивая дочь и пытаясь не опоздать к "ожидающей у подъезда" свекрови.
Светлана Ильинична, действительно, ждала. Легкая, нарядная, с маленькой сумочкой.
Она мило улыбнулась, уселась на переднее сиденье, благоухая дорогими духами.
- Ой, Машенька-несмеяночка проснулась? Ну ничего, бабушка с тобой! – весело защебетала она, не оборачиваясь.
Маша, увидев незнакомое лицо (Светлана Ильинична редко навещала просто так), заревела с новой силой.
Поездка превратилась в испытание. Пробки в городе оказались длинными. Воздух в салоне был спертым от жары и плача.
Руслана, стиснув зубы, лавировала между машинами, пытаясь успокоить дочь, закатывавшуюся с заднего сиденья истошным криком.
Светлана Ильинична же спокойно разглядывала витрины, комментировала погоду и делилась планами на ремонт кухни. Предложить помочь с внучкой или успокоить ее она даже и не думала.
- Ты знаешь, Руслана, – проговорила она, пока невестка в пятый раз попыталась сунуть Маше выпавшую соску, – мне кажется, этот тостер – судьба! Он такой стильный! Представляешь, Надежда Петровна себе такой же купила, вот я и загорелась тоже этой идеей.
- М-м-м, – процедила Руслана, почувствовав, как натягивается до предела каждая нервная нить. – Представляю.
На парковке "Гранд-Электро" Светлана Ильинична, бодро выпорхнув из машины, сказала:
- Я быстро, всего минут на пятнадцать-двадцать! Подожди тут с Машенькой, ладно?
"Пятнадцать минут" растянулись на сорок пять. Маша, измученная, наконец уснула в автокресле, а Руслана сидела за рулем, глядя пустым взглядом на вход в магазин и ощущая усталость в каждой клетке.
Ей вдруг захотелось заплакать... Заплакать от бессилия и от осознания того, что это – не последний раз.
Наконец, свекровь появилась, неся не только коробку с тостером, но и пакет с какой-то другой бытовой техникой.
- Ой, извини, задержалась! – весело воскликнула она, укладывая покупки на заднее сиденье рядом со спящей Машей. – Тут еще кофемолка по скидке попалась, ну я не удержалась! Вези нас домой, доченька. Я тебе за бензин, конечно, потом... как-нибудь... денежку перечислю. Чего копейками мараться? Я сразу за все поездки... тысячу как дам.
Она села на свое место, удобно устроилась и достала телефон, готовясь кому-то звонить.
Руслана завела машину. В зеркале заднего вида она видела свое измученное лицо, спящую дочь и коробки с ненужным тостером и кофемолкой.
Голос Светланы Ильиничны, рассказывающей кому-то по телефону о удачной покупке, заполнил салон.
Руслана тихонько выдохнула и тронулась с места. Очередная поездка со Светланой Ильиничной завершилась.
- Ой, а ты мне не поможешь поднять наверх все? - спросила свекровь, когда машина остановилась у подъезда.
- Машу я не могу бросить, - коротко ответила Руслана, внутри которой все начинало закипать.
- Так она и не проснется, - возразила Светлана Ильинична. - Помоги мне, дочка, а?
Невестка повернула голову в сторону свекрови и поняла, что больше не может молчать.
- Мне кажется, вы совсем обнаглели, Светлана Ильинична, - выпалила молодая женщина.
- Чего? - лицо свекрови вытянулось. - Откуда такие слова? Что ты такое говоришь?
- Вы знаете, как для меня выглядят все эти ненужные поездки? Вам плевать на мое время, мои силы и покой ребенка. Вам дороже получить скидку на тостер, который потом будет пылиться на самом верху шкафа!
- Что за ерунду ты сейчас говоришь? С чего такие выводы? - возмутилась Светлана Ильинична.
- Откуда? Оттуда, что я вам говорю о том, что Маша спит, а вам все равно на это...
- И что? Я позаботилась о внучке, чтобы она свежим воздухом подольше дышала, - стала оправдываться женщина.
- Ну да, ну да... На самом деле, вы подумали совсем о другом. Я вам не бесплатное такси! Вы забыли о том, что я не просто так сижу дома, я - в декрете. А это значит, что у меня есть ребенок, который требует сил и ухода, а не поездок по вашим "нуждам".
Светлана Ильинична замерла и уставилась на невестку. Ее слова задели женщину до глубины души.
- Так тебе заплатить нужно? Тебе деньги нужны? Сколько? - повысила голос свекровь. - Назови цену!
- Дело не в деньгах, точнее, вообще не в них, а в том, что вместо того, чтобы вызвать такси, вы звоните мне и просите возить вас по делам, будто я - личный водитель! - процедила сквозь зубы Руслана. - Я вам сама уже готова доплатить, лишь бы вы меня больше не беспокоили по всякой ерунде...
- Ты называешь помощь мне ерундой? - Светлана Ильинична приставила правую руку к грудной клетке и ойкнула. - Вот это да... Вот это я узнала, спустя столько лет, - она покачала головой и стала медленно вылазить из машины.
Выйдя, Светлана Ильинична открыла заднюю дверцу, чтобы забрать свои покупки.
- Не думала я, что у меня такая невестка будет... никогда не думала, - проговорила она с сожалением и, забрав пакеты, громко хлопнула дверцей.
От грохота Машенька резко открыла глаза и зарыдала. Руслане пришлось около десяти минут успокаивать заливавшуюся дочь.
Все это время Светлана Ильинична, которая уже успела подняться к себе в квартиру, смотрела на них с балкона и качала головой.
Однако больше она ни о чем не просила Руслану. Правда, сыну рассказала о том, как невестка грубо ее отвергла.