Помните фразу «Два мира - два Шапиро»? Ею когда-то шутили про пропасть между социализмом и капитализмом. А теперь представьте: два Бродских.
Один писал Ленина на холсте так, что портрет вешали в каждом кабинете. Другой писал стихи так, что их шёпотом читали на кухнях, а потом выслали за океан. Один любимец власти, другой её головная боль. Два мира, два Бродских… и фамилия одна на двоих.
Откуда взялась фамилия «Бродский»
Это не литературная мистификация и не признак родства. «Бродский» - распространённая еврейская фамилия, которая появилась по географическому принципу. Она указывает на место происхождения семьи: город Броды в Галиции (ныне Львовская область, Украина).
В XIX веке, когда в Российской империи вводили обязательные фамилии для евреев, часть семей, выходцев из Броды, получила фамилию «Бродский». Таких семей было десятки, а то и сотни. Они разъехались в Одессу, Петербург, Москву, Вильно, Варшаву, но фамилию не меняли.
Отсюда и «совпадение»: художник и поэт, жившие в разные времена, не были родственниками, а лишь носили одинаковую «адресную» фамилию.
Два Бродских, две судьбы
Исаак Израилевич Бродский (1883–1939) родился в селе Софиевка Херсонской губернии, учился в Одесском художественном училище, затем в Петербургской Академии художеств. Создал культовые портреты Ленина и революционные исторические полотна, руководил Академией художеств. Его работы стали образцом для соцреализма.
Иосиф Александрович Бродский (1940–1996) родился в Ленинграде, детство прошло в послевоенной разрухе. Начал писать стихи в 17 лет, за что в СССР получил обвинение в «тунеядстве» и пять лет ссылки. В 1972 году был выслан из страны, жил в США, преподавал в университетах, получил Нобелевскую премию по литературе.
Почему их невозможно спутать
Фамилия у них одна, но всё остальное: как день и ночь.
У Исаака запах масляных красок, кисти в банке скипидара и портреты в золочёных рамах. У Иосифа шелест страниц, строчки, от которых холодеет внутри, и тетради, исписанные до полей.
Один творил в мастерской с мольбертом, другой в голове и на бумаге. Один создавал лица эпохи, другой её голос. И даже если убрать имена, достаточно одного взгляда на холст или одной строфы, чтобы понять: спутать их просто невозможно.
В XXI веке
Исаак Бродский ценность для историков, искусствоведов, коллекционеров. Его картины документ эпохи, визуальная летопись революции и первых десятилетий СССР. Для музейной и академической среды он важен как художник, сформировавший образ «официального» Ленина и канон соцреализма.
Иосиф Бродский живой в цитатах, в мемах, в школьной программе и в тех кухонных разговорах, где ищут не ответы, а смыслы. Его читают в интернете, спорят о нём в соцсетях, цитируют в свадебных тостах и постах о расставании. Он остался не только в книгах, но и в языке, в повседневной культуре.
Если коротко: Исаак как культурный памятник, Иосиф как собеседник, с которым можно поговорить и сегодня.
А вот кто «важнее»зависит от того, чем живёт сам человек: историей или словом, которое всё ещё отзывается в сердце.
И напоследок
Фамилия может быть одинаковой, но искусство всегда персонально. И если когда-нибудь в одном зале повесят портрет Ленина работы Исаака Бродского, а рядом плакат со строками Иосифа Бродского, это будет не попытка найти сходство, а прекрасный абсурд. Напоминание, что за одинаковыми буквами в паспорте могут скрываться два совершенно разных мира, два художественных пути и два образа, не пересекающихся нигде, кроме как на вывеске выставки. И, возможно, именно это соседство самый честный портрет нашей культуры ХХ века.