ДОМАШНЕЕ ВИДЕО/ DVD.
Мой брат умер, когда мне было семь лет. Ему было тринадцать. Он утонул в озере неподалёку от нашего дома. Вообще-то это очень странная история, и до конца причины его гибели так не были установлены полицией. По версии копов, он утонул по неосторожности.
Мои родители никогда не заходили в его комнату. Однажды они попытались, но не смогли. Слишком тяжело. После этого дверь так и осталась закрытой. Его комната стала чем-то вроде музея.
Это было одиннадцать лет назад. Его комната совсем не изменилась.
Сегодня утром, когда я собирала вещи для колледжа, я подумала, что наконец-то зайду туда. В моих планах не было ничего грандиозного. Я просто хотела взять несколько полароидных фотографий и, может быть, пару сувениров на память. Что-то, за что можно будет держаться, когда я буду скучать по дому. Как никак меня не будет целый семестр.
Откровенно говоря, я и раньше много раз бывала в его комнате. Я сидела на его кровати. Я просматривала его полки. Но я никогда особо не копалась в его вещах. Это казалось неправильным, и у меня не было такого желания. Я просто скучала по брату.
Сегодня я тоже не собиралась этого делать. Я не собиралась находить стопку DVD-дисков, засунутых в нижний ящик его комода.
Их было три. Просто обозначены цифрами 1, 2 и 3.
Единственный DVD-плеер в доме был до сих пор подключен к старому телевизору в комнате брата. Все остальное было перенесено в облако много лет назад. На минуту я убедила себя не делать этого. Они были не моими. Наверное, они и не имели значения.
Я положила DVD-диски обратно в ящик и вернулась в свою комнату.
Но сегодня вечером я думала только об этих дисках.
Я знаю, как это звучит. Я знаю, вы думаете, что мной двигало простое любопытство. Но это было не так. Это было что-то физическое. Тянущее чувство в груди.
Поэтому я прокралась обратно в коридор. Зашла в его комнату. Заперла за собой дверь, чтобы родители не услышали, и вставила первый диск.
Это было домашнее видео.
Я даже не знала, что у нас есть что-то подобное. Я не помню, чтобы у моих родителей когда-нибудь была камера.
Видео начиналось со статичных кадров, затем изображение становилось достаточно чётким, чтобы что-то можно было разглядеть. Картинка размытая, искажённая. Возможно, это гостиная, но мебель выглядит странно. Всё слишком большое или слишком маленькое, всё смещается каждый раз, когда дрожит кадр. Иногда это больше похоже на спальню. Иногда — на прихожую.
Никаких лиц. Никаких чётких очертаний. Только мерцающие тени, которые не соответствуют тому, что говорят голоса.
Потому что я слышу голоса. Знакомые голоса. Смех, звон посуды, и мама зовёт моего брата. На заднем плане, вне поля зрения, слышны голоса семьи. Я слышу смех брата, и этот звук поглощает меня целиком. Он звенит у меня в голове, отражаясь от костей, из которых состоит мой череп.
Затем раздаётся другой голос.
Тихо, размеренно, достаточно близко к камере:
«Ты ещё не заметила».
Затем видео оборвалось. Вот так просто.
Я поспешила перемотать его, даже не подумав о двух других дисках, которые всё ещё лежали под телевизором. Мне просто хотелось снова услышать его смех. Этот смех. Я старалась не думать о странном голосе, хотя страх перед ним медленно подкрадывался ко мне, пока я нажимала на кнопку воспроизведения.
Потому что этот голос звучала так, будто он вообще не участвовал в записи. Как будто он обращался к камере. Ко мне.
Я снова нажала на кнопку воспроизведения, на этот раз делая паузу каждые несколько секунд в отчаянной попытке понять, что я вижу. Но ничего не менялось. Всё на плёнке выглядело почти знакомым, как комната, в которой, как вам кажется, вы уже бывали, но не можете вспомнить, где именно. Стены слишком узкие, а цвета достаточно блёклые, чтобы казалось, будто вы никогда раньше этого не видели. У меня возникло ощущение, что в моём мозгу что-то коротнуло.
Затем я остановила кадр прямо перед тем, как брат рассмеялся.
И вот оно. Едва заметная жёлтая надпись, выжженная в углу экрана.
30 июля 2010 года.
Прошло семь месяцев с тех пор, как мой брат утонул.на
Первой моей мыслью было, что это сбой. Так могло быть. Должно быть, дата на камере сдвинулась на год. Другого объяснения нет. Я заставила себя дышать и подавила нарастающую панику.
Затем я снова нажал на кнопку воспроизведения.
Его смех наполнил комнату, и на секунду мой страх отступил. Он снова был просто собой. Он был живым, тёплым, настоящим. Горько-сладкое чувство облегчения и печали.
Но потом голос вернулся.
На этот раз ближе. Влажный звук, доносящийся прямо из микрофона, прерывистый и прерывающийся, как помехи.
— Ты заметила!
Я вырвала DVD-диск из проигрывателя и швырнула его через всю комнату. Я даже не знаю, зачем я это сделала. Наверное, из-за адреналина. У меня так сильно тряслись руки, что я не могла себя контролировать.
Я пытаюсь найти логическое объяснение. Мне хочется верить, что оно есть. Но все причины, которые я придумываю, кажутся надуманными.
Я просто убежала в свою комнату и нырнула под одеяло. Как будто это поможет. Я не хочу смотреть другие видео. Не хочу. Но я чувствую, как они тянут меня за собой, как будто они не закончены. Как будто я что-то им должна. Я не могу уснуть.
Темно. Уже поздно. Только что начался дождь.
Из крана в ванной всегда капает вода, но сегодня звук такой громкий. Его можно было бы принять за шаги.
Если есть возможность и желание — буду рад поддержке. Если нет — всё равно спасибо, что вы здесь!
Ниже вы найдёте оранжевую кнопку с надписью «Поддержать».