– Да что мне с этим имуществом делать-то теперь? – снова вздохнула бабушка Зоя. – Сама понимаешь, годы идут… Кому я его потом оставлю?
начало здесь 👇
продолжение:
Визит Жанны пришёлся как раз на то время, когда я была дома. В тот день у нас в училище было какое-то мероприятие, и нас отправили по домам раньше, чем обычно.
В дверь позвонили, я, конечно, пошла открывать. На пороге стояла девушка лет двадцати пяти, стройная, высокая. У неё были красивые ухоженные каштановые волосы, лицо серьёзное, деловое, но очень приятное. Одета она была в стильный брючный костюм тёмно-синего цвета, который идеально сидел на её фигуре.
Я поздоровалась, но девушка немного отступила, удивлённо глядя на меня.
– Здравствуйте, – поприветствовала она меня в ответ, но её взгляд скользнул по мне с лёгким недоумением. – А вы, простите, кто?
– Я – Надя, внучка хозяйки, бабушки Зои, – я постаралась быть максимально приветливой, хотя её вопрос меня немного сбил с толку. – Вы же к ней пришли?
– Внучка? Надя? – она приподняла одну бровь. – Впервые слышу.
– Так я двоюродная, – пояснила я, чувствуя, некую неприязнь в ее голосе.
– Ага, двоюродная, – она как будто говорила сама с собой, не глядя на меня. – То есть не прямая наследница.
– Что, простите? – я плохо расслышала её слова. – Вы что-то сказали?
– Нет-нет, ничего. Это я так, о своём. Я, кстати, Жанна. – Она наконец-то обратила на меня полное внимание, и её взгляд стал более дружелюбным.
– О-о, слышала о вас! – моё настроение сразу поднялось. – Баба Зоя столько о вас хорошего рассказывала!
Жанна улыбнулась.
– Ну вы заходите, Жанна! – я посторонилась, пропуская её в квартиру. – Баба Зоя в гостиной, отдыхает. Она будет очень рада вас видеть.
Я проводила Жанну в гостиную, где бабушка Зоя, услышав голоса, была готова встать с кресла. А сама пошла на кухню, лепить пельмени – решили с бабушкой побаловать себя домашними пельмешками.
Жанна и баба Зоя говорили негромко, но и не шептались особо. Комната была небольшая, и звуки легко разносились по квартире. Поэтому я, занимаясь тестом, всё слышала. Честное слово, специально не подслушивала, но просто так уж получилось, что их разговор каждым словом доносился до меня.
– Баб Зой, все вопросы с приватизацией квартиры почти решены, – начала Жанна, её голос был спокойным и уверенным. – Там всё не так просто, как кажется, но решаемо. Причём, мы с вами это сделаем в ближайшее время, скоро всё будет готово.
– Жанночка, дорогая ты моя, если бы не ты, то эта квартира так и ушла б в никуда, – вздохнула бабушка Зоя. – Всё некогда было, сил не было заниматься этим. Может, всё-таки, оформим её на тебя? Ты же мне так помогаешь.
– Баба Зоя, мы с вами об этом уже говорили, – Жанна говорила мягко, но твёрдо. – Я делаю это не из корыстных побуждений, не для себя. Просто обидно, когда имущество, которое честно принадлежит вам, которое вы заработали своим трудом, хотят забрать какие-то там проходимцы. Я считаю это несправедливым. Поэтому и помогаю. Я же у вас кто? Юрист! Так что, считайте, что я оттачиваю свои навыки. Тренируюсь на вас и на вашем имуществе! Это полезно и мне, и вам.
– Да что мне с этим имуществом делать-то теперь? – снова вздохнула бабушка Зоя. – Сама понимаешь, годы идут… Кому я его потом оставлю?
– Баба Зоя, у вас много родственников, – Жанна говорила дипломатично. – Может, стоит подумать, кому из них вы бы хотели оставить квартиру? Решайте сами.
– Даже не знаю, – бабушка Зоя задумалась. – Сказать им надо.
– Кому сказать? Родственникам? – Жанна чуть повысила голос. – Они не передерутся?
– Да вроде все интеллигентные люди, – неуверенно произнесла бабушка.
– Ну, как хотите. – Жанна пожала плечами. – Это ваше право! В любом случае, я вам помочь готова. Ну всё, баба Зоя. Дела-дела! Мне пора бежать.
– Стой, подожди, а чаю?
– Некогда, бабуль! – Жанна встала. – Как-нибудь в другой раз. Спасибо вам большое за гостеприимство!
И Жанна убежала, оставив бабу Зою в размышлениях. Похоже, её слова дали бабушке какой-то толчок, решимость. Она так и сделала: сообщила всем родственникам, что квартира уже без пяти минут её, и она просит их всех посоветоваться и дать ей ответ – кому квартира нужнее. Она хотела, чтобы они сами разобрались между собой, а потом пришли к ней с уже готовым решением.
И тут началось… Это было похоже на цунами, которое обрушилось на тихую гавань нашей спокойной жизни.
Следующий день начался с бесконечных визитов родственников. У меня в тот день был выходной, так что я всё это увидела своими глазами, как будто наблюдала за каким-то странным, сюрреалистическим спектаклем. Почти каждые полчаса звонил дверной звонок, и на пороге появлялись новые «гости».
Столько внимания родных бабушка Зоя не получала, наверное, никогда прежде. Все приходили, приносили всякие невкусные, дешёвые конфеты в блестящих обёртках, какую-то заветренную выпечку, справлялись, как у неё дела, вспоминали что-то из прошлого. Улыбались, смеялись, сыпали комплиментами. Только бабушка Зоя не смеялась. Она внимательно слушала их, смотрела им в глаза, и в её взгляде читалось что-то, чего я раньше не видела – какая-то особая грусть, разочарование, может быть, даже презрение. Она видела всю эту фальшь, всю эту наигранную заботу, которая появилась только тогда, когда засветилась перспектива квартиры.
К концу дня она так устала, что уже никого не хотела видеть. Её лицо осунулось, глаза потускнели. Она сидела в своём кресле и молча смотрела в одну точку. Казалось, она перенеслась куда-то далеко-далеко, вспоминая, наверное, те времена, когда её действительно любили, а не ждали её смерти.
Когда все, наконец, ушли, оставив после себя лишь лёгкий запах чужих духов и горькое послевкусие лицемерия, я позвала бабу Зою пить чай. Мы сели на кухне, под тихий шум холодильника, и молчали некоторое время.
– Что и требовалось доказать! – изрекла наконец баба Зоя. Она сделала глоток чёрного чая с молоком из своей любимой чашки с тонким цветочным узором. – Я просила родственников собраться и решить, кому достанется квартира, кому она нужнее… Я думала, они поговорят, может быть, кто-то из них проявит благородство, уступит. Но никто из них не готов уступать. Устроили этот цирк, чтобы мне понравиться! Принесли свои жалкие подачки, сказали пару добрых слов. Думали, что так меня купят? Тьфу! Мне противно.
Впервые я видела бабушку такой расстроенной. Её обычно добрые глаза сейчас смотрели с горечью и разочарованием.
– А почему бы… – попробовала предложить я, – Вам не продать квартиру и не разделить всё между вашими наследниками? Тогда никто не будет в обиде.
– В обиде? Это кто ещё на кого должен обижаться? – бабушка Зоя усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья. – С тех пор, как я вышла на пенсию, потеряла свои старые связи на работе и хорошую зарплату, и стала обычной пенсионеркой, все напрочь забыли обо мне. Только твоя мама и вспоминала. Она звонила, приезжала, спрашивала, как дела. Я ей очень благодарна за это! Она – единственный человек, который не забыл меня. А тут, стоило только на горизонте засветиться наследству! И вдруг все вспомнили, все так захотели меня осчастливить! Нет, пусть даже не надеются. Шиш им, а не квартира! Не дождутся! Я лучше её на благотворительность отдам, чем этим лицемерам.
Впервые я видела бабушку Зою такой озлобленной. Её слова, сказанные с такой горечью, глубоко запали мне в душу. Я обняла её, пытаясь хоть как-то утешить, но понимала, что никакие слова сейчас не помогут. Она сама должна была найти выход из этой ситуации, из этого болота семейного лицемерия.
На следующий день она позвонила Жанне, и та пришла. Они закрылись на кухне и долго о чём-то разговаривали. Я слышала их голоса – они то становились тише, то снова набирали силу, но что именно они обсуждали, было мне неизвестно. Наконец, Жанна вышла. Она выглядела задумчивой. Уходя, она подошла ко мне, обняла очень сильно, как свою давнюю подругу, и сказала:
– Спасибо тебе, Надя! Ты одна её поддерживаешь и помогаешь бескорыстно.
Мне стало немного неудобно от её слов. Бескорыстно? Это было не совсем так.
– Ну, как бескорыстно… – я попыталась улыбнуться, немного смутившись. – Я ведь живу у неё на квартире… Не плачу аренду…
Жанна засмеялась.
– Ты мне нравишься! – сказала она, глядя мне прямо в глаза. – Такая простая, открытая. И бабушка Зоя тебя очень любит, это видно. Удачи тебе! Держись!
И она ушла. После этого я не встречалась с ней. Общались только по телефону и в переписках. Позже Жанна будет помогать мне отбиваться от моих озлобленных родственников со стороны бабы Зои. Только после её смерти я узнаю, что стала обладательницей трёхкомнатной квартиры в самом центре города – вот такое наследство оставит мне баба Зоя, посчитав, что я заслужила его больше, чем её непутёвые родственнички.
Естественно, никому это не понравится. Я столкнусь со всем: с угрозами, с судебными исками. Спасибо Жанне. Она доведёт это дело до конца, и от меня все отстанут.
Многие, наверное, скажут, что я нахалка и авантюристка – специально пристроилась к пожилой бабушке, чтобы отхватить наследство. Что я использовала её одиночество и слабость в своих интересах. Но это не так. Моя совесть чиста! Я искренне привязалась к бабушке Зое, я заботилась о ней, старалась сделать её последние годы счастливыми. Я любила её. Бог – свидетель.
Я благодарна ей за всё, за её доброту, за её доверие. И за то, что она научила меня, что настоящая родня – это не те, кто с тобой в одной семье родился, а те, кто рядом, когда тебе плохо.
Благодарю за внимание ❤️