В первоуральской больнице 29-летняя Екатерина Ямщикова провела неделю без точной диагностики аппендицита. Согласно медицинскому заключению, смерть наступила из-за острого аппендицита, осложненного генерализованным перитонитом.
Трагические события развернулись 12 марта 2019 года. Екатерина проснулась рано утром с приступом острой боли в животе, вскоре начались рвотные позывы. Никакие лекарства не приносили облегчения, поэтому она попросила мужа Александра вызвать скорую помощь.
Прибывшая бригада доставила пациентку в хирургическое отделение городской больницы № 1 Первоуральска с подозрением на острый аппендицит.
Александр Филипов, муж Екатерины:
— К ней не подходили около трех часов. Она постоянно писала мне сообщения, жаловалась на отсутствие помощи и просила забрать ее. Я был с детьми и попросил свою сестру позвонить в больницу и попытаться добиться реакции от врачей. Ей потребовалось несколько попыток, чтобы дозвониться, и когда ей ответили, ей сказали, что не стоит беспокоиться, так как она находится в больнице, где рядом врачи.
После этого, по словам близких, к Екатерине прибыла группа врачей, которые провели осмотр, направили на УЗИ и сообщили о переводе в гинекологическое отделение. Причиной назвали сильное воспаление в матке, а аппендицит, по их словам, не был подтвержден.
Екатерина постоянно сообщала мужу о своем ухудшении: боли в животе не утихали, периодически возвращалась рвота, сохранялась высокая температура.
Наталья Кондратова, сестра Александра:
— Все эти дни я поддерживала с ней связь. Я знаю, что ей постоянно пытались сбить температуру, но она оставалась в пределах 37,5–38 градусов. Она жаловалась на невыносимую боль, которую не пожелаешь врагу. Обезболивающие уколы были единственным облегчением. Затем Екатерине сделали прокол заднего свода влагалища и из матки удалили 20 мл жидкости – болезненная процедура. После этого боль внизу живота исчезла, но дискомфорт переместился выше.
При этом Наталья утверждает, что врачи не давали четких диагнозов.
17 марта Екатерина сообщила родным о предстоящей лапароскопии – малоинвазивной операции для установления причины продолжающихся болей.
В тот же день она пригласила мужа с детьми в больницу. Александр вспоминает, что тогда почувствовал неладное: всегда жизнерадостная Екатерина выглядела грустной и подавленной. «Она обняла и поцеловала сыновей, потом меня, и буквально через минуту ушла», – рассказывает Александр. После этого он безуспешно пытался связаться с женой по телефону, а поздним вечером она ответила, плача.
Позже подруги Екатерины рассказали Александру, что она писала им о страхе, что ее могут навредить в больнице и что она не выйдет оттуда.
18 марта, в день операции, женщина перестала выходить на связь. Обеспокоенные родственники не могли связаться с ней и с больницей. Лишь поздно вечером Наталье удалось поговорить с сотрудником хирургического отделения, который сообщил о переводе Екатерины в реанимацию после операции.
Александр Филипов, муж Екатерины:
— Мне сказали приехать к 10:00. Я привез детей и оказался там, ничего не подозревая. Меня сразу отвели в отдельный кабинет и сообщили, что врачи сделали все возможное, но моей жены больше нет. Она умерла в 6 утра. Никаких подробностей мне не сообщили, я был в состоянии шока. Не помню, как вышел из больницы и как добрался до дома. Но я никогда не забуду глаза моего старшего сына, которому пришлось сказать, что мама ушла навсегда. Младший, которому всего пять месяцев, ищет ее повсюду.
Через несколько дней Александру выдали медицинское свидетельство о смерти, в котором патологоанатом указал на острый аппендицит с генерализованным перитонитом как причину смерти. Также было отмечено, что период между началом патологического процесса и смертью составил около семи дней – именно столько времени женщина провела в больнице.
Попытки родственников получить разъяснения от медиков не увенчались успехом, поэтому к решению вопроса подключились журналисты. Вместе с Александром и Натальей репортеры посетили первоуральскую городскую больницу. В хирургическом отделении удалось встретить Александра Сабанова, который отказался отвечать на вопросы. Других представителей администрации в тот день найти не удалось.
При повторном визите родственников их согласилась принять заместитель главврача по хирургии Татьяна Барвиюк. Она заявила, что лечение проводилось в соответствии со всеми стандартами, основываясь на изучении истории болезни. По ее словам, Екатерину ежедневно осматривали хирурги, гинекологи и терапевты, проводилась антибактериальная и инфузионная терапия. В первые дни применяли три вида антибиотиков, поэтому обвинять врачей в бездействии необоснованно. Лечение велось по поводу гинекологической патологии, и наблюдалась положительная динамика.
Сообщается, что аппендикс Екатерины имел необычное расположение – в малом тазу. «Изначально был диагностирован перитонит, обнаруженный гинекологами, а затем произошел рецидив», – пояснили врачи.
Барвиюк утверждает, что воспаление аппендикса развилось не за семь дней, а максимум за последние два.
Татьяна Барвиюк, зам. главврача по хирургии:
— Аппендицит был в какой-то степени исключен, на первый план вышла гинекология – воспаление малого таза. 16 марта состояние ухудшилось, и мы решили провести лапароскопию, в результате которой был поставлен диагноз аппендицит. Была проведена операция, которая прошла без осложнений. Пациентка была переведена в реанимацию для наблюдения. К сожалению, ее врожденная патология, поликистоз почек, спровоцировала острую почечную недостаточность, которая привела к летальному исходу.
Барвиюк добавила, что без этой патологии исход мог быть другим.
Родственники покойной не верят в объяснения медиков, считая, что они придумали «вымышленную историю», чтобы избежать ответственности за смерть молодой матери. По их словам, Екатерина была здорова, а поликистоз почек не проявлялся. «Почему тогда есть справка от патологоанатома, где указан диагноз аппендицит? Мы не верим ни одному слову и будем добиваться справедливости», – подытожила Наталья Кондратова.