ПРОДОЛЖЕНИЕ. Начало: https://vk.com/away.php?to=https%3A%2F%2Fdzen.ru%2Fa%2FaJGMMF5--DR5hxTv&utf=1
Из текста главы вы узнаете, кто такой «первый человек», на каком мы полюсе, что лучше – продать или подарить, почему Николаю-I не угодили старообрядцы, чем чреват язык, у кого что на роду не написано, и как нам поможет история кино.
Мало зная о древности, мы используем установленный выше «закон» и сравним современных ариев и эрбинов, прежде, чем опустимся в глубину веков. Многие согласятся, что мы минимум разные, хотя и похожи внешне. Частые конфликты двух родов дают общую прелюдию – первыми всегда начинали эрбины. Они воинственны и агрессивны, арии миролюбивы. Эрбины суровы и беспощадны, арии милосердны, к побежденным гуманны, даже слишком.
Мышление у представителей родов тоже разное. Западное, эрбиновское лучше всего описал Гегель в «Первом человеке». Тот всегда стремится к доминированию над другими и признанию этими «другими» себя человеком, то есть высшим типом. Он – пуп Земли. Остальные – либо его рабы, либо хозяева. Он эгоист, ему нет дела до других.
Арии – носители общинного, коллективистского сознания. Им привычна повседневная забота о выживании рода вследствие множества обстоятельств. Ими усвоена истина - спастись можно только вместе. Общее выше личного, прежде думай о Родине, а потом о себе.
Экономические воззрения родов полярны. У эрбинов в ряду святынь частная собственность (ЧС).
Вот слова одного из столпов американской демократии 19 века президента Джона Адамса:
«Собственность должна охраняться, иначе не может существовать свобода. Когда в общество проникает идея, о том, что собственность не является священной, начинается тирания и анархия».
Обретение ЧС и преумножение – направление основных помыслов жителя Запада. ЧС позволяет не только обезопасить жизнь, но и обрести власть, увеличивать в себе чувство рабовладельца, хозяина и уменьшать чувство раба. ЧС позволяет эрбину проявлять подлинное экономическое естество – паразита. На него работают современные рабы – наемные работники. Высшая форма паразитирования – торговля, которая для Запада сродни религии. Продать то, что не производил сам – особое искусство паразита. И в истории, которая по большей части создавалась именно эрбинами, торговля – двигатель цивилизации, а торговцы – главный интеллектуальный ее ресурс. Даже создание письменности приписывается торговцам. А как же? Контракты, сметы, счета, акты. Не на слово же верить. Экономическое кредо эрбинов: не работать, но повелевать и питаться от своей ЧС. Однако, всегда ли так было, было ли повсеместно, как утверждает наука?
Марсель Мосс, французский антрополог первым показал, что привычные нам экономические категории вроде рынка и собственности — не универсальные законы природы, а культурные конструкции. В работе «Очерк о даре» он исследовал, как устроены системы обмена в обществах, где нет денег и рыночных отношений. Мосс описывает традиции народов Северо-Западного побережья Америки, где действует система потлача: лидеры племен устраивают пиры и раздают подарки, а соперничающие вожди обязаны ответить еще большим даром. В Полинезии действует система хау, там любой подарок несет часть души дарителя — поэтому его нельзя просто так продать или выбросить.
В исследовании Бронислава Малиновского «Аргонавты западной части Тихого океана» описана система обмена кула. Европеец, привыкший к логике экономической выгоды, озадачен: туземцы раз за разом передавали друг другу браслеты и ожерелья, не извлекая материальной пользы. Обмен дарами — не хозяйственная сделка, а способ конструирования социальных связей. Для европейцев ценность — то, что можно купить или продать. А, к примеру, для ирокезов ценность — это коллективная память, закрепленная в материальной форме. Их пояса — это договоры, которые нельзя разорвать, потому что они буквально вплетены в ткань их общества.
Ошибочно думать, что дары - какой-то дикарский атавизм. Во вполне современном индуизме важное место занимает «закон дарения» - порядок справедливого перераспределения благ во Вселенной. Для ариев дарение тоже было нормой. (Это полезно иметь в виду, читая научные интерпретации подношений. У историков нет понимания подобной природы обмена.)
Арии во главу угла ставят собственный труд. Труд - всему голова, без труда не вытащишь и рыбку из пруда. Коллективная собственность выше частной, она позволяет решать более сложные и крупные задачи. Вся экономика СССР тому подтверждение. И не только.
Историк Александр Пыжиков раскрыл удивительный секрет товарного изобилия в середине 19 века. Чиновники Николая-I дивились – лавки повсюду ломятся от всяческой снеди, а казна государева скудна. Провели следствие. Выяснили, что бесчисленные старообрядческие общины с наполеонова нашествия обложены непомерным налогом. Дабы выкрутиться из долговых пут, старообрядцы научились использовать накопления, отложенные на черный день, в роли инвестиционного капитала. Отыщут в городе бывших общинников с деловой жилкой и отдают кассу в рост. Те открывают артели, промышленные предприятия и производят ходовой товар.
Император негодовал. Это что за призрак коммунизма!? Приказал – подобные артели закрыть или переучредить, под частное владение, с одним владельцем. И тут же, возникли купеческие семейства Рябушинских, Мамонтовых, Морозовых, Абрикосовых и пр. Все как один начинали с капитала неизвестного происхождения.
Из вышесказанного логично вытекает и такое различие, как отношение к богатству. Для ариев личное богатство не является значимым критерием, а у эрбинов это главнейший показатель жизненных достижений. Они даже придумали новую религию протестантизм, где размер богатства определяет степень близости к богу.
Для эрбинов мало обзавестись «показателями успеха», им по-гегелевски важно, чтобы о них узнали другие, чем в большем числе, тем лучше. Они падки на саморекламу и самовосхваление. Не грех и чужие успехи приписать. Американцы и Вторую мировую войну выиграли, и первыми, да-да, в Космос шагнули. Ну, подпрыгнули. Они всегда первые и лучшие. А янки – главный нарост на теле исторического эрбина. Символ его вечной деловой суетливой и алчной неуемности.
Арии ценят скромность. Для них «я» - последняя буква в алфавите.
Важное свойство эрбинов - почитание закона. Даже их подростки знают, что закон позволяет, а что нет. И если сомневаются, делать не будут. Отношение ариев к закону проявляется в пословице «закон как дышло – что захотел, то и вышло». Существует более чуткий барометр – совесть. Закон не может все предусмотреть, а значит «что не запрещено, то разрешено»? Совесть же может сразу взвесить все «за» и «против» и вынести честный вердикт. Ей не нужна сторонняя Фемида, ей чужды адвокаты. В некоторых случаях даже не требуется палач. Помните казнь курсанта «Фаза» из фильма «Щит и меч»? За руль грузовика с приговоренным с петлей на шее, сажают курсанта. Он должен нажать на газ или «ты будешь следующим». «Давай, друг! - ободряет его приговоренный, - умереть тебе значит на них сработать». Друг «дает», но вечером вешается. И индульгенция от казненного не помогает.
Западный человек спокойно скажет «у меня не было выбора», и западный суд его оправдает.
Отношение к женщине тоже разное. Их женщины веками борются за равноправие, все языки стерли. А без толку. Функции дам на Западе утилитарны – недорогой сексуальный объект и необоснованно дорогое биологическое устройство по производству наследников.
У нашей женщины есть «8 марта», и этим все сказано. Даже младшие школьники поздравляют девчонок в классе с этим праздником, восторженно дергая за косички. Для нас женщина – это всегда настоящая или будущая Мать. Родина-Мать.
Если отбросить 20 век, когда в стране проходила огромная модернизация жизни с мощной урбанизацией, то все остальное время мы были земледельцами. «Хлеб всему голова!» Это большой труд, риск и долгий технологический процесс – посадить зерно, вырастить его, собрать, обмолотить, сохранить, смолоть в муку, испечь. Годичный цикл получения пищи.
Сельская специализация западников – скотоводы, что заметно на примере англосаксов – главных потребителей стейков и беконов. Прагматичная специализация. Меньше труда и больше калорий на один потраченный день и фунт. Чик по горлу – и обед на костре. А пополнение поголовья – самопроизвольное. Совпадение ли, что люди, привыкшие питаться, пролив кровь животного, без смущения проливают кровь человека или бесстрастны к этому пролитию?
Мы любим природу, что легко проверяется. Нашим дачам «они» всегда удивляются – зачем? Отдых на природе с шашлыками для них блажь. Даже прогулки – «подышать свежим воздухом» - наша необъяснимая странность. Эрбины – хозяева природа, для них уничтожить 60 млн. бизонов, чтобы оставить индейцев без пропитания, вполне разумно.
И еще мы почитаем родную землю, политую кровью наших предков, а они гордятся: «я – человек мира». По-нашему, без рода, без племени. И вот по поводу рода небольшое исследование.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...