"Мама одна совсем. Отец к той бабе съехал, она места себе не находит", — сказал муж, продолжая жевать макароны. Говорил будто сообщал прогноз погоды, не поднимая глаз.
Я положила вилку на стол. В голове промелькнуло: "Ну конечно. А где еще жить брошенной женщине, как не у сына с невесткой?" Светлана Петровна в нашей двушке навсегда — прекрасная перспектива превратить мою жизнь в реалити-шоу "Последний герой".
"Когда?" — спросила я, изображая энтузиазм.
"В субботу привезу её вещи. Диван в зале раскладывается."
Естественно, никто не спросил мое мнение. Демократия в семье — это когда муж советуется с мамой, а жена узнает результат за ужином.
Пятилетний Максим поднял голову от тарелки с котлетой:
"А бабушка Света будет жить с нами? Ура!"
Андрей улыбнулся сыну. Я старательно улыбнулась тоже. Семейное счастье в сборе.
За окном моросил дождь. Восемь часов вечера, вторник. До субботы четыре дня. Четыре дня до конца эпохи "делаю что хочу в собственной квартире".
Работа в аптеке выматывает, но дома я всегда могла расслабиться. Включить дурацкий сериал, приготовить что захочется, не выслушивать лекции о том, что "картошка должна быть порезана кубиками, а не ломтиками" и "современные дети деградируют от мультиков".
Теперь всё изменится. Здравствуй, круглосуточный мастер-класс по правильной жизни от Светланы Петровны.
"Андрей, а может, снимем маме квартиру рядом? У нас места мало..."
"На какие деньги? На твою зарплату аптекаря? А моей хватает только для нас."
Конечно. Зачем тратиться на съемную квартиру, когда есть жена, которая стерпит всё? Экономия семейного бюджета превыше всего.
Разговор закрыт, решение принято. Как всегда, мужем единолично.
В среду утром Светлана Петровна позвонила:
"Анечка, я завтра приеду помочь вам прибраться. К моему переезду всё должно сиять."
Сердце ухнуло. Ах да, генеральная уборка под надзором эксперта. Как я могла забыть об этой радости?
Четверг выдался незабываемым. Свекровь явилась со своим арсеналом — тряпки, ведра и критика на полгода вперед. Переставила всё в холодильнике, выбросила мои специи, перегладила постиранное белье.
Максим носился рядом с бабушкой, ловил каждое её слово. Светлана Петровна давала ему конфеты и что-то шептала на ухо. Я наблюдала за их тайными переговорами и понимала, формируется коалиция против мамы. Политика штука сложная, даже в отдельно взятой семье.
К вечеру квартира стала абсолютно чужой. Мои подушки лежали под другим углом, занавески висели по новой методике, даже зубные щетки стояли иначе. Дом превратился в музей правильного быта.
"Ну вот, теперь можно жить," — довольно заключила Светлана Петровна, любуясь результатами.
А я-то думала, что уже жила. Оказывается, просто существовала.
Пятница прошла в предсмертном тумане. Коллеги в аптеке интересовались, не заболела ли я. Завтра она переедет, и моя роль хозяйки дома плавно перейдет к свекрови. Я стану просто декорацией в собственном доме.
Вечером укладывала Максима. Он был задумчив, видно обрабатывал информацию от бабушки.
"Мам, а бабушка Света сказала, что будет меня водить в садик."
"Замечательно."
"А еще она сказала, что ты неправильно меня кормишь. И что папа должен найти себе другую жену."
Вот оно. Дипломатия высшего пилотажа. Сначала завоевать внука, потом через него влиять на семью.
Я замерла. Ребенок произнес это по-детски спокойно.
"Максим, тебе это понравилось? То, что бабушка так говорит?"
Сын помотал головой:
"Нет. Мне нравится, когда ты готовишь блинчики. А бабушка говорит, блинчики — это яд для детского организма."
Что-то щелкнуло в голове. Если нельзя победить систему, можно попробовать её саботировать.
"Максим, хочешь завтра показать бабушке свою коллекцию машинок?"
"Хочу!"
"Тогда достань все-все машинки и расставь их по всей квартире. Устрой настоящий автосалон. Бабушка будет просто в восторге от такой красоты."
Суббота. День Х. Светлана Петровна приехала с двумя чемоданами. Андрей усердно таскал вещи, я изображала радостную невестку.
"Где мой внук?" — спросила свекровь, окидывая взглядом прихожую. Видимо, искала, к чему еще придраться.
"Максим! Бабушка приехала!" — крикнула я.
Из детской выбежал сын. За ним по полу покатились машинки. Все машинки. Весь его автопарк — большие, маленькие, грузовики, легковушки, спецтехника. Максим мчался, а игрушки рассыпались по коридору, гостиной, кухне, как будто взорвался склад игрушек.
"Бабушка Света! Смотри, какая у меня выставка!"
Светлана Петровна сделала величественный шаг и тут же поскользнулась на красной спортивной машинке. Попыталась удержаться, наступила на грузовик, окончательно потеряла равновесие.
Падение было достойно номинации на "Оскар". Свекровь рухнула на диван, по пути снесла торшер и опрокинула полку с книгами. Звуковое сопровождение как при землетрясении.
"Мама!" — бросился к ней Андрей в панике.
"Ой, нога! Ой, спина! Это что за бардак!" — стонала Светлана Петровна.
Максим стоял посреди комнаты с машинкой в руке, хлопая глазами. Видимо, не ожидал такого успеха.
Скорая приехала быстро. Врач вынес вердикт: "Растяжение связок, множественные ушибы. Постельный режим две недели минимум. О переездах и речи быть не может."
"Андрюша, отвези меня домой немедленно. В этом доме я точно не сохраню здоровье," — простонала свекровь, бросая взгляд на разбросанные машинки.
К вечеру они уехали. Мы с Максимом остались наедине.
"Мам, а почему бабушка упала?" — спросил сын, собирая свой автопарк.
"Просто она была невнимательна. Бывает."
"А моя выставка ей не понравилась?"
Я обняла его:
"Зато мне понравилась. Очень творчески получилось."
Максим засмеялся и покатил по полу желтый самосвал. Андрей вернулся поздно: "Мама передумала переезжать. Говорит, у вас тут небезопасно для пожилого человека."
Ну конечно. Внезапно оказалось, что дом, который час назад "сиял чистотой", стал травмоопасной зоной.
Иногда лучшие союзники находятся совсем рядом. И у них есть коллекция машинок.