Все части повести здесь
– Не стоит, Лиля, хотя бы потому, что помощь моя – от чистого сердца. Наши с тобой ситуации очень похожи, помнишь, я рассказывал тебе... И еще кое-что – вот возьми – он протянул ей лист из блокнота – тут написан адрес, название компании и фамилия, имя, отчество директора и главного бухгалтера, а также телефон. Как только устроишься в новой квартире – сходи туда, тебя там будут ждать на место бухгалтера. Только не сильно затягивай с этим – их сотрудник отрабатывает последний месяц, а потом уходит. Надо, чтобы она успела передать тебе дела. Компания солидная, серьезная, открылась почти в тоже время, что и мои теплицы.
Лиля даже не знала, что сказать! Она так переживала за работу, а оказывается, этот человек снова помогает ей!
Часть сорок первая
Лиля подумала о том, что охотники за тем небольшим, что осталось у них от бабушки, растут в геометрической прогрессии. Она, казалось, настолько хорошо знала свою мать, что сейчас просчитывала наперед все, что та ей скажет.
Задумчиво ходила вокруг матери, которая смотрела на нее просяще и с надеждой, а потом спросила:
– И сколько же денег тебе надо на лечение Олега?
– Ну... около ста тысяч потребуется примерно...
– Мам – Лиля усмехнулась – ты меня совсем за дурочку считаешь, что ли? А где документальное подтверждение того, что тебе нужна именно эта сумма?
– А ты что – матери собственной не веришь?! Ты думаешь, я бы стала шутить такими вещами, как здоровье сына?
Лиля вздохнула, а потом села напротив родительницы.
– У меня на сберкнижке, оформленной на мое имя, лежит вклад, остатки после покупки квартиры. Я планировала постепенно обновить мебель в новой квартире. Но я дам тебе деньги на лечение Олега – она приостановилась, наблюдая за тем, как алчно вспыхнули глаза родительницы – но только при одном условии...
– При каком? – огонек надежды тут же потух в глазах женщины.
– Ты берешь брата, едешь с ним в поликлинику в городе, к тому врачу, у которого вы стоите на учете сейчас, он дает вам направления, вы проходите полное обследование, которое у нас является бесплатным, потому что Олег все-таки ребенок, это во-первых, а во-вторых – если и нужна какая-то плата, то только по мелочам, за это ты и сама можешь заплатить. Затем вы идете в ту больницу, которая будет отвечать за лечение брата, там вам выставляют счет, ты приносишь мне этот счет, причем с печатью и подписью лечащего врача, и я этот счет оплачиваю, таким образом, у больницы будут средства на лечение Олега.
Мать застыла, а потом задала вопрос, которого Лиля, в общем-то, ожидала:
– Лиля, а к чему такие сложности?
– Мам, деньги на руки ты не получишь, потому что в этом случае они уйдут совсем не на лечение брата – в этом я больше чем уверена. И да – не вздумай натравить на меня своего Анатолия – поверь, я смогла себя обезопасить, и если он с помощью кого-то постарается нанести мне какой-то ущерб, полиция сразу будет знать, на кого ориентироваться. И твой дружок окажется там, где ему давно и место. По моему мнению, он должен быть не на свободе, хотя бы по той простой причине, что я верю – Екатерина, его жена, погибла по его вине. А с тобой он, мама, только потому, что чувствует запах денег, которые ему не принадлежат. Кроме того, он, видимо, до сих пор считает меня круглой дурой, раз решил, что я клюну на слезливые рассказы о болезни брата и дам тебе денег. Ну, скажи честно – это же он тебя ко мне послал, правда?
По реакции матери, которая отшатнулась от нее, она поняла, что это правда.
– Какая же ты, Лиля?! – покачала головой Анфиса.
На что Лиля ответила:
– Мам, психика Олега расшатана, я это знаю, он нервный, неуправляемый, злой, но ведь виновата в этом ты – ты вовремя его не лечила, думая, что все само собой пройдет, как это говорится – поизрастется, но как видишь – не прошло. Но никаких заболеваний, которые требуют, например, операции срочной, у него нет. Повторю еще раз, если ты мне принесешь выставленный от больницы счет – я после того, как все проверю, я ведь все-таки бухгалтер – оплачу его, но на руки деньги тебе не дам.
Анфиса встала и молча пошла к выходу, но у двери обернулась:
– Знаешь, все-таки я считаю, что имею право на что-то, учитывая, что вас, внучек Марии Ивановны, я все-таки родила и какое-то время растила!
– И теперь ты хочешь получить за это деньги? – спросила Лиля, улыбнувшись и приподняв брови – мам... Ты меня конечно прости, но я не слышала ничего более глупого.
– Когда-нибудь ты пожалеешь, что поступила с нами вот так...
– А ты? Ты, мама, когда пожалеешь о том, что променяла дочерей на штаны?
Ничего ей не ответив, Анфиса вышла.
Конечно, про милицию и про то, что если Анатолий попытается ей что-то сделать, то сразу попадет в тюрьму, она сказала матери просто так, на самом деле она все рассказала Семену Дмитриевичу, выразив свои опасения по этому поводу. Тот же, подумав, ответил Лиле, что скорее всего, Анатолий трусоват для подобных шагов, и кроме того, сейчас, в этом возрасте, вряд ли он хочет попасть на нары, так что скорее всего, бояться Лиле нечего. Лиля согласилась с ним, но все-таки после разговора с матерью, уверенная в том, что это он посоветовал Анфисе поговорить с ней о деньгах касательно здоровья Олега, она ждала какой-то реакции. И реакции ждала, прекрасно понимая, что опять же Анатолий будет являться тем, кто что-либо придумает в этом отношении. Анфиса простовата, у нее, так сказать, мозгов не хватит.
И реакция не замедлила появиться. Только вот Анатолий не придумал ничего лучше, как с помощью Анфисы распустить по деревне слух о том, что «Лилька, неблагодарная, отказалась помочь матери в лечении собственного брата, хотя деньги у нее есть». Особо недалекие сельчане, услышав подобное, принялись на все лады обсасывать эту новость, костеря Лилю на чем свет стоит. Ей было все равно – она уже давно привыкла не обращать внимания на глупые сплетни.
Но тут в дело вступила «тяжелая артиллерия» в виде Тони Пружининой, Раи Величкиной и тети Таси. Тоня остановилась по привычке в магазине с болтающими товарками и когда от одной из них услышала осуждение в адрес старшей сестры Задорожиных, сказала:
– А чего это будто она должна лечение Олегу обеспечивать из своих средств? Вы что, забыли, что Анфиска сама нерадивая мать, и парнишку лечила только из-под палки, когда фельдшерица наша ее буквально взашей гнала в город к врачу? Парнишка таким и вырос, а Лилька теперь, в ущерб себе, деньги ему на лечение должна давать? Вы сами-то в такой ситуации много бы дали?
Бабы тут же замолчали – острого и справедливого Тониного язычка побаивались.
За всеми хлопотами и заботами Лиля совершенно забыла о том, что хотела уточнить у Вики, откуда у нее столько денег – на поездку на море, вещи к учебе, канцелярию. Этот вопрос абсолютно выпал из ее памяти, и вспомнила она о нем только тогда, когда они собирали вещи к переезду.
Лиля с помощью Бакланова наняла машину для переезда, в упаковке и сборке вещей ей помогали Светка, тетя Рая и тетя Тася. Вика, которая училась до вечера, а потом возвращалась домой, тоже оказывала посильную помощь, с удовольствием упаковывая все необходимое. До Нового Года девушки планировали переехать и встретить праздник уже в своей квартире в городе.
Собирая свои вещи, Лиля наткнулась тут же, в комнате, на шкатулку сестры – она знала до этого, что именно в этой шкатулке хранилось бабушкино золото, и именно ее передал сестре Семен Дмитриевич. Она взяла эту красивую, деревянную вещицу в руки, надеясь полюбоваться еще раз на украшения, но открыв ее, вдруг обнаружила, что их нет. Шкатулка была пуста.
– Вика! – позвала она сестру, и когда та вошла в комнату, спросила – а где золото бабушки?
– Я его продала – Вика посмотрела прямо в глаза сестры и продолжила – Лиль, ну, во-первых, это мое золото, и я имела право делать с ним все, что захочу. Кольцо с рубином и серьги у меня взяли в ломбарде за очень хорошую цену, потому что изделия оказались старинными и дорогими. Во-вторых, ты же мне на море отказалась дать, а что я должна была делать – поехать очень хотелось?! В-третьих – у меня были еще те деньги, что я заработала в теплицах, так что сумма получилась неплохая. Ну, что ты так смотришь на меня? Кому сейчас нужна эта старина? Мне – точно нет! Я бы эти раритеты не стала носить, и они просто пылились бы в шкатулке!
Лиля плечом пожала:
– А чего ты сердишься? Я всего лишь спросила, а так ты права – конечно, это твое и кому, как ни тебе, распоряжаться этим?
– И вообще... Лиль, ну правда, неужели ты считаешь это справедливым? Мне – только золото, а тебе – все остальное?
– Мы уже говорили об этом, Вика. Хватит повторяться... Еще раз говорю – подумай о том, почему бабушка поступила именно так.
– То есть просто поделиться со мной деньгами от продажи дома и вкладом бабушки ты не хочешь?
– Этого не хотела бабушка. Если бы это было не так, она бы просто составила завещание на нас двоих.
– Получается, что с бабушкиной «доброй подачи» я теперь остаюсь без всего, а ты у нас и при квартире, и при деньгах?!
– А разве я гоню тебя на улицу, Вика?! В этой квартире мы будем жить вместе, вдвоем, пока ты учишься, я буду давать тебе некоторую сумму денег на проезд и питание, буду покупать тебе одежду и платить коммуналку. Как отучишься – сможешь зарабатывать на все это сама.
– В жизни сейчас столько возможностей, но тебе нужно сидеть в своей бухгалтерской дыре и не шевелиться!
– Почему ты так решила? Я, например, в институт планирую поступить летом, получать высшее образование, тем более, на это мне всего три года потребуется – профильное у меня уже есть...
– Да я не об этом, Лиля! А жить когда? Развлекаться? Встречаться с парнями? Ходить по клубам, в театр, с подругами в кафе?!
– Вика, все это хорошо делать, когда есть средства и перспективы в жизни. А про парней я вообще молчу. Ты можешь встречаться с кем угодно, а я еще помню, что получилось из нашей семьи. Не хочу – больно это слишком!
– Лиль, тебе уже двадцать лет, а ты еще девственница, и я уверена, даже ни разу не целовалась! Это ненормально!
– Ты считаешь нормальным потерять девственность в семнадцать? Странные понятия о нормальности или ненормальности... И вообще – зачем ты далеко заходишь?
– Просто я не знаю, как переубедить тебя начать жить по-другому!
– Моя жизнь меня вполне устраивает...
Они так ни до чего и не договорились. Света тоже осторожно намекает на то, что у нее, Лили, должна быть личная жизнь. А ей как-то не хочется этой пресловутой личной жизни. У нее есть работа, она ходит в кино и театры, когда ездит с подругой в город, у нее есть Светка, тетя Рая, тетя Тася – большего ей пока не надо. Еще не встретился на ее пути тот, кому она могла бы поверить и с ее избирательностью, наверное и встретится не скоро, или вообще тому не бывать. Ну и пусть... Лучше так, чем жить, как отец и мать...
До переезда оставалось несколько дней – на работе Лиля уже обучала новенькую, которую брали на ее место. Бакланов в один из дней вызвал Лилю к себе.
– Лиля – сказал он, как всегда, спокойно – ты хороший человек и неплохой специалист, хотя еще и молодой... Кроме того, сколько я тебя знаю – ты очень сильная личность, другая бы при таких условиях уже давно сломалась. Так вот, я хотел тебе сказать, что если захочешь – можешь в любой момент сюда вернуться. Для тебя у меня или в теплицах, или на производстве, или в кафе всегда найдется место бухгалтера.
– Спасибо вам, Борис Григорьевич – поблагодарила его Лиля – вы всегда так мне помогали! Я обязательно отблагодарю вас за вашу доброту!
– Не стоит, Лиля, хотя бы потому, что помощь моя – от чистого сердца. Наши с тобой ситуации очень похожи, помнишь, я рассказывал тебе... И еще кое-что – вот возьми – он протянул ей лист из блокнота – тут написан адрес, название компании и фамилия, имя, отчество директора и главного бухгалтера, а также телефон. Как только устроишься в новой квартире – сходи туда, тебя там будут ждать на место бухгалтера. Только не сильно затягивай с этим – их сотрудник отрабатывает последний месяц, а потом уходит. Надо, чтобы она успела передать тебе дела. Компания солидная, серьезная, открылась почти в тоже время, что и мои теплицы.
Лиля даже не знала, что сказать! Она так переживала за работу, а оказывается, этот человек снова помогает ей!
– Ваша помощь просто бесценна – произнесла Лиля – спасибо вам огромное, я никогда не забуду, что в моей жизни был такой человек, как вы.
Он подмигнул ей:
– Как будешь в наших краях – обязательно заходи! Все будут рады.
Когда все вещи были собраны и запакованы, в один из вечеров сестра вдруг сказала ей:
– Лилька, слушай! У меня есть превосходная идея! Давай, как только устроимся в новой квартире – сделаем новоселье! Так ведь все делают, ну, чтобы на новом месте жилось хорошо! И позовем всех наших знакомых!
Она смотрела на сестру, ожидая, что та примет это ее предложение в штыки, но Лиля вдруг сказала:
– Ты молодец, Вика! Конечно, давай так и сделаем – новоселье обязательно нужно будет организовать!
В день накануне переезда около ворот дома остановилась машина отца. Он постучал в ворота, вошел во двор, по привычке тщательно очищенный Лилей от снега и спросил хмуро:
– В дом-то пригласишь? Разговор есть.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.