Солнце ласково грело спину, а запах шашлыка смешивался со сладким ароматом яблоневого цвета. Маргарита накрывала на стол, украдкой поглядывая на детей, которые смеялись у бассейна. Сергей, её муж, с важным видом переворачивал мясо, изображая из себя шеф-повара.
— Ну что, скоро будем пробовать? – крикнула она.
— Ещё пять минут, – буркнул Сергей, – пусть зарумянится.
Маргарита улыбнулась. Они купили эту дачу пять лет назад, вложили в неё все сбережения, но оно того стоило. Здесь было их место силы, где не было работы, кредитов и бесконечных проблем.
И тут раздался резкий звук тормозов.
Из старой «Лады» вылезла Лидия Петровна, свекровь Маргариты. За ней ковылял Андрей, младший брат Сергея – в помятой футболке, с красными глазами.
— О, пируете? – Лидия Петровна окинула стол презрительным взглядом. – А мы вот голодные.
Маргарита почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Мама, мы вас не ждали… – осторожно начал Сергей.
— А я должна предупреждать? – свекровь фыркнула. – Это же моя дача, в конце концов!
Маргарита резко подняла голову.
— Ваша?
— Ну конечно! – Лидия Петровна развела руками. – Кто вам деньги давал на покупку? Я!
— Мы вам всё вернули! – голос Маргариты дрогнул. – С процентами!
Андрей кашлянул и потянулся к бутылке вина.
— Да ладно тебе, Марго, – хрипло сказал он. – У вас тут всё есть, а я в жопе. Мама права – надо помогать родне.
Дети притихли, глядя на взрослых. Сергей стоял, опустив глаза.
— Вы сейчас серьёзно? – Маргарита медленно встала. – Вы приезжаете в гости без приглашения, заявляете, что дача ваша, и ещё требуете денег?
— Ты что, скандалить будешь? – свекровь насупилась. – Серёжа, скажи жене, чтобы не хамила!
Но Сергей молчал.
Маргарита глубоко вдохнула.
— Всё. Праздник окончен.
Лидия Петровна скривила губы.
— Ну и ладно. Но это ещё не конец.
Она развернулась и потащила Андрея к машине.
А Маргарита смотрела им вслед, понимая: война только началась.
Тишина после отъезда свекрови повисла тяжёлым одеялом. Дети испуганно переглядывались, а Сергей упорно разглядывал угли в мангале, будто надеялся найти в них ответы на все вопросы.
Маргарита резко схватила тарелки со стола.
— Мам, а что случилось? — тихо спросила старшая дочь Катя.
— Ничего, солнышко. Взрослые... поссорились.
Она резко повернулась к мужу:
— Сергей, нам нужно поговорить. Без детей.
Они зашли в дом. Маргарита закрыла дверь в гостиную и скрестила руки на груди.
— Ты что, молчанием решил проблему решить?
— Марго, давай без скандала...
— Без скандала? Твоя мать только что заявила, что наша дача её! И ты промолчал!
Сергей нервно провёл рукой по лицу.
— Ну она же действительно помогала с деньгами...
— Помогала? — Маргарита засмеялась, но в глазах стояли слёзы. — Мы ей отдали каждую копейку! У меня все квитанции есть!
Она рванула к шкафу, вытащила папку с документами.
— Вот! 450 тысяч мы ей перевели через месяц после покупки! Смотри!
Сергей взял бумагу, но даже не посмотрел.
— Я знаю... Просто... Она же мама...
— А я кто? — голос Маргариты дрогнул. — Я двадцать лет с тобой, дети, общий дом, а ты не можешь за меня заступиться?
Вдруг зазвонил телефон. Сергей посмотрел на экран и напрягся.
— Это... мама...
— Очень вовремя! — Маргарита выхватила у него телефон. — Алло, Лидия Петровна?
В трубке повисло молчание, затем раздался резкий голос:
— Ты что, Серёжин телефон отбираешь? Совсем оборзела?
— Нет, это я просто хотела уточнить — когда вы собираетесь извиняться за сегодняшний спектакль?
Свекровь фыркнула:
— Какие ещё извинения? Ты должна благодарить, что я вам эту дачу позволила купить!
— Мы вам всё вернули!
— А моральный ущерб? — голос Лидии Петровны стал слащавым. — Я же вам как мать...
Маргарита резко положила трубку.
— Всё. Хватит.
Сергей испуганно поднял глаза:
— Ты что, бросила трубку маме?
— Да! И если ты не поговоришь с ней нормально, я сама объясню, куда ей можно идти!
В этот момент в дверь громко постучали.
— Кто ещё?! — Маргарита распахнула дверь.
На пороге стоял Андрей. От него разило перегаром.
— Чё, сестрёнка, гостей не ждёте? — он неуверенно ухмыльнулся. — Мама сказала... что я могу тут пожить. Немного.
За его спиной Маргарита увидела рваный рюкзак и бутылку в пакете.
Сергей растерянно заморгал:
— Андрей... Мы не готовы...
— А чё готовить-то? — брат грузно переступил порог. — Диван есть? Мне бы поспать...
Маргарита резко схватила его за плечо:
— Вон. Сейчас же.
Андрей надулся:
— Да вы че, семейка? Мама разрешила!
— Мама здесь не хозяйка. И ты — тоже.
Она захлопнула дверь прямо перед его носом.
Сергей ахнул:
— Марго! Это же мой брат!
— И мой бывший деверь. Который уже три года не может устроиться на работу, вечно пьяный и теперь ещё и дачу нашу хочет отжать!
На улице Андрей что-то кричал и пинал калитку.
— Всё, — Маргарита глубоко вдохнула. — Завтра едем к юристу.
Сергей испуганно поднял брови:
— Ты что, серьёзно хочешь судиться с моей матерью?
— Нет, — холодно ответила Маргарита. — Я хочу защитить нашу семью.
За окном стемнело. Праздник был окончательно испорчен.
Утро началось с громкого стука в дверь. Маргарита, ещё не до конца проснувшись, потянулась к халату и выглянула в окно. Перед калиткой стояла Лидия Петровна в сопровождении какого-то мужчины в строгом костюме.
— Сергей! — крикнула Маргарита. — Твоя мать снова здесь! И не одна!
Сергей, бледный и помятый после вчерашних событий, неуверенно подошёл к окну:
— Это же... кажется, юрист...
Маргарита резко распахнула дверь. Свекровь сразу начала говорить, даже не поздоровавшись:
— Вот, познакомьтесь — Александр Викторович, мой адвокат. Мы приехали официально уведомить вас о своих правах.
Адвокат вежливо кивнул и протянул конверт:
— Судебная повестка. Моя клиентка подаёт иск о признании её доли собственности на данный дачный участок.
Маргарита почувствовала, как подкашиваются ноги. Она схватилась за дверной косяк:
— На каком основании?!
Лидия Петровна торжествующе улыбнулась:
— Я же говорила — дача моя! Вот расписка, что я давала вам деньги. И свидетели есть — тётя Зина из соседнего участка помнит, как я передавала вам конверт с наличными.
Сергей растерянно перебирал документы:
— Мама, но мы же тебе всё вернули...
— А где расписка о возврате? — моментально парировала свекровь. — Нету? Вот и получается, что вы мне должны!
Маргарита резко выхватила конверт из рук адвоката:
— Это же чистый подлог! Мы возвращали деньги переводом через банк!
Адвокат равнодушно пожал плечами:
— В суде разберёмся. Кстати, моя клиентка требует на время разбирательства запретить вам распоряжаться имуществом.
Катя, услышав шум, выбежала из дома:
— Папа, что происходит?
Лидия Петровна вдруг сменила тон на слащавый:
— Ой, внученька, не переживай! Это взрослые дела. Бабушка просто хочет, чтобы всё было по справедливости.
Маргарита резко заслонила дочь:
— Не смейте к ней обращаться! И немедленно уезжайте с моего участка!
Адвокат поднял руки в умиротворяющем жесте:
— Гражданка, прошу без эмоций. Мы просто выполняем процедуру уведомления. Судебное заседание назначено на 15 число.
Когда машина свекрови скрылась за поворотом, Маргарита обернулась к мужу. В её глазах стояли слёзы ярости:
— Ты всё ещё думаешь, что это семейный спор? Она подала на нас в суд, Сергей! Твоя родная мать!
Сергей опустил голову:
— Я поговорю с ней... Успокою...
— Нет! — Маргарита резко стукнула кулаком по столу. — Хватит разговоров! Мы нанимаем своего адвоката и будем бороться!
В этот момент зазвонил телефон. Сергей посмотрел на экран и побледнел ещё больше:
— Андрей...
Он взял трубку, и через секунду раздался хриплый голос:
— Братан, ну чё, как там моя комната? Я вот думаю, может, мне ключ от калитки сделать, а?
Маргарита выхватила телефон:
— Андрей, если ты появишься на нашей территории, я сразу вызову полицию! Понял?
В трубке раздался смех:
— Ой, Маргоша, да ты разошлась! Ладно, ладно... Только вот мама-то мне уже сказала — скоро эта дача будет нашей.
Так что может ты мне ключи-то заранее приготовишь?
Маргарита бросила телефон на диван. Её руки дрожали:
— Всё, я собираю детей, и мы уезжаем в город. А ты, Сергей, решай — с нами ты или со своей "любящей" семьёй.
Сергей молча смотрел в пол. В его глазах читалась страшная внутренняя борьба. Маргарита уже собиралась уходить, когда он вдруг поднял голову:
— Подожди... Я... Я поеду с тобой. И мы найдём адвоката.
Маргарита медленно выдохнула. Это был маленький шаг, но первый за долгое время, который муж сделал в сторону их семьи.
Кабинет адвоката Елены Викторовны поражал строгой элегантностью. Маргарита нервно теребила край папки с документами, пока юрист изучала их содержимое. Сергей сидел, откровенно не глядя ни на кого.
— Итак, — наконец заговорила адвокат, — ситуация нестандартная, но не безнадёжная. У вас есть банковские выписки о переводе денег свекрови?
Маргарита тут же выложила распечатанные листы:
— Вот, пять лет назад. Через месяц после покупки дачи. Сумма полностью соответствует той, что она нам давала.
Елена Викторовна внимательно изучила документы, затем подняла глаза:
— А расписка у вас есть?
— Нет, — призналась Маргарита. — Мы же родственники, как-то не думали...
— Ошибка, — резко сказала адвокат. — В таких делах родственные связи только усугубляют ситуацию. Ваша свекровь предоставила расписку о получении денег от вас, но не предоставила расписку о возврате.
Сергей вдруг поднял голову:
— Но ведь это же очевидно, что мы вернули!
— В суде очевидности не работают, — покачала головой юрист. — Работают документы. У вас есть свидетели передачи денег?
Маргарита беспомощно развела руками:
— Мы переводили через банк...
— Это хорошо, но недостаточно. — Адвокат задумалась. — Есть ещё один момент. Свекровь утверждает, что давала вам деньги не в долг, а в качестве долевого участия. Это меняет дело.
Маргарита резко вскочила:
— Это ложь! Мы всегда говорили о временной помощи!
Вдруг зазвонил телефон Сергея. Он взглянул на экран и быстро вышел из кабинета.
— Простите, — пробормотала Маргарита.
Через стеклянную стену она видела, как муж оживлённо разговаривает по телефону, его лицо странно оживилось.
— Продолжим, — сказала адвокат. — Нам нужно...
Дверь открылась, и Сергей вошёл, заметно нервничая:
— Мне срочно нужно отлучиться. Это... работа.
Маргарита пристально посмотрела на него:
— Сейчас? В такой момент?
— Это важно! — почти крикнул он. — Я... я скоро вернусь.
Не дожидаясь ответа, он выбежал из кабинета.
Адвокат и Маргарита переглянулись.
— Продолжим, — сухо сказала Елена Викторовна. — У нас есть три недели до суда. Нужно собрать максимум доказательств.
Сергей нервно оглядывался, подходя к кафе "Уют" на окраине города. В дальнем угле за столиком сидели Лидия Петровна и Андрей.
— Ну наконец-то! — свекровь размашисто помахала рукой. — Сынок, я уже думала, ты не придёшь.
Сергей грузно опустился на стул:
— Мама, что за спектакль? Зачем ты подала в суд?
Андрей хихикнул:
— А что, сразу видно — баба твоя тебя под каблуком держит. Сам думать разучился.
— Заткнись! — впервые за много лет Сергей резко обернулся к брату. — Ты вообще не должен здесь быть!
Лидия Петровна положила руку на его плечо:
— Успокойся, сынок. Мы же семья. Я просто хочу справедливости. Ты же понимаешь — Андрею негде жить, а у вас такая большая дача...
— Так купите ему квартиру! — прошипел Сергей. — У тебя же есть деньги!
— Зачем покупать, когда можно получить своё? — улыбнулась свекровь. — Слушай, я тебе предложение сделаю. Ты признаёшь мою долю в суде, а я потом оформлю её на тебя. Только ты мне поможешь с Андреем — пусть поживёт у вас, оклемается...
Сергей отодвинулся:
— Ты что, с ума сошла? Маргарита никогда не согласится!
— А зачем ей знать? — коварно прищурилась Лидия Петровна. — Ты же мужчина, глава семьи! Решай сам!
Андрей пододвинул к брату рюмку:
— Да ладно, выпей, расслабься. Всё уладится.
Сергей долго смотрел на алкоголь, потом резко встал:
— Нет. Я... я подумаю.
Он быстро вышел из кафе, не оглядываясь на оклики матери.
Маргарита сидела на кухне, когда вернулся Сергей.
Он выглядел ужасно — бледный, с трясущимися руками.
— Ну что, "работа" прошла успешно? — холодно спросила она.
Сергей не встретился с ней взглядом:
— Да... Всё нормально.
Он прошёл в ванную, громко включил воду. Маргарита заметила, как он торопливо вытирает лицо — возможно, смывая следы слёз.
Когда он вернулся, она встала перед ним:
— Я говорила с адвокатом. Нам нужно...
— Марго, — вдруг перебил он, — а если... если мы просто отдадим им часть? Чтобы отстали?
Маргарита остолбенела:
— Ты это серьёзно?
— Ну подумай, — он заговорил быстро, нервно. — Мама всё равно не отступит. Может, проще уступить? Для спокойствия...
Маргарита медленно отступила назад, как от чужака:
— Ты... ты с ней говорил. Да?
Сергей опустил глаза — это было ответом.
— Боже мой, — прошептала она. — Ты предаёшь нас. Своих же детей.
Она повернулась и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Сергей остался стоять посередине кухни, сжав кулаки, но так и не сделав шаг за ней.
Три дня Маргарита не разговаривала с Сергеем. Они существовали в одной квартире как чужие люди, общаясь только через детей. Но сегодня утром телефонный звонок разорвал это тягостное молчание.
— Алло, это Маргарита Сергеевна? — незнакомый женский голос звучал взволнованно. — Я ваша соседка по даче, Ольга Петровна. Вы лучше приезжайте сюда поскорее.
Маргарита сжала телефон:
— Что случилось?
— Да ваш деверь тут хозяйничает... Вчера вечером приехал, сегодня уже мебель переставляет. Говорит, теперь это его дом.
Сердце Маргариты бешено заколотилось. Она бросила трубку и стремительно вошла в спальню, где Сергей собирался на работу.
— Твой брат сейчас на нашей даче! — выпалила она. — Устраивается там жить!
Сергей побледнел, но ничего не ответил, лишь потупил взгляд. Этот молчаливый ответ был красноречивее любых слов.
— Так ты знал?! — голос Маргариты сорвался на крик. — Это твоя мать его туда подсадила?
— Марго, успокойся... — начал было Сергей.
— Всё! Хватит! — она резко развернулась. — Я еду туда одна. И если нужно, вышвырну его своими руками.
Когда Маргарита подъехала к даче, её охватила ярость. Какие-то мужчины выносили из дома её любимые кресла на веранду, а на крыльце, развалившись в шезлонге, сидел Андрей с бутылкой пива.
— Что здесь происходит?! — крикнула она, выскакивая из машины.
Андрей лениво приподнялся:
— О, хозяйка пожаловала! Заходи, гостья будешь, теперь это мой дом.
— Ты совсем спятил? — Маргарита подошла вплотную. — Немедленно убирайся отсюда!
Один из рабочих неуверенно кашлянул:
— Мы, вообще-то, по договору работаем... Нам сказали, нужно освободить две комнаты для ремонта.
Маргарита выхватила у него из рук бумагу. Это был договор на оказание услуг, подписанный... Лидией Петровной. В графе "заказчик" стояла её фамилия.
— Это же моя собственность! — задыхаясь, сказала Маргарита. — У вас есть документы, что она имеет право распоряжаться этим домом?
Рабочие переглянулись. Андрей встал, шатаясь:
— Да хватит уже! Мама всё решила. Скоро суд, и дача будет нашей. А ты, Маргоша, вали отсюда, пока тебя не выгнали.
Маргарита достала телефон:
— Я сейчас вызову полицию.
Андрей лишь рассмеялся:
— Звони! У нас всё законно. Мама подала иск, значит, имущество спорное. Полиция пальцем не пошевелит.
Он сделал шаг вперёд, и от него пахнуло перегаром. Маргарита инстинктивно отступила. Андрей ухмыльнулся:
— Боишься? Правильно. Лучше уходи по-хорошему.
В этот момент на участок въехала машина. Из неё вышла... Лидия Петровна с тем самым адвокатом.
— О, все в сборе! — свекровь радостно распахнула руки. — Маргарита, ну зачем ты приехала? Всё равно ведь ничего не изменишь.
Адвокат строго посмотрел на Маргариту:
— Гражданка, вы нарушаете права моей клиентки. Пока идёт судебное разбирательство, вы не имеете права препятствовать ей пользоваться спорным имуществом.
— Каким ещё имуществом?! — Маргарита трясущимися руками достала документы из сумки. — Вот свидетельство о собственности! Только моё и Сергея имя!
Адвокат бегло просмотрел бумаги, затем обменялся взглядом со свекровью. Та едва заметно кивнула.
— У вас есть три часа, чтобы собрать личные вещи, — холодно сказал юрист. — После чего мы будем вынуждены сменить замки.
Маргарита стояла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Лидия Петровна подошла ближе:
— Ну что, невестка, проиграла? Я же говорила — это моя дача. И теперь ты узнаешь, что значит перечить свекрови.
В глазах Маргариты потемнело. Она развернулась и пошла к машине, слыша за спиной смех Андрея и удовлетворённое фырканье свекрови.
Но когда она села за руль, в её голове созрел план. Если они играют грязно, она ответит тем же.
Дождь стучал по крыше машины, пока Маргарита лихорадочно перебирала документы на коленях. В голове пульсировала одна мысль: "Они не должны победить". Внезапно телефон зазвонил — Катя.
— Мам, ты где? Папа тут какой-то странный... Говорит, что всё уладится, но выглядит ужасно.
— Скажи папе... — Маргарита сделала глубокий вдох, — что если он действительно хочет что-то уладить, пусть встретит меня у нотариуса на Садовой через час.
Она положила трубку и резко тронулась с места. Была только одна возможность переломить ситуацию — найти доказательства, которые свекровь не сможет оспорить.
Кабинет нотариуса встретил Маргариту запахом старых книг и кофе. Сергей уже ждал, бледный, с красными от бессонницы глазами.
— Что ты задумала? — спросил он тихо.
— Правду, — коротко ответила Маргарита. — Елена Викторовна, можно?
Нотариус, пожилая женщина с острым взглядом, кивнула:
— Я проверила ваши документы. Действительно, есть интересный момент — в день получения денег от Лидии Петровны вы брали справку о переводе. Но этого мало. Есть что-то ещё?
Маргарита достала старый телефон:
— Вот. Диктофонные записи.
Она нажала кнопку. Раздался голос Лидии Петровны:
— "Конечно, это просто заём! Какое там долевое участие! Я же не дура, чтобы в ваши долги вкладываться! Просто верните через месяц с процентами, и всё!"
Сергей остолбенел:
— Это... откуда?
— Я всегда записывала разговоры с ней, — холодно сказала Маргарита. — После того случая, когда она пообещала подарить нам сервиз, а потом забрала обратно.
Елена Викторовна внимательно слушала запись, где свекровь отчётливо называла деньги займом, а не долевым участием.
— Это серьёзное доказательство, — заключила нотариус. — Но нужно больше. Какие-то письменные подтверждения.
Маргарита достала ещё один документ — распечатку электронной переписки:
— Вот. Через неделю после возврата денег я писала свекрови: "Лидия Петровна, подтвердите, пожалуйста, что получили 450 тысяч и претензий не имеете". Она ответила: "Получила, но проценты маловаты".
Сергей закрыл лицо руками:
— Боже... И всё это время...
— Всё это время у тебя были доказательства, что твоя мать лжёт, — закончила за него Маргарита. — Но ты предпочёл не замечать.
Нотариус взяла документы:
— Этого достаточно для встречного иска о клевете и попытке мошенничества. Но вам нужно срочно подавать заявление, до завтрашнего заседания.
На следующий день здание суда встретило их серым небом и толпой журналистов — кто-то пустил утку о "скандальном деле о даче". Лидия Петровна сидела на лавочке с адвокатом, самодовольно улыбаясь. Увидев Маргариту с папкой в руках, она фыркнула:
— Ну что, невестка, принесла свои фальшивки?
— Всё проверит суд, — холодно ответила Маргарита.
Сергей молча стоял рядом, впервые за всё время твёрдо глядя в глаза матери. Та вдруг занервничала:
— Сынок, ты чего такой серьёзный? Иди ко мне.
— Нет, мама, — тихо, но чётко сказал он. — Сегодня я буду на стороне своей семьи.
Когда судья вызвал стороны в зал, адвокат свекрови сразу начал говорить о "долевом участии" и "неблагодарных родственниках". Но когда предоставили слово Маргарите, всё изменилось.
— Ваша честь, — чётко произнесла она, — вот банковские выписки о переводе денег. Вот запись, где истица называет эти средства займом. Вот её письменное подтверждение получения денег.
Судья внимательно изучал документы. Лидия Петровна ерзала на стуле:
— Это всё подделка! Они...
— Молчать! — резко оборвал её судья. — У вас есть доказательства ваших слов?
Адвокат свекрови растерянно перебирал бумаги.
В этот момент дверь зала распахнулась, и вошёл... Андрей. Трезвый, в чистой одежде.
— Я могу сказать? — неожиданно попросил он.
Судья кивнул. Андрей, не глядя на мать, подошёл к трибуне:
— Я... я подтверждаю. Мама действительно давала деньги в долг. А потом решила... ну, провернуть эту схему. Чтобы мне досталась часть дачи.
Зал взорвался возмущёнными возгласами. Лидия Петровна вскочила:
— Ты! Предатель! Я всё для тебя!
— Хватит! — судья ударил молотком. — На основании представленных доказательств иск отклоняется. Кроме того, считаю необходимым возбудить дело о попытке мошенничества.
Когда судебные приставы подошли к Лидии Петровне, та вдруг резко повернулась к Маргарите:
— Довольна? Разрушила семью! Я тебя проклинаю!
Сергей шагнул вперёд:
— Нет, мама. Это ты разрушила. Всю жизнь.
Он взял Маргариту за руку, и они вышли из зала суда. На улице лил дождь, но впервые за долгие недели Маргарита почувствовала — самое страшное позади.
Три недели после суда в доме воцарилось хрупкое перемирие. Сергей молчал больше обычного, но хотя бы перестал оправдывать поступки матери. Маргарита же каждое утро проверяла замки на даче — старые страхи не отпускали так быстро.
В это утро её разбудил настойчивый звонок в дверь. На пороге стоял Андрей — неожиданно трезвый, в чистой рубашке, с синяками под глазами.
— Можно? — он нервно переминался с ноги на ногу.
Маргарита машинально прикрыла дверь:
— Ты чего пришёл?
— Поговорить... — он заглянул ей в глаза. — Без скандалов. Один раз.
Сергей, услышав голос брата, появился в коридоре. Его лицо стало каменным:
— Тебе здесь не рады.
— Я знаю, — Андрей опустил голову. — Но я уезжаю. Навсегда. И хотел... объясниться.
Маргарита неожиданно для себя отступила, пропуская его в прихожую. Андрей не садился, стоял, сжимая в руках кепку.
— В суде я сказал правду не просто так, — начал он. — Мама... она всегда умела крутить всеми. И мной тоже.
Он достал из кармана потрёпанный блокнот:
— Вот. Её расчёты. Она хотела не просто дачу — она планировала через суд отобрать у вас и квартиру. По той же схеме.
Сергей побледнел, листая страницы. Чёткие столбики цифр, даты, пометки — "подать иск", "найти свидетелей", "заставить Сергея подписать".
— Как ты это достал? — прошептал он.
— Я ведь не всегда был пьяницей, — горько усмехнулся Андрей. — Когда-то вёл её бухгалтерию. Она думала, я всё выбросил... Но я хранил. На чёрный день.
Маргарита взяла блокнот дрожащими руками:
— Почему сейчас? Почему не раньше?
Андрей посмотрел в окно:
— Потому что вчера она подписала на меня завещание. Всё своё имущество — а это три квартиры — она оставляет "любимому сыну Серёже". Мне — ноль. После того, как я "предал её в суде".
Он резко вдохнул:
— Я уезжаю в Краснодар. Там у меня... одна знакомая. Попробую начать сначала. А вы... будьте осторожны. Она не проигрывает.
Когда дверь закрылась за Андреем, Маргарита и Сергей молча смотрели на блокнот. Всё было там — планы, схемы, даже расчёт, когда Сергея "проще всего сломать".
— Боже мой, — Сергей опустился на стул. — Она... она настоящий монстр.
Маргарита не нашлась что ответить. Телефонный звонок разорвал тягостную паузу. Незнакомый номер.
— Алло?
— Маргарита Сергеевна? — взволнованный мужской голос. — Это участковый Петров. Ваша свекровь... Лидия Петровна. Она в больнице. Удар.
В приёмном покое царила суета. Врач, устало поправляя очки, объяснял:
— Инсульт средней тяжести. Речь и движение частично сохранены, но... Возраст, гипертония. Вам повезло, что соседи вовремя вызвали скорую.
— Что с ней случилось? — спросил Сергей.
— По словам соседки, она кричала в телефон: "Как вы смеете! Я вас уничтожу!" Потом упала.
Маргарита и Сергей переглянулись. В палате Лидия Петровна лежала, прикованная к капельнице. Увидев сына, она зашевелилась, пытаясь что-то сказать. Из её рта вырывались лишь нечленораздельные звуки.
Врач тихо сказал:
— Она вас узнаёт. Но говорить пока не может.
Сергей медленно подошёл к кровати, взял мать за руку. Та внезапно сжала его пальцы с неожиданной силой, её глаза горели ненавистью. Но сказать она ничего не могла.
На выходе из больницы Маргарита вдруг остановилась:
— Сергей... Что будем делать?
Он долго смотрел на серое больничное здание, потом обернулся к жене:
— Продадим дачу. Купим другую. В другом месте. Без... всего этого.
Он махнул рукой в сторону палат.
Маргарита кивнула. Впервые за долгие месяцы она почувствовала — кошмар действительно закончился.
Прошло шесть месяцев. Дачу продали быстро — Маргарита даже удивилась, как легко рассталась с местом, которое ещё недавно считала своим счастьем. На вырученные деньги купили квартиру побольше в новом районе — без воспоминаний, без призраков прошлого.
Однажды утром, разбирая почту, Маргарита наткнулась на конверт с знакомым почерком. Рука дрогнула, когда она разглядела обратный адрес: психоневрологический интернат №3.
— Сергей, — позвала она мужа. — Это... от твоей матери.
Он медленно подошёл, взял конверт, будто боялся, что тот обожжёт пальцы. Вскрыл. Внутри лежала единственная страница — кривые строчки, выведенные нетвёрдой рукой:
"Серёжа. Ты предал. Но я прощаю. Приезжай. Мне нужны лекарства. И деньги. Ты же мой сын. Мама."
Сергей сложил письмо вдвое, потом ещё раз, пока оно не превратилось в маленький плотный квадратик.
— Выбросить? — спросила Маргарита.
Он покачал головой, положил письмо в ящик стола, где хранились старые счета и квитанции.
— Нет. Пусть лежит. Как напоминание.
В тот же вечер, когда дети делали уроки, а Сергей возился с новым смесителем на кухне, телефон Маргариты завибрировал. Неизвестный номер.
— Алло?
— Маргарита? — женский голос звучал неуверенно. — Это я... Тётя Зина, с дачи.
Маргарита напряглась. Именно эта женщина была одним из "свидетелей" свекрови в суде.
— Вам чего?
— Лидия... Она умерла сегодня утром.
Тишина. Где-то на кухне капала вода из недокрученного крана.
— Сергею скажешь? — продолжила тётя Зина. — Похороны послезавтра. Деньги есть, она всё предусмотрела. Только... Андрея не нашли. И вас она в завещании...
— Мы не придём, — чётко сказала Маргарита.
Она положила трубку, подошла к окну. На улице шёл первый снег — чистый, белый, скрывающий всё старое и грязное.
Сергей стоял в дверях, вытирая руки полотенцем.
— Мама? — спросил он просто.
— Да.
Он кивнул, повернулся к раковине, снова начал что-то подкручивать. Но Маргарита видела, как дрожат его руки.
Через неделю пришло письмо из Краснодара. Андрей писал, что устроился на работу, снимает комнату, даже бросил пить. В конверте лежала фотография — он с какой-то женщиной, оба улыбаются. На обороте:
"Я знаю, что она умерла. Не приезжал специально. Иногда родственники — худшие враги. Но мы-то с вами всё ещё семья?"
Маргарита оставила письмо на столе для Сергея. А сама пошла будить детей — сегодня они должны были выбрать обои для их новой комнаты. В новом доме. В новой жизни.