Одно как лебедь воздушно,
Другое – как крутая гора.
Но в обеих – искусство,
Окунуться всем спешно пора.
В Казани, с недавних пор по разные берега озера Кабан находятся два разных брата-театра, но показывают в них одно-искусство. Но начать стоит с площади театра Камала.
Площадь театра имени Камала растянулась по оси с северо-востока по юго-запад. С одной стороны площади – озеро, по которому рассекали одинокие быстроходные катера, на правом берегу – очертания Старо-Татарской Слободы, на левом – обращало на себя внимание крыша «Баскет-холла» в форме тюбетейки. На противоположной стороне – воздушный «брат» нынешнего здания театра им. Камала. С другой стороны площади, через оживленную трассу - величавые колонны здание одного из факультетов Казанского Федерального (Приволжского) Университета - Института филологии и межкультурной коммуникации.
на ней чудесные лавочки, играющие фонтаны и скульптурная композиция «Загадки Шурале», подарок городу от компании «Мегафон». Автором композиции является казанский скульптур А. Миннуллина. Эта бронзовая композиция представляет собой сидящих на бревне героев сказки Батыра и Шурале - мифическое существо татарских сказок, горбатое с небольшим рогом на лбу, любит шутить и проказничать. Создана скульптурная композиция по мотивам сказки великого народного татарского поэта Габдуллы Тукая. У памятника тут же появилось поверье, каждому, кто к нему придет, он подарит счастье и отличное настроение.
Новое здание Театра им. Камала
В один из дней, мы оказались в новом здании Татарского государственного академического театра имени Галиасгара Камала, построенное всего за два года по совместному проекту японского и российского архитектурных бюро. Здание похоже на готовящийся к взлету звездолет пришельцев. В архитектуре здания выделяются треугольники — наклонную крышу у старого и множество острых стеклянных углов у нового, рождающих самые разные ассоциации — не только фантастические. Можно увидеть, например, рифму с традиционными японскими бумажными журавликами.
Мы пришли посмотреть спектакль «Угасшие звезды» на татарском языке, но с синхронным переводом на русский. Спектакль появился еще в 1970-х. Это татарская классика по пьесе местного драматурга Карима Тинчурина. Именно это и подкупало. Аутентичность. Сие мероприятие проходило в большом зале, на креслах располагались специальные гнезда для наушников, сами же наушники необходимо было брать под залог.
Минимум декораций, много отрытого пространства. На сцену к микрофону с книгой в руке подошла прекрасная девушка и стала читать. В ухе, с задержкой в пару секунд раздался нежный голос переводчицы. Интересные ощущения. А после началось основное действо спектакля.
Спектакль полон этнографическими деталями. Тут нет четкого антагониста. Сарвар и Исмагилю противостоит не горбун Надир Махдум и даже не неграмотная старуха-знахарка, все куда масштабней: война, невежество, стечение обстоятельств – все это приводит «звезд» к гибели. «Угасшие «звезды» больше никогда не вспыхнут. В спектакле отлично переплетаются жанры: мелодрама, драма, комедия – все вместе почти античная трагедия. Вначале кажется, что артисты где-то недотягивают до должного уровня, но в дальнейшем бутон раскрывается, краски становятся ярче, активно погружая зрителя в происходящее, ты забываешь об языке – чаруют действия. Здесь поют, танцуют, плачут, смеются, любят, умирают… Спектакль заканчивается тем же, чем и начинался: микрофон, книга, главная героиня читает.
Музыкальный, трогательный, трагичный и местами очень наивный. Аутентичность в каждой сцене. А еще весьма познавательный для туриста. Теперь хочется отметить народный татарский праздник гусиного пера.
Внутри театра – воздушно, легко, светло (в том числе и за счет стеклянной крыши в фойе) и богато. Складывается ощущение, что ты где-то во дворце, вокруг позолота, много зеркал, которые увеличивают визуально пространство, а практически невесомая, тонкая волнообразная деревянная (хотя, согласно противопожарным правилам, некоторые деревянные элементы заменены металлическими) конструкция на потолке фойе в виде паруса с подсветкой, предает легкость и воздушность помещению. Во всем чувствуется национальный колорит.
Источником вдохновения для архитекторов вновь послужило озеро Кабан: они объединили инновационные архитектурные решения с элементами традиционной татарской культуры. Треугольники фасада из стекла и алюминия отсылают к редкому природному явлению «ледяные цветы» — кристаллы льда образуются на водной поверхности, если сухой воздух имеет температуру намного меньше, чем у воды.
Металлические 16 стен-лепестков золотистого и серебристого цветов в центральном холле служат оформлением входной группы у четырех залов. Днем за счет солнечного света они переливаются, а вечером — подсвечиваются. Орнаменты для стен подготовила народный художник РТ Наиля Кумысникова, вдохновившись традиционными татарскими женскими украшениями. Можно сказать, точно - японский минимализм растворяется в тюркской роскоши и витиеватости.
Общественное пространство сегментировано непривычно: помимо общего фойе есть свои у трех залов, и их оформление отличается — это все тот же традиционный орнамент в позолоте, но где-то более тонкий, а где-то более объемный. Кроме того, у этих залов автономная инфраструктура: свои гримерки, буфеты, туалеты. Иными словами, три театра в одном, а в придачу камерный зал с панорамными окнами на набережного Кабана.
Пространство украшают и иные атрибуты: витрины с всеразличными театральными наградами; молочный, официальный бюст классика татарской драматургии, писателя, публициста, издателя, основоположника татарского театра, народного драматурга ТАССР, Героя труда, в честь которого назван театр - Галиасгара Камала; прозрачные витрины с театральными костюмами; выставка, посвящённая Габдулле Тукаю; скульптурная композиция, основателю первой профессиональной татарской театральной труппы Ильясу Кудашеву-Ашказарскому, где Ильяс запечатлен молодым, в национальной одежде и держащегося за стул (перенесен с исторического здания сюда).
Поздним вечером, театр выглядит еще эффектней: острые ледяные треугольные шпили переливаются на фоне воды, ночных огней набережной, закатывающегося солнца на малооблачном небосклоне.
Старое (историческое) здание театра им. Камала
В старом здании пока тоже идут спектакли. Но после окончательного переноса всего репертуара там планируется реконструкция, а затем здание театра, скорее всего, займет другая труппа, но какая, в Казани точно еще не решили. Предлагали театру им. К. Тинчурина, но по слухам, тот решительно отказался, предпочтя, остаться в своем маленьком, скромном жилище.
В эту поездку удалось побывать внутри и старого здания, но не с главного входа, а со служебного. Для этого пришлось приобрести билеты экскурсию на крышу. Но начиналась сие прекрасное мероприятие не в самом театре, а, на первый взгляд, в малозаметном здании напротив по адресу: улица Татарстан, 8.
Нынче тут мультимедийный комплекс истории татарского театра «Шәрык клубы» («Восточный клуб»), который открыл Театр имени Камала.
Это трехэтажный доходный дом построен в начале XX века на средства Абдул-Карима Апанаева. Здесь в 1910-1917 гг. находился "Восточный клуб", созданный 1 декабря 1907 года татарской интеллигенцией в целях пропаганды и развития национального театра, литературы, музыки. Как рассказывала экскурсовод, на первом этаже располагались правление клуба, гардероб и касса, а на втором – зрительный зал на 150 человек с просторной сценой, комната для игры в лото и русско-мусульманская библиотека с читальней. Руководил клубом совет старшин, председателем которого долгие годы был известный просветитель Ибрагим Валиуллович Терегулов. Кроме него в совет входили: историк Г. Ахмеров, языковед М. Курбангалеев, драматурги Г. Камал и Г. Кулахметов, писатель Ф. Сайфи, журналисты Г. Карам, А. Мустафин, А. Урманчеев, А.- Г.Хасани, Г. Шараф, Ш. Ахмеров.
"Восточный клуб" проводил лекции, диспуты, концерты, ставил спектакли, в том числе и на русском языке, организовывал различные праздничные мероприятия. В разные годы в работе клуба принимали участие: литераторы Г. Тукай, Ф. Амирхан, Г. Камал, С. Раиев, Г. Кулахметов, С. Рахманкулов, Н. Юшков; артисты Г. Кариев, С. Гизатуллина-Волжская, В. Муртазин-Иманский, музыканты В. Апанаев, И. Галиакберов, Г. Зайпин, И. Козлов, Г. Трейтер. Поговаривают, что даже Максим Горький (тогда еще Алексей Пешков) заглядывал сюда, но ныне это нигде не задокументировано.
Экскурсия начиналась с первого этажа, где главной фишкой являлась мультимедийная доска, смысл которой заключался в том, чтобы турист, схватив крупную карточку с известной татарской личностью, связанной с театром, подставить в специальное поле на белом столе, и «картинка» оживет. Начнется история, сам герой будет рассказывать о себе, весьма необычно.
А далее соседняя комната, где также в мультимедийном формате рассказывают о становлении татарского театра.
Основателем первой профессиональной татарской театральной труппы является оренбургский учитель Ильяс Кудашев-Ашказарский. Со спектаклем по пьесе Александра Островского "В чужом пиру похмелье" в переводе на татарский язык передвижная труппа Сайяр» (арабское заимствование в переводе означает «странник») впервые выезжает на гастроли по городам Российской империи. Позднее в труппу был принят артист, режиссер Габдулла Кариев, ставший ее руководителем и еще при жизни названный "отцом татарского театра". В 1907 году в труппу пришла Сахибжамал Гиззатуллина-Волжская, первая женщина, взошедшая на сценические подмостки не только в театрах тюркоязычных народов, но и во всём мусульманском мире. В собственное помещение в клубе «Шәрык» труппа переехала в 1911 году и до 1915 года работали. С началом Первой мировой войны труппе пришлось отдать здание госпиталю, а спектакли снова показывать в разных домах Казани. В их числе был особняк второй половины XIX века на улице Большой Лядской, сейчас — Горького, 13, где после революций и Гражданской войны будущий татарский академический театр обосновался на полвека, до 1987 года. Ныне в нем другой татарский театр — драмы и комедии имени Карима Тинчурина.
В 1912 году из труппы «Сайяр» уходит С. Гиззатуллина-Волжская и формирует в Уфе вторую татарскую труппу «Нур» («Луч»). В 1915 году Валиулла Муртазин-Иманский организовывает в Оренбурге третью татарскую труппу «Ширкат» («Товарищество»), где начинают свой путь Халиль Абжалилов и Фатыма Ильская. Позднее татарские театры организовывались в городах Москве, Астрахани, Баку, Троицке, Уральске, Свердловске, Челябинске, Санкт-Петербурге и других городах. Татарские артисты и режиссеры оказывали большую помощь в создании национальных театров республик Средней Азии, Казахстана, а также многих других народов тюркского мира. В труппу «Сайяр» приходят новые силы: Гульсум Болгарская, Карим Тинчурин, Нагима Таждарова, Нафига Арапова, в 1917 году из города Санкт–Петербурга была приглашена Ашраф Синяева, окончившая драматическую школу при Императорском Александринском театре.
В годы Гражданской войны татарские актеры участвуют во фронтовых агитбригадах. В 1920 году ушел из жизни Габдулла Кариев, годом раньше – Габдрахман Мангушев, из–за болезней, полученных на Гражданской войне, была вынуждена уйти со сцены Сахибжамал Гиззатуллина-Волжская. Часть актеров переезжает в Уфу, часть – в Астрахань, некоторые актеры навсегда уходят из театра. В 1922 году решением Наркомпроса из трупп «Сайяр», «Нур» и фронтовых бригад формируется «Первый государственный показательный драматический татарский театр имени Красного Октября». Правительство Татарской республики приглашает возглавить театр ученика Габдуллы Кариева, драматурга, актера, театрального педагога и режиссера Карима Тинчурина. Первым делом новый художественный руководитель начинает формировать труппу. Из Оренбурга приезжают его ученики по Самарской студии – актер Мифтах Абсалямов, актер и драматург Тази Гиззат, актер и режиссер Асгат Мазитов.
В 1926 году Каримом Тинчуриным были написаны и в том же году поставлены два шедевра национальной драматургии – музыкальная драма «Голубая шаль» (в соавторстве с композитором С. Сайдашевым) и сатирическая комедия «Без ветрил». В конце 1930-х годов, в период сталинских репрессий, театр несет огромные потери. Погибают в застенках НКВД драматурги Фатых Сайфи-Казанлы, Фатхи Бурнаш, Ахмет-Тажетдин Рахманкулов, Карим Тинчурин, выдающийся актер и режиссер Мухтар Мутин, подвергаются репрессиям режиссер Гали Ильясов, драматург Мирсай Амир; режиссер Гумер Исмагилов, спасаясь от ареста, навсегда покидает Казань. Многие драматурги отходят от писательской деятельности. В 1933 году умирает классик и родоначальник татарской драматургии и театра Галиасгар Камал. В 1939 году в честь 60–летия классика и родоначальника татарской драматургии и театра Галиасгара Камала театру присуждается его имя.
Говоря о театре, нельзя не упомянуть и Габдуллу Тукая. В казанское окружение Тукая входили основоположники и актёры татарского театра, поэт много времени проводил с артистами труппы «Сайяр» и её руководителем Габдуллой Кариевым. Первой профессиональной актрисе Сахибджамал Гиззатуллиной-Волжской Тукай посвятил два стихотворения. Часто его видели в знаменитом «Шарык-Клубы», где проходили встречи, лекции, музыкальные вечера, театральные представления. 15 апреля 1909 года Габдулла Тукай выступил здесь с лекцией о народном творчестве. Произошло это случайно. Однажды поэт в шутку сказал приятелю-журналисту, что намерен читать лекцию. А тот взял и напечатал заметку в газете. Опровергнуть Тукай посчитал неудобным и, наскоро подготовившись, решил выступить… Поскольку он несколько лет собирал народные песни и баиты, то лекция прошла блестяще, а её текст позже издали отдельной книгой.
Экскурсия продолжалась. На втором этаже нас ждала костюмерная, а пока поднимались по лестнице, рассматривали афиши того времени, как на татарском, там и русском языках. Любопытное на них был еще то, что после спектакля предлагались танцы. Сейчас такого нигде и не встретишь, пожалуй.
Некоторые костюмы можно было померить, почувствовать себя артистом, так сказать. А далее нагрянул третий этаж, где нам показали два отрывка из спектаклей татарского театра. Но не просто на пленке, а голограммой. Технологии!
А вот дальше нас ожидало самое интересное – крыша! Но не здесь, а там - в старом, выстроенным в стиле советского брутализма, обыгрывающий национальные мотивы декор, здании Театра им. Камала.
«Парус» - кодовое слово крыши театра. По одной из версий, архитекторы старались придать своему детищу вид корабля и знаменитая наклонная крыша символизирует парус, по другой - сотрудники театра необычное строение здания объясняют практическими целями — в крыше спрятаны механизмы, обслуживающие сценические декорации. Таким образом, что у здания две крыши – одна плоская, вторая-наклонная. Как-то не было — это один из самых узнаваемых символов города.
На служебном входе в театр нас ожидал охранник, продемонстрировав ему паспорта, мы прошли внутрь. Помещение мне напомнило наши советские НИИ: длинный коридор с кабинетами – тут бухгалтерия и отдел кадров размещались, доска объявлений для сотрудников и афиша. Нам нужен был единственный лифт, который мог впустить только трех человек одновременно. Лифт скрипел, но ехал, достигнув последнего этажа, далее, нужно было, подобно Винни-Пуху, нырнуть в маленькую дверь и оказаться на крыше.
Открывшиеся панорама восхищала. Гид попросила быть аккуратным, по причине того, что можно было навернуться. Все телодвижения совершались возле «паруса», по кругу. С одной стороны – уже знакомые очертания Старо-Татарской слободы, озера и младшего «брата», с другой – широченная улица Татарстан, с советскими жилыми многоэтажками вдоль шоссе.
Прямо на нас глядело трехэтажное протяжённое угловое здание со скошенным углом, которое венчает башенка с символом Казани, Зилантом– некогда гостиница «Булгар». Весьма культовая в свое время. Утраченное и воссозданное вновь историческое здание в Казани было построено во второй половине XIX века, в Старо-Татарской слободе, нынче на углу улиц Татарстан и Московской, дом 14/59. Здание строили как доходный дом в 1866 году по проекту архитектора П. И. Романова по заказу купца Ибрагима Исхаковича Апакова. Гостиница «Булгар» располагалась в части дома, которую арендовал Фаткулла Ахмадуллин. Номера были популярны среди татарской интеллигенции. На первом этаже находились лавки и издательство «Магариф» («Просвещение»). Татарский поэт Габдулла Тукай проживал в этой гостинице с 1907 по 1912 год, создав за это время целый ряд своих лучших произведений. В 1909—1914 гг. в номерах жил артист и режиссёр Валиулла Муртазин. Среди других известных постояльцев — революционер Мулланур Вахитов, поэт Сагит Рамиев, историк Габдельбари Баттал. Кроме того, в здании действовали типография братьев Шараф «Урняк», редакции газет «Эль-Ислах» («Реформа»), «Юлдуз» («Звезда»), юмористического журнала «Ялт-Йолт» («Зарница»).
Несмотря на протесты общественности, историческое здание было полностью снесено в 2008 году для строительства жилого комплекса и заменено новоделом, воспроизводящим облик фасадов. При этом новое здание имеет иную планировку и массивную многоэтажную остеклённую надстройку со стороны двора. Надстройка выглядит как инородное тело.
С другой стороны открывалась площадь Тукая, колокольня Богоявленского собора, советское монументальное здание, построенное в 1949–1951 годах по проекту архитекторов Искандера Валеева, Павла Саначина, Георгия Солдатова, нынче в нем Институт международных отношений, а когда-то административное здание Казанского районного управления энергетического хозяйства «Казэнерго».
С иного ракурса – административное современное здание «Татэнерго», шпиль здания «bilyar palace отеля», а также 26-этажный жилой дом-призма «Clover House», но больше мы разговаривали о культуре.
К этому времени я уже успел приобрести книжку Габдуллы Тукая, Мусы Джалиля, Хади Такташа – все «Татарское книжное издательство». Гид одобрила мой выбор, сказав, что Такташ это татарский Маяковский и писать он начал раньше его. Заявила, что драматургия слабая у татар, а вот проза и поэзия на хорошем уровне, правда, не у всех и порекомендовала список, на ее взгляд, отличных литераторов и покупать советовала в «Татарском книжном издательстве» - так существенно дешевле, что правда!
Вот список: Ркаил Рафаилович Зайдуллин (псевдоним — Ркаил Зайдулла), Ахмед Сафиевич Файзи, Фатих Амирхан, Еникеев Амирхан Нигметзянович, Зульфат Хаким.
На этой ноте мы простились и поехали обратно на скрипучем, тесном лифте назад. Экскурсия на крыше выдалась что надо!
На этой культурной ноте, пожалуй, буду закругляться.
Спасибо, что дочитали до конца.
Подписывайтесь на мой канал, я обещаю Вас радовать новыми очерками.