Валентина Сергеевна Морозова всегда считала себя женщиной предсказуемой — работа, дом, семья и всё по кругу, как белка в колесе. Сорок три года размеренной жизни, двадцать лет замужества, двое детей-студентов и должность заместителя директора крупной торговой сети. Казалось бы, что ещё нужно для счастья?
Последний месяц был очень трудный. Открытие нового филиала висело дамокловым мечом над всем коллективом, а на неё, как на заместителя, свалились все организационные проблемы. Валя работала по четырнадцать часов в сутки, приползала домой как выжатый лимон и падала в кровать рядом с храпящим Геннадием.
— Валька, ты совсем того! — возмущалась её подруга Люся в телефонной трубке. — Когда последний раз отдыхала? На собственной свадьбе?
— Люсь, не начинай... У меня отчёт до понедельника, а поставщики...
— Никаких поставщиков! Завтра пятница, берёшь выходной и едешь на дачу. Подышишь свежим воздухом, в гамаке полежишь.
Валя мысленно перебрала свои планы на выходные. Стирка, уборка, готовка на неделю вперёд... И вдруг что-то внутри неё взбунтовалось.
— А знаешь что? Поеду! Надоело быть вечно загнанной лошадью.
Геннадий как раз собирался в очередную командировку — в Воронеж на какую-то строительную выставку. За двадцать лет брака эти поездки стали привычными. Он работал прорабом в крупной фирме, постоянно мотался по объектам.
— Ген, я на выходные на отдыхать рвану, — сообщила она мужу, запихивая в сумку случайные вещи.
— Угу, хорошо, — проворчал он, не отрываясь от телевизора. — Я в воскресенье вечером буду.
Дача находилась в сорока километрах от города, в садоводческом товариществе «Ромашка». Небольшой домик достался им от Гениных родителей, и Валя его обожала. Здесь можно было забыть о служебных интригах и просто быть собой.
Гена уехал вечером.
Пятничным утром Валя села в свою «Ладу» и покатила по знакомой дороге. Душа пела — впереди свобода! Можно поспать до десяти, почитать книжку, которая месяц пылилась на тумбочке, приготовить что-нибудь вкусненькое...
Но то, что она увидела, въехав во двор дачи, заставило её сердце забиться как бешеное.
На её любимой лавочке под яблоней сидел... Геннадий. Её муж, который должен был находиться в Воронеже за триста километров отсюда. А рядом с ним — стройная блондинка лет тридцати в коротенькой юбочке и розовой кофточке. Они о чём-то мило беседовали, а девица игриво хихикала.
Валя выключила двигатель дрожащими руками. В голове творился полный хаос. Неужели... неужели её Геннадий, этот мешок с картошкой, который по вечерам сопел в кресле перед телевизором, завёл роман?!
Она вышла из машины, хлопнув дверцей погромче. Геннадий подпрыгнул, как ужаленный, и его лицо приобрело цвет перезрелого помидора.
— Валь... Валька! А ты чего... как...
— А я, Геннадий Петрович, приехала на дачу отдохнуть, — произнесла Валя суровым тоном. — А ты разве не в командировке? В Воронеже на выставке?
Девица захлопала накрашенными ресницами и неуверенно улыбнулась:
— А вы, наверное, Валентина Сергеевна? Генчик столько про вас рассказывал...
— Генчик?! — Валя почувствовала, как внутри неё закипает лава. — Это кто такой — Генчик?
Геннадий нервно покашлял и начал мяться:
— Валь, это не то, что ты думаешь... Это Алёна, дочка нашего главного архитектора. Она... э-э... помогает мне с одним делом.
— Помогает? На даче? В выходные? — голос Вали повышался с каждым словом. — А чем?
Алёна вскочила с лавочки и затараторила:
— Валентина Сергеевна, вы не подумайте ничего плохого! Геннадий Петрович просто показывает мне, как презентации для папы делать. У нас проект по вашей даче...
— По МОЕЙ даче?! — взвизгнула Валя.
Тут Геннадий окончательно покраснел и начал выдавать такую абракадабру, что даже самый креативный сценарист позавидовал бы:
— Валь, слушай... Дело в том, что Борис Аркадьевич, Алёнкин папа, хочет купить участок рядом с нашим. И мы думали... то есть я думал... а точнее, нам предложили...
— Предложили что? — прошипела Валя, скрестив руки на груди.
— Предложили продать нашу дачу, — выпалил Геннадий. — За очень хорошие деньги! Борис Аркадьевич хочет объединить участки и построить коттедж для дочки.
Валя почувствовала, как земля уходит из-под ног. ЕЁ дачу? Продать? Место, где она находила покой, где проводила лучшие выходные, где каждое дерево было посажено её руками?
— И ты решил это без меня? С... с этой особой? — она указала на Алёну, которая старательно изображала невинность.
— Валентина Сергеевна, — вмешалась блондинка, — мы же не хотели вас расстраивать! Генчик сказал, что вы очень устали на работе, и решил взять переговоры на себя.
— ГЕНЧИК сказал! — взорвалась Валя. — За двадцать лет брака он ни разу не принял решения сложнее выбора сорта колбасы, а тут вдруг стал заботливым мужем!
Геннадий попытался встать с лавочки, но ноги его предательски подкосились.
— Валь, пойми, деньги очень большие. Мы сможем их вложить в покупку квартир детям, съездить наконец в отпуск...
— В отпуск?! — Валя была уже на грани истерики. — А может, ты собирался поехать в этот отпуск с своим консультантом?
Алёна возмущённо всплеснула руками:
— Да вы что! Мы же только по делу! Генчик — очень порядочный мужчина!
— Генчик, — медленно проговорила Валя, — сейчас же объясни мне, что здесь происходит. И говори правду, а то я эту презентацию твоей молодой помощнице в другом месте покажу.
Геннадий обречённо вздохнул. Когда Валя переходила на такой тон, спорить было бесполезно.
— Хорошо, — пробормотал он. — Борис Аркадьевич действительно хочет купить участок. Предлагает три миллиона. И да, мы с Алёной хотим оформить всё красиво для её папы. И больше ничего!
— А почему не в городе? Почему здесь, тайком от меня?
— Потому что... — Геннадий замялся. — Потому что знал, что ты не согласишься. Ты же эту дачу больше меня любишь.
Валя растерянно опустилась на крыльцо. Да, она любила дачу. Но ещё больше её ранило то, что муж принял такое важное решение без неё, да ещё и в компании молоденькой девицы.
— Три миллиона... — прошептала она. — Это действительно большие деньги.
— Валентина Сергеевна, — осторожно подала голос Алёна, — а можно я кое-что покажу? Мы составили план будущего коттеджа. Очень красиво получается.
Она включила презентацию. На экране появился проект роскошного двухэтажного дома с бассейном, беседками и ландшафтным дизайном.
— Видите, какая красота будет! А деньги вам пригодятся, вы же так устаёте на работе...
Валя внимательно рассматривала картинки. Действительно, проект впечатляющий. И деньги... На три миллиона можно решить много проблем.
— Хорошо, — неожиданно для всех сказала она. — Я согласна.
Геннадий и Алёна переглянулись с облегчением.
— Но! — подняла палец Валя. — С условием. Я хочу встретиться с Борисом Аркадьевичем лично и обсудить все детали. Без посредников, — она многозначительно посмотрела на блондинку.
— Конечно! — обрадовался Геннадий. — Можно завтра.
— Отлично. А пока — Алёна, дорогая, мне нужно поговорить с мужем наедине.
Блондинка поспешно собрала вещи и убежала, бормоча что-то про срочные дела.
Когда они остались одни, Валя долго молча смотрела на Геннадия.
— Двадцать лет, Гена, — наконец сказала она. — Двадцать лет я думала, что знаю тебя как облупленного. А ты оказывается, способен на тайные переговоры с молоденькими девочками.
— Валь, ну что ты! Никаких там... Она действительно просто помогает!
— Знаю я эту помощь. Ладно, — махнула рукой Валя. — Будем считать, что это урок для нас обоих. Ты понял, что важные решения нужно принимать вместе. А я поняла, что пора меньше работать и больше внимания уделять семье.
— Значит, не сердишься?
Валя улыбнулась.
— Сержусь. Но дача того не стоит. Главное — мы с тобой. А дом можно купить и другой.
Вечером они сидели на той самой лавочке под яблоней, пили чай и строили планы на будущее. Три миллиона открывали много возможностей.