Третью неделю пахнет гарью со всех сторон при любом направлении ветра. Трава, буш, деревья, деревянные электрические столбы, старые дома, некоторые новые дома – выгорело все в ноль на десяток километров на все стороны света.
Погорело 12 деревень от Омодоса до Канту. Наша двухсоставная деревня Суни – Занакья пострадала больше других потом-что стоит в сосновом лесу, между двух необитаемых оврагов, заросших бушем – кустами, источающими в жаркую погоду запахи эфирных масел и вспыхивающие, как факелы даже от брошенной, вроде уже потухшей спички.
Кто поджёг Кипр 24 июля, с утра, в кустах у городка Омодос, почти в горах, до сих пор неведомо. Кто-то обвиняет местного деда, резавшего железную трубу болгаркой, кто-то турецких диверсантов с северной части острова, а кто-то пальцем указывает на местных застройщиков, регулярно сводящих огнем на нет зеленые массивы для последующей застройки погорелой территории.
Жителям сгоревших 83-х домов нашей деревни без разницы, кто поджёг и зачем. Огонь вышел из-под контроля утром, сразу, после возгорания и пошел фронтом сначала вниз с горы, потом в стороны и вниз. Почему не локализовали сразу, не поставили на уши все пожарные команды острова, армию, британцев, сидящих на своих базах со своей противопожарной техникой, вертолеты, соседей – ответа до сих пор нет, только вторую неделю извиняются по телевизору, что допустили такое безобразие.
Да, к вечеру, когда огонь прошел вниз на 20 километров, сжигая сады, поля, виноградники, винодельни, фермы, хутора, дома в деревнях власти начали суетиться. Суетились до утра следующего дня, пока огонь сам не погас, дойдя до голых проплешин на сопках, распаханных для застройки пустырей окраин Лимассола и отчаянных волонтеров всех национальностей, тушивших и сбивавших пламя чем Бог послал.
Чтобы сбить волну протестов пострадавших и негатив в прессе (выборы уже в следующем году) на третий день после пожара, по погорельцам поехали оценщики ущерба. Переписывали и фотографировали случившееся, меряли рулеткой обгорелые заборы и сараи, номера сгоревших машин, остатки домов и хозяйственных построек. Пропавшие деревья в садах и декоративную зелень не считали. Вроде как сама потом вырастет.
К документальному свидетельству предлагалось заполнить лист с указанием ущерба и стоимости пропавшего имущества. Погоревшее сообщество заполнило у деревенского старосты заявления на получение компенсации от государства и сдало в установленный трехдневный срок.
Заполнил и я на забор, ворота, газгольдер с узлом понижения давления газа, расплавившиеся на стенах дома видеокамеры, водостоки, сгоревшую в ноль пластиковую водяную накопительную бочку с серебряной ложечкой внутри ну и по мелочи: велосипеды, коптилку, кошачий домик, трубы и таймеры автоматического полива, некоторый садовый инструмент.
Дом, Слава Богу, устоял, хотя стоял в пяти метрах от изрыгающего в небо 20-ти метровое пламя газгольдера. Расплавилась и уменьшилась в толщине в два раза 5-ти сантиметровая полистериновая изоляция под штукатуркой. Слава штукатурке и арабам ее наносившим в 2019 году! Показал оценщикам и гуляющую стену. Впечатлились, записали, померяли рулеткой.
Ну и, собственно, сам пожар. Дым от начавшегося пожара, где-то за сопками и суета в чате деревенских сограждан началась часов в 11 утра. К обеду все небо начало заволакивать дымом. На улице – плюс 38. Ветер дул не в нашу пользу и гнал пожар от Омодоса вниз, к морю по широкой долине.
Голова опасность не воспринимала, хотя глаза и уши развитие события наблюдали в постоянном режимеБлиже к вечеру, за холмами, в паре километрах, показалось зарево, двигающееся широким фронтом. Запах гари стал пробиваться через кондиционер. Отключили воду, за ней и электричество. В голове мысль – А ка же теперь тушить пожар, если подойдет, чем? С пожарами, по жизни, бороться приходилось, всегда был готов, всегда была под руками вода, а тут вдруг оказался совсем не готов!
Паника в нижней части деревни, огонь зашел между домами, идет верхом и низом, вспыхивают сосны, нам с горки хорошо видно. За соснами вспыхивают первые дома. Горят кусты, трава, брошенные автомобили.
Пожарных нет, полиции нет, дороги не перекрыты, сплошной поток машин уходит вниз с огнем, отдельные, отчаянные пытаются прорваться к пожару, к своим домам. Люди были в городе, на работе, дома – семьи, животные, документы. Поток машин сверху занимает обе полосы, отчаянные прорываются наверх по обочинам, отчаянно сигналят и мигают фарами. Жесткая картина.
За гарью и дымом начинает ощущаться жар от подступающего фронта пламени. Огонь в нашу сторону идет, откуда не ожидали, думали асфальтированные дороги перекроют доступ огню, но огонь летит по веткам деревьев и кустов. Деревья загораются без видимого пламени, от нестерпимого жара. Сначала скукоживаются, а потом вспыхивают иголки, листья, за листьями ветки, горит и капает горючими каплями сосновая смола с вспыхнувших веток, под ними вспыхивает с ухая трава и кусты.
Апокалипсис и армагеддон. Нечем дышать. Маски не помогают. Красный столбик спиртового уличного термометра уперся в верхний конец на цифре 50. Далее некуда. Бороться с огнем нечем. Ведра есть, бассейна нет, неоткуда черпать. В интернете вселенский плач. Люди пытаются отстоять свои дома. Для многих это единственное достояние. Интернет работает. Городские вышки перекрывают наш район, хоть что-то.
Огонь подходит к нашему квартальчику. Нечем дышать уже два раза. еще немного и из нашего тупичка будет не выехать. Горит уже и слева, и справа, и сбоку, и сверху. Принимаем решение бежать. Огородами, огородами, через пустырь и соседнюю еще целую деревню. Поехали.
Страха нет, есть беспокойство, выстоит ли дом. Надеемся на полосу, вычищенную мною от травы и кустов, самодельный противопожарный пояс. Не учли наличие сосны на соседнем участке, нависающей над газовым сарайкой. Сосна свое нам отчебучила, приняла на шапку пламя и подожгла сарайку и забор.
Дом слава Богу выстоял. Окрестности выгорели, зазеленеет местами скоро, после первого дождя, в ноябре. До ноября будем каждый день смывать наносимый ветром пепел и пыль и дышать гарью. Через две недели начали потихоньку оживать деревья и виноградные кусты. Розовые пропали, но сделали свое дело, защитили садовую мебель.
Вчера купил бензопилу. Буду ликвидировать оставшуюся угрозу - сосну. Зелень отрастет и снова засохнет, и будем ждать очередного пожара через пару лет. Берегите лес от пожара!