Все части повести здесь
И к зиме по Подпечинкам прокатился новый слух – скоро молодые, купившие дом Марии Ивановны переезжают туда жить, а сестры Задорожины осваивают новую квартирку в городе. И поскольку, как известно, слухами земля полнится, сразу после этого к Лиле заявилась мать. Пришла прямо в кабинет, на работу, когда Лиля вечером осталась доделать кое-какие дела. О своих планах она уже рассказала тогда Бакланову, и тот сказал, что они обязательно еще поговорят об этом, но хорошо, что Лиля его заранее предупредила, и у него есть время найти кого-нибудь на ее место. Мать пришла необычно какая-то... мягкая, покорная, что ли... Уселась на стул напротив Лили, долго мялась, прежде чем начать, а потом заявила:
– Лиль... я чего хотела-то... У тебя деньги же есть наверняка... Дом вот продала...
– Мам – Лиля укоризненно взглянула на родительницу – ты же наверняка знаешь, что я в городе для нас с Викой квартиру купила. Чего спрашиваешь про деньги?
Часть сороковая
Итак, сестра оставила ее один на один с их общими проблемами. Она уехала отдыхать на море, а Лиля должна была в одного выдержать напор отца и выслушивать мать, которая вдруг стала ярой его защитницей.
Рая Величкина рвала и метала, ее повышенное чувство справедливости требовало удовлетворения, когда она видела, что настроение Лили портится при виде машины отца, или когда она видит мать на работе.
– Нет, ну что за родители! – ругалась она – нет бы поддержать девчонку, порадоваться за нее! Хуже врагов, ей-богу!
Но Лиле было все равно, что будут говорить мать и отец – она теперь точно знала, чего хочет и решила, что к этой цели идти будет напролом. Им с Викой нужна квартира, бабушка дала для этого хороший старт, так что возможность эту надо использовать по полной.
Семен Дмитриевич при очередной их встрече спросил у нее:
– Лилечка, скажите, а ключи от дома Марии Ивановны? Они есть у вашего отца или матери? Если да, то вы должны потребовать их назад – имеете право, или сменить замки.
Лиля смутилась:
– Я не помню, Семен Дмитриевич. Мама с отцом же отдельно от бабушки жили, когда развелись, и вроде бы бабушка тогда у отца забрала ключи, когда он нас с мамой оставил.
– Это хорошо. Но на всякий случай, если вы точно этого не знаете, я на вашем месте все же озаботился бы заменой замков.
Лиля послушалась его совета и вызвала из города мастера, который поменял замок не только в доме, но и на воротах. И конечно, Семен Дмитриевич оказался прав – как-то раз, когда Лиля возвращалась с работы, она увидела у дома машину отца. Подошла ближе – он сидел за рулем и нервно курил, ожидая, конечно же, ее. Увидев, вышел из машины, держа в руках большой ключ от ворот.
– Ты что, замки поменяла? – спросил, не здороваясь – от дома у меня нет ключа, а от ворот не подходит.
– А почему тебя это так интересует?
– Хотел из сарая кое-что забрать. Там есть инструменты, принадлежащие мне. Или ты против?
Лиля пожала плечом, достала ключ, отперла ворота и вошла во двор. Пока отец грузил инструменты в машину, она наблюдала за ним из окна. Ничего такого он не взял – какие-то канистры для бензина и запчасти. Уехал, не попрощавшись, конечно же, сердился до сих пор, что не пришлось поживиться наследством матери.
В выходной Лиля сначала отправилась на холм, срезала там последние в этом сезоне лилии, потом пошла на кладбище к бабушке. На ее могиле цветы тоже цвели, но все равно положила к памятнику поближе срезы нежных цветочков, устроилась на скамеечке, и стала тихо рассказывать бабушке о своих делах - заботах, уверенная в том, что та ее слышит.
Вика вернулась аккурат к первому сентября, буквально за пару дней до начала нового учебного года. Ее стройное, красивое тело было загоревшим, а глаза лучились счастьем. Она изо всех сил пыталась состроить виноватый вид, но Лиля, глядя на сестру, поняла, что это игра.
– И ты хочешь сказать, что совсем на меня не сердишься? – спросила Вика.
– А чего мне на тебя сердиться? – Лиля усмехнулась недобро – ты взрослый человек, за свои поступки сама отвечаешь. Потратила деньги на море – в колледж пойдешь не одетая и не обутая, без канцелярии. Я же тебя предупредила, что деньги у меня есть только на самое необходимое – остальное на вкладе.
Вика хитро усмехнулась:
– А вот тут ты не угадала, сестренка! Завтра еду в город и иду по магазинам! Все покупать, в том числе и одежду, и канцелярию!
– И откуда же у тебя такие средства?
– А какая разница? Не ты одна умеешь экономить!
На следующий день она действительно отправилась по магазинам и явилась из города с ворохом пакетов. Наряды примеряла, крутясь из стороны в сторону перед зеркалом старенького бабушкиного трюмо. Особенно Лилю покоробили вызывающие сапоги - чулки на высоченном тонком каблуке. Вика примеряла их с короткой юбочкой и похоже, очень нравилась себе.
– Ты так в колледж ходить собираешься?
– Да, а что?
– Такая одежда и обувь годятся разве что для панели.
– Сейчас все так ходят. По крайней мере, это лучше, чем те скучные брючные костюмы, которые ты скупаешь пачками – она покрутилась еще, продолжая любоваться собой – сюда была бы хороша коротенькая норковая шубка... Но! Пока придется записать это в область мечты. Ведь моя сестра ну точно не купит мне шубку, скряга!
– На шубку заработаешь сама. Я уже устала повторять, что...
– Да ладно! – Вика поморщилась – Лиль, а что насчет квартиры?
– А что насчет квартиры?
– Ты это серьезно? Ну, про то, что я должна буду ездить из Подпечинок в город на учебу?
– А ты что, сахарная, развалишься по дороге? Прости, каждодневный личный транспорт в виде такси нанесет серьезный ущерб бюджету, потому придется тебе потолкаться в автобусе. Кроме того, это ненадолго.
– Ненадолго? – Вика повернулась к сестре – почему?
– Потому что на те средства, что оставила мне бабушка, продав ее дом, к тому же, я куплю нам квартиру в городе.
– Что?! – удивилась Вика – ты серьезно сейчас?
– А ты думаешь, что я шутки шучу?
– Ты решила купить нам две маленьких квартиры? Одну мне, одну себе? – Вика закружилась по комнате, хлопая в ладоши.
– Конечно, нет! Одну двухкомнатную куплю. Будем жить вместе!
Решение сестры совсем не обрадовало Вику.
– А почему одну? И почему мы будем вместе жить?
– Потому что я обещала бабушке присматривать за тобой!
– А чего за мной присматривать, ты же сама сказала, что я взрослый человек! Почему не купить две небольшие квартирки, чтобы свое отдельное жилье было у каждой? В «двушку», где мы вместе будем жить, ни парня не приведешь, ни девчонок не позовешь!
– А ты думаешь, я покупаю квартиру, чтобы ты могла таскать туда парней? Я покупаю ее, чтобы у нас была возможность жить и работать в городе. Эта квартира – начало нашего самостоятельного жизненного пути, и мы должны быть благодарны бабушке за то, что она дала нам такую возможность. Разве нет?
– Слушай, Лиль... Мы две взрослые девушки! У нас у каждой будет своя жизнь, свои интересы, а тут получается, что мы будем друг от друга зависеть! Разве это правильно? И потом – получается, что это будет только твоя квартира! А я?
– Вика, я уже приняла решение, не пытайся меня переубедить!
– Ну, если уж на то пошло, может быть ты тогда снимешь мне квартиру, чтобы я не мешала тебе проживать в ТВОЕЙ? – слово «твоей» она произнесла очень выразительно, старательно выделяя его голосом.
– Мы будем жить вместе, Вика, и это не обсуждается. Учитывая твой побег на море, я теперь прекрасно понимаю бабушку – за тобой нужен действительно глаз да глаз.
– Значит, ты все-таки сердишься...
– Вика, причем тут – сержусь – не сержусь? Скажем там, я оценила твои поступки по достоинству! Ты бросила меня один на один с проблемами, прекрасно зная, что сейчас трудные времена, и я под давлением отца, его женушки и матери. Но ты предпочла в эти трудные моменты быть не рядом со мной, а развлекаться. Этот твой поступок о многом говорит, Вика. Потому я тебе повторю – я оценила его по достоинству, и теперь знаю, что в трудные моменты ты для меня – не поддержка, и в очередной раз просто куда-нибудь убежишь или спрячешь голову в песок. И да – ты со мной, пока тебе это удобно, а особо я тебе и не нужна. Как только ты найдешь более комфортные для себя условия – ты просто бросишь меня.
Глаза Вики сделались большими.
– Ты вот так плохо про меня думаешь? – спросила она – очень жаль...
Но Лиля прекрасно понимала, что все вот эти выступившие на глаза слезы – все это картинно и наигранно. Только вот... для Вики все это легко, а для нее, Лили, совсем нет, она не сможет вот так бросить сестру. Слишком уж Вика ей дорога...
Скоро по Подпечинкам распространился слух – сестры Задорожины продают бабушкин дом и переезжают жить в город. Мнения людей разделились, судачили разное, кто-то и о Лиле был того мнения, что от осинок не родятся апельсинки, а значит, толку не будет.
– Уж поверь мне – коли сестра у ей вертихвостка, то и она сама такая же, старшая-то!
– И чего они в том городе купят? Конечно, у Ивановны дом добротный, но на эти деньги все равно в городе вряд ли че возьмешь – цены там аховые!
– Да о чем говорить?! Разбазарят деньги и будут скитаться не пришей рукав!
И только Рая Величкина, тетя Тася, да Тоня Пружинина защищали девчонок.
– Они при таких родителях умней их оказались! – звонким голосом вещала Тоня – а матке их, да отцу – позор! Девчонки сиротами прожили при них-то, здоровых!
Конечно, о своих планах по переезду, Лиля поделилась с подругой, и Светка поддержала ее, только заметила грустно:
– И как я тут без тебя буду, Лиля? Привыкла ведь к тому, что ты рядом!
– Ничего – Лиля обняла ее – я же буду к бабушке на могилку приезжать, да и вообще – ты же тоже в городе бываешь, будем встречаться.
– Володя вообще предлагает мне перебраться в город, к нему, но я пока думаю. Маму не хочу оставлять одну...
– Так она ж не одна вроде – у нее Валентин Иннокентьевич есть. Я бы на твоем месте подумала, Света. Город – это все-таки какие-никакие перспективы.
– Ох, не знаю! Володя меня все с родителями хочет познакомить, Лиля, а я оттягиваю и оттягиваю – страшно!
– Чего ж ты боишься, глупенькая? Ты же у нас красотка такая, и вообще... Они только счастливы будут, что их сын в такие руки попал!
– Они какие-то там... интеллигенты... Отец профессор, мать учитель... В общем, сложно все, понимаешь! А мы – простота... Вообще удивляюсь, как у таких «сложных» людей мог родиться такой простак, как Володя!
– Свет, вот ты же даже еще не знакома с ними, а уже боишься! Разве так можно? Может, они чудесные люди?
– Может быть... Но неспокойно мне. Ох, Лилька! Совсем ведь недавно учебу закончили, а сколько воды утекло! Вот уже и Марии Ивановны нет, и ты скоро в город переедешь.
Покупатель на дом нашелся довольно быстро – у семьи с нижней улицы дочь вышла замуж и молодой семье нужно было где-то жить, вот они и решились купить дом за ту цену, что выставила Лиля. Здесь кстати пришлась и помощь Семена Дмитриевича, который обещал провести сделку от и до, да кроме того, была договоренность – сначала девушки приобретают квартиру, а после этого уже освобождают дом.
Квартира с помощью знакомого Семена Дмитриевича, который занимался недвижимостью, тоже попалась довольно удачная и быстро. В спальном районе города уезжающие жить в другой регион продавали «двушку», а поскольку продажа была срочная, то и цена устроила Лилю настолько, что она сразу согласилась после того, как они с Викой посмотрели эту квартиру.
Таким образом у Лили даже деньги кое-какие еще оставались, и она решила, что пока они пусть полежат на вкладе – можно будет со временем и мебель какую-то присмотреть, они, конечно, много чего из дома забирали, хотя Вика и бубнила недовольно, что все это уже старье, и что в новое жилье и мебель новая нужна, но Лиля сказала, что менять они будут все постепенно.
И к зиме по Подпечинкам прокатился новый слух – скоро молодые, купившие дом Марии Ивановны переезжают туда жить, а сестры Задорожины осваивают новую квартирку в городе. И поскольку, как известно, слухами земля полнится, сразу после этого к Лиле заявилась мать. Пришла прямо в кабинет, на работу, когда Лиля вечером осталась доделать кое-какие дела. О своих планах она уже рассказала тогда Бакланову, и тот сказал, что они обязательно еще поговорят об этом, но хорошо, что Лиля его заранее предупредила, и у него есть время найти кого-нибудь на ее место. Мать пришла необычно какая-то... мягкая, покорная, что ли... Уселась на стул напротив Лили, долго мялась, прежде чем начать, а потом заявила:
– Лиль... я чего хотела-то... У тебя деньги же есть наверняка... Дом вот продала...
– Мам – Лиля укоризненно взглянула на родительницу – ты же наверняка знаешь, что я в городе для нас с Викой квартиру купила. Чего спрашиваешь про деньги?
– Да я подумала... Олежка вот в первый класс пошел. Учителя жалуются – ребенок неконтролируемый, сложный, лечить, мол, его надо... Иначе... грозит ему спецшкола, а там, сама знаешь, после нее никакого будущего. Еще, мол, не поздно все исправить, пока ему семь лет... У невропатолога надо лечиться, на учет вставать, а то, мол, никакого будущего у него не будет...
– А что ж ты раньше думала, когда он маленький был?
Мать рукой махнула:
– Да я знаю, что я виновата, Лиль! Но что теперь... коли уж так вышло, чего теперь-то? Теперь исправлять надо, понимаешь?! Я вот поездила, поузнавала – на лечение все равно деньги нужны, и сумма не маленькая... Он же брат твой, Лиля!
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.