За несколько дней до Нового Года я снова оказалась в больнице Ран.
Всего лишь полтора года назад эта больница сначала стала маяком отчаяния, а потом оплотом надежды на ремиссию и долгую здоровую жизнь.
И вот я здесь снова.
Разница только в том, что госпитализация при операции на грудь была в палате для платников и дмсников, и напоминала номер в отеле, сейчас же палата была д
ля простых смертных по омс.
Было темновато, дуло из окон, удобства на этаже.
Пациентов потихонечку выписывали, чтобы разгрузить отделение на праздники, не было ни ёлки, ни новогодней мишуры, мне это понравилось.
Операцию доктор сделал прямо в смотровой на утро следующего дня.
Я помнила, что в меня, такую маленькую, порт впихнули с большим трудом, потому боялась, как будут его доставать.
Доктор справился даже без ассистента.
Самое больное был болючий укол в кость, ещё из неприятного был момент, когда порт доставали, и трубка изнутри била по рёбрам, ну и пожалуй, хлынущая горячая кровь, которая залила шею и подбородок.
Но ничего, все прошло.
Я попросила посмотреть на то, что только что было во мне и я надеялась, было причиной моих мучений.
Ожидала увидеть нечто заросшее мхом, но нет, это был идеальный белоснежный пластик.
Доктор, конечно, был горд своей работой, сказав, что никогда у его пациентов не было инфекции, связанной с установленным им портом, и он его, конечно, сдаст на посев, а мне нужно остаться в больнице, чтобы для профилактики прокапать внутривенно антибиотики.
С учётом того, что я была перелечена всем, чем только можно, назначили "больничный" антибиотик из резервного ряда, на котором организм выдал крапивницу, но я очень надеялась, что он поможет.
Чтобы пройти весь курс, нужно было остаться в больнице до 2 января, но я попросилась домой под свою ответственность.
Ехала домой в смятении, вспоминая идеальный порт и гадая, что делать, если инфекцию не найдут.
Организм кричал, что ему плохо, а я делала вид, что ничего не происходит, и продолжала жить обычной жизнью.
Новый Год, встречи, походы на ёлку с дочкой.
Запомнила один случай.
После спектакля в кукольном театре на Некрасова мы с дочкой зашли в очень интересное кафе.
В кафе этой сети мы отмечали День Рождения сына, я его заканчивала парацетомолом и спутанным сознанием, и еле развезла детей по домам.
Сейчас же мы пришли с дочкой в кафе на Восстания, так как я помнила, что в этой сети варят чудесный ароматный кофе.
Вкусный кофе в красивой чашке-это моя третья слабость, так было всегда.
Дочь расположились на широком подоконнике, пока мы ждали пиццу, я наслаждалась кофе и моментом.
В кафе мы были одни, наши нерешительные власти решительно рекомендовали заведениям общепита пускать внутрь только тех, кто сделал прививку от ковида, и мог это доказать, предоставив электронный сертификат. Я, со своей любовью ходить в разные заведения, разумеется, её сделала.
Когда принесли пиццу, и мы взяли в руки приборы, то увидели, что к нашему дальнему столику от двери решительно движется молодая цыганка.
В зале не было других посетителей, официанты тоже куда-то спрятались.
Вот мой ребёнок, вот вкусная ароматная пицца и кусочек миндального торта.
Наличку я с собой давно не носила, везде принимали оплату по карточкам.
В зале наряженная елка и рождественская фигурка Иисуса в яслях, за окном медленно падают снежинки, гуляют празднуюшие горожане в ожидании Рождества.
А цыганка решительно идёт ко мне, и просит есть, скорее, даже требует, нашу с дочкой пиццу, прямо сейчас.
Не могу сказать, почему я поступила именно так, почему в этот новогодний вечер я не поделилась с ней едой, а наличных денег у меня не было.
Цыганка в упор на меня посмотрела, хотя я и отвела взгляд, и отчётливо произнесла:
"Будь ты проклята".
И ушла. А я осталась со своей пиццей, с жутким ощущением липкого страха на душе.
Я ещё не знала, что через каких-то 3 месяца я буду сидеть в этом самом кафе с чайником остывшего безвкусного чая с ощущением, что жизнь снова толкнула меня на самое дно, и это дно будет засасывать, выиягивая из меня последние силы.
Тогда я этого ещё не знала, но от плохого предчувствия было никуда не деться.
А уже через несколько дней, в первый рабочий день после каникул мой доктор написал, что как он и предполагал, мой удалённый порт оказался чист, следовательно, не был источником проблемы плохого Кт и непонятной гипертермии.
Вот так умирает ещё одна надежда.