Женя войдя в квартиру, сразу же бросилась к её хозяйке, внимательно вглядывалась в глаза.
– Что? Рассказывай! – не терпелось той узнать, муж ей уже сообщил, что у сестры снова что-то случилось.
– Давайте, поужинаем! А потом шушукайтесь сколько хотите! Целый день с мелюзгой! Заслужил вкусный ужин и покоя.
Жена посмотрела на него строгим взглядом, а затем снова перевела его на золовку.
– Может из деревни какие новости? Говорят, Серёга наш жениться собирается…
Лена только усмехнулась.
– Очень рада за него! Желаю счастья! Это меня только порадует! Может здесь реже появляться станет! – говорила молодая женщина, по её голосу было понятно, что слова её искрение и нет никакой недосказанности. Она поставила на стол блюдо с жаренной рыбой, у которой была столь аппетитная корочка, что брат с супругой одновременно проглотили слюни.
– Опять, сестрица, на рыбалку успела сходить! – рассмеялся Василий, – а у меня с этой беспокойной оравой всё никак не получается.
– Вот и отлично! Мне спокойнее! Про вашу рыбалку много интересного узнаю! – произнесла жена, – вот наслаждайся! Выловленная ли тобой или кем-то ещё, какая разница! – довольная собой проговорила женщина, усаживаясь за стол, – пюрешка-то есть?
– Как же без неё! Конечно приготовила, ребёнки захотели, – улыбаясь отозвалась хозяйка, но в её глазах всё же была заметна грусть.
– Ой! – первой в кухне появилась Танюшка, – я рыбу не хочу, одну пюрешку тогда буду.
– Для вас приготовила котлеты, – успокоила её тётушка, – расставляя на столе тарелки для детей.
– Хорошо, что столы большие купили и есть куда их поставить, а то бы пришлось на полу размещаться. Такая уж у нас семейка многочисленная, – смеясь говорил Василий, укладывая на свою тарелку сразу три куска ароматно пахнущей жареной рыбы, – а всё же чего-то не хватает!
Хозяйка осмотрела стол.
– Есть солёная капуста очень вкусная, огурцы, помидоры…
Брат глубоко вздохнул.
– Всё не о том сестрёнка говоришь…
– Ешь! – недовольно глядя на мужа прикрикнула Жена, оглядела детей, которые с удовольствием уплетали всё, что у них было на тарелках. – Проголодались! Это хорошо! Напрыгались, спать крепко будете!
– Нам тётя Лена ещё что-то вкусненькое обещала, – произнёс Саша, собирая с тарелки остатки картошки.
– Ах, вот тут в чём дело! А я думала, что вы так голодны, – улыбнулась его мама, – тётя Лена балует вас почти каждый день вкусненьким…
После того как дети управились с предложенным ужином, хозяйка достала из холодильника коробку с аппетитными пирожными. Восторгов было много, так как Лена знала предпочтения каждого и тот получил именно то чего хотел. Управившись и с этим, детвора снова отправились в комнату девочек.
– Только ведите себя хорошо! Порядок не нарушать! Телевизор посмотрите, почитайте что-нибудь, – отдавала команды Женя.
– Сестрица, неужто бокала вина не найдётся у тебя? – спросил Василий, всё же поглядывая на жену.
– Найдётся-то найдётся, только не поздно ли!
– А что? Завтра выходной! Нормально! Для расслабления…
– Верно говоришь, дорогой, я тоже не против пригубить бокальчик, – неожиданно для всех произнесла Женя, хитро улыбаясь.
Хозяйка из шкафа достала бутылку вина.
– Ооооо какое! – восторженно воскликнул брат, – спрятала и жадничает!
– Ещё из Белоруссии привезла, думала может до дня рождения сохранится, а какая разница когда выпить! Всё равно вас же и угощать буду…
– Вот именно! – довольно улыбающийся брат, легко откупорил бутылку, разлил по бокалам. – За всё хорошее! – произнёс он, с удовольствием отпил немного, распробовав ароматную жидкость, – хорошо! – допил остальное и тут же наполнил бокал снова.
– Лена, делиться с нами новостями передумала? – спросила хозяйку его жена, понемногу отпивая из своего бокала.
Той пришлось так же попробовать вино, потому что не знала с чего начать, любопытная женщина от неё не отстанет. Глядя на свой бокал зажатый в ладонях, боясь поглядеть на брата, Лена, наконец, заговорила.
– Прошлым летом, помните, я рассказывала, что успели на поезд, только потому, что нам помог незнакомый мужчина… – произнеся это она замолчала, её никто не торопил, – так вот, сегодня приходила его сестра… – снова немного помолчав, начала говорить, уже по очереди поглядев на родственников. – Не знаю как относиться к её словам. Конечно, по-людски очень сочувствую им, даже есть какое-то волнение и я пообещала выполнить её просьбу, поехать к нему в больницу чтобы поддержать.
– А с какой стати! – воскликнула Женя, с удивлением глядя на Лену, – да! Очень жаль мужчину по-человечески, но ехать к совершенно чужому человеку без его согласия…
Василий сделал знак жене чтобы та замолчала.
– Говорит, что я ему… нравлюсь… В этом он ей признался…
– Вот это новость! – брат порывисто встал со стула, прошёл по кухне, затем пододвинул его и сел рядом с сестрой, – когда это он успел в тебя влюбиться?
Сестра с растерянностью во взгляде, пожала плечами.
– Не знаю… – не уверенным голосом произнесла она, – видимо так бывает не только в романах.
– А что с ним? Авария?
Лена не глядя на брата, отрицательно покачала головой.
– Ранен и ожоги очень тяжёлые…
– Понятно... – выдохнул Василий, понимая, где это с ним могло произойти, – Лена, я поддержу тебя, если ты решишь поехать, с детьми справимся. Не волнуйся! Так, Женя? – не дождавшись быстрого ответа, вскинул взгляд на жену, та тут же отозвалась:
– Справимся! Безусловно! Но я не понимаю! Зачем ехать к совершенно незнакомому человеку! Мне вот тоже иногда кто-то помогает, то мешок до лифта донести, то ещё чем-то. И тут же бросаться с ответной помощью! И куда ехать надо?
– Сейчас он в Пензе, я не знаю, поможет ли ему моё присутствие рядом, но я считаю, что должна его поддержать. Попытаться чем-то помочь.
– Но это же будет ложная надежда! Он будет считать, что и ты имеешь к нему какие-то чувства... А на самом-то деле что?
– Честно скажу, что я его лица не помню… Только глаза, когда увидела те же у его сестры. Видела со спины его фигуру. О чувствах… смешно говорить… Всё верно! Хотя тут не до смеха. Но я всё же решила поехать, так, что и ваша помощь нужна будет.
– Решила, так решила! Тут не так далеко, двое-трое суток всё займёт и вернёшься… – произнесла Женя негромко, но всё же она решением Лены была недовольна.
Как Кате удалось уговорить заведующего отделением пропустить их в «Реанимацию», Лена даже не пыталась узнать, это было не важно, главное то, что они смогут увидеть Владимира, правда всего несколько минут.
Чтобы оказаться рядом с ним, «гостям» пришлось принять душ и облачиться в стерильную одежду.
Лена вдруг почувствовала, что её охватило сильное волнение, на слова сестры человека к которому они прибыли или реагировала с задержкой, или вообще словно ничего не слышала. Кроме этого состояния прибавилось ещё одно… Она не знала, что ему сказать чтобы тот захотел жить.
В палате кроме Владимира находился ещё один мужчина, оба были почти полностью покрыты сплошным слоем бинтов. У одного левая нога и рука по локоть только и были от них свободны, но и на на этой части руки виднелись зажившие шрамы от ожогов.
Лена не знала как ощущает себя её спутница, а она едва держалась на ногах. Катерина похоже растерялась, не понимая кто из них её брат. Капельницы… Аппаратура…
Медсестра сопровождающая их подошла к тому который находился слева, немного ускорила движение препарата в капельнице, проверила пульс на не забинтованной руке. Сделала знак, что здесь именно тот к которому они прибыли. Рядом с койкой поставила стул, предложила Лене присесть, та с радостью опустилась на него… и вдруг, сама не понимая почему ей этого захотелось, коснулась своими пальцами этой руки. Перевела взгляд туда, где не забинтованы были только глаза. Всем своим нутром содрогнулась, встретившись с его зелёным взором, они теперь были совсем другими… Безжизненными… Только боль и страдание переполняли их.
Перед тем как им сюда прийти, строго предупредили – никаких воплей и слёз. А как тут сдержаться?!
Несмотря на маску закрывающую почти всё лицо Лены, он всё же узнал её, на короткий миг в его глазах мелькнуло, что-то другое… Но тут же они снова были полны всё той же болью и страданием, но к ним ещё добавилась скорбью и безнадёга.
Медсестра вложила ему в руку карандаш, подставила дощечку на которой лежал лист бумаги. Владимир на нём что-то «написал». Молодая медсестра показала им его, с трудом, но поняли: «УХОДИТЕ», – было ими прочтено.
И они в следующий момент тут же были выдворены из палаты.
– Может нам набраться наглости и вернуться? – произнесла Катерина, слёзы не вытирала они намочив маску лились по её лицу.
– Нет, Катя! Ему не до нас! – с отчаянием в голосе произнесла Лена, она плакать не могла, её словно что-то сковало, может быть то, что она понимала, какую боль переживают эти мужчины.
– Уж и не знаю… Правильно ли мы сделали, что приехали, – произнесла сестра Владимира. – Давай, подождём, когда сестра выйдет, может хоть что-то скажет о его состоянии.
– Она ничего не скажет, в лучшем случае отправит к лечащему врачу…
Договорить Лена не успела, в коридор вышла медсестра и глядя на Лену, произнесла:
– Владимир Николаевич, просит вас зайти, но я вас предупреждаю – только на одну минуту.
Осторожно открыв дверь молодая женщина вернулась в палату, снова опустилась на стул, коснулась руки мужчины. Они просто смотрели в глаза друг друга. Жестом показал, что хочет что-то написать.
«Прости, но я люблю тебя. И всё же приезжать больше не надо».
Он понял по её глазам, что она улыбнулась.
– Прости! Но я всё же приеду, – произнесла Лена, взяла его руку в свои и вдруг нагнувшись хотя через маску, но прикоснулась к ней губами.
Боль, счастье, снова боль и радость видела она в его глазах.
– Вам пора, – услышали они в открытую дверь.
Посетительница поднялась со стула, не отпуская его руки, потянулась, осторожно коснулась своими губами того места, где должна быть его щека.
– Я снова приеду! Обязательно скоро вернусь… – произнесла Лена, от двери махнула рукой прощаясь, дождавшись когда и он сделает движение рукой, вышла из помещения. Вид у неё был такой, что даже медсестра видевшее всякое удивилась.
– Мне-то можно хоть на секундочку? – взмолилась Екатерина, с надеждой глядя на медсестру, та снова взглянув на её подругу.
– Идёмте, только скажите что-нибудь обнадёживающее, а не спрашивайте о его самочувствии и уходите, – предупредила она её, входя в палату первой.
Лена появилась здесь снова через две недели. Звонила несколько раз Кате, но та так и не ответила ни на один звонок. Она была взволнована этим, но всё же успела съездить в то село в котором её, кажется, совсем недавно выхаживали. Бабушка-знахарка оставила после себя ученицу, о которой люди отзывались с уважением и почтением.
Женщина пообещала, что изготовленная ею мази должны помочь человеку поправиться, хотя этот процесс весьма не быстрый. Надо было ещё кого-то убедить, с кем-то договориться, что это снадобье ему обязательно поможет и, возможно, быстрее восстановит и вернёт его к полноценной жизни.
– Девушка, я могу посетить Владимира Николаевича Богданова? – спросила Лена у работницы регистратуры, – я была у него две недели тому назад, мне тогда разрешили его увидеть.
Та куда-то позвонила, выслушала всё что ей говорили, а затем буднично произнесла:
– Извините, его нет, поэтому ваша встреча невозможна.
Как Лена устояла на ногах не понимала, смотрела на девушку так словно потеряла самого близкого человека, а та поняв, что ошиблась со словами, поспешила упокоить:
– Ему стало немного лучше, поэтому появилась возможность переправить его в Московский Центр. Зайдите к зав. отделением, он вам объяснит в какой именно.
Теперь Лена задышала ровнее, хотя Владимир для неё был просто знакомым, но сочувствия и сопереживания он заслуживает.