Придется судиться детям, когда "время придет"...
Мне 40, зовут Сергей. Живу в небольшом городе, работаю инженером на заводе, двое детей, жена, ипотека — всё как у людей. У меня есть старшие сестры: Лена, ей 45, и Наташа, 49. Мы трое — дети нашей мамы, Ирины Павловны, 70 лет, бодрой, но с характером, который, скажем так, не сахар.
И вот недавно я узнал, что мама переписала всё своё имущество — квартиру, дачу и даже старенький гараж — на свою троюродную сестру Веру. На Веру! Женщину, которую мы видели-то пару раз в жизни на каких-то дальних семейных сборах! Два года назад она перебралась в наш город, поселилась на соседней улице и вдруг стала с мамой не разлей вода. Я до сих пор в шоке, и сестры мои тоже. Но давайте по порядку.
Мама всегда была человеком… сложным. Она из тех, кто любит, чтобы всё было по её. Если ты с ней не согласен — жди скандала. Или, что хуже, молчаливого осуждения, когда она смотрит на тебя так, будто ты предал родину. С отцом они развелись, когда мне было лет 10, и с тех пор мама воспитывала нас одна. Не скажу, что мы жили в нищете, но и не шиковали. Квартира трёхкомнатная в центре города, дача с яблоневым садом, гараж — это всё, что у неё есть. По нынешним временам — миллионов 12, если прикинуть. Сумма, из-за которой теперь вся наша семья, и без того не особо дружная, превратилась в поле битвы.
Почему мы все разругались
С Леной, старшей сестрой, мама поссорилась лет десять назад. Лена тогда решила уйти с работы в школе, где она была учительницей, и открыть своё дело — маленький магазинчик с handmade-украшениями.
Мама восприняла это как личное оскорбление.
"Ты что, Ленка, совсем с ума сошла? Бросаешь стабильную работу ради какой-то ерунды? Это несерьёзно!" — орала она.
Лена пыталась объяснить, что хочет заниматься любимым делом, но мама только фыркала: "Любимое дело не прокормит!"
В итоге Лена всё равно ушла, открыла магазинчик, и дела у неё, кстати, идут неплохо. Но мама до сих пор считает, что Лена "позорит семью" своим "бизнесом для хиппи". Они перестали общаться, когда Лена отказалась возвращаться в школу. Мама тогда заявила: "Ты мне больше не дочь, раз так." Лена ушла, хлопнув дверью, и с тех пор они виделись от силы пару раз.
С Наташей, средней сестрой, конфликт вышел ещё более дурацкий. Наташа в 40 лет решила, что хочет ребёнка. Она тогда была в разводе, без мужа, но решилась на ЭКО. Мама узнала — и понеслось.
"Ты что, в своём уме? Одна, без мужика, ребёнка рожать? Позорище! Что люди скажут?" — это был её главный аргумент.
Наташа пыталась объяснить, что это её жизнь, её выбор, но мама только закатывала глаза и твердила: "Стыдоба, Наташка, стыдоба."
Когда Наташа родила дочку, мама даже не приехала в роддом и после родов даже к ней домой.
Сказала: "Сама сделала, сама и разбирайся. Позор на мои седины!"
Наташа после этого вообще перестала звонить. Сейчас её дочке четыре года, а мама ни разу не видела внучку. Даже фотку не попросила.
Ну а со мной… У нас с мамой отношения были более-менее, пока я не женился. Моя жена, Оля, маме сразу не понравилась. Почему? Да кто её разберёт.
"Слишком городская", "слишком умная", "смотрит на меня как-то не так" — вот это всё я слышал регулярно.
Когда мы с Олей решили взять ипотеку и купить квартиру, мама устроила концерт: "Зачем вам это? Живите со мной, я же одна, мне помогать надо!"
Я пытался объяснить, что мы хотим своё жильё, свою жизнь, но она только обижалась: "Я для вас всё, а вы меня бросаете!"
В итоге мы всё равно купили квартиру, и с тех пор мама общается со мной только короткими звонками раз в полгода. "Как дела, Серёжа? Живы? Ну и ладно." И всё.
Вера — неожиданная "наследница"
И вот теперь эта история с завещанием. Мама, оказывается, всё переписала на Веру, свою троюродную сестру. Вере 61 год, жила в соседнем районе, работала бухгалтером в какой-то конторе. Теперь перебралась сюда.
Они с мамой сблизились почти сразу, когда мама упала зимой и сломала руку. Вера тогда приезжала, помогала с готовкой, уборкой, лекарствами.
Мы с сестрами, конечно, тоже предлагали помощь, но мама всех отшила: "Не надо мне ваших подачек, сама справлюсь!"
А Вера, видимо, оказалась "своей". Она начала захаживать к маме чуть ли не каждый день, то чай попить, то сериал посмотреть. И вот, пока мы все жили своими жизнями, Вера стала для мамы "единственным человеком, который о ней заботится".
Как мы узнали про завещание? Да случайно. Лена заехала к маме, чтобы забрать какие-то старые документы, и мама, видимо, в порыве гнева, выпалила: "Всё равно вам ничего не достанется, я всё Вере отписала!" Лена сначала не поверила, думала, мама просто так сказала, чтобы уколоть.
Но потом Вера сама позвонила Наташе и, с каким-то странным торжеством в голосе, подтвердила: "Да, Ирина Павловна мне всё завещала. И не спорьте, это её воля."
Вера? Серьёзно? Женщина, которую мы едва знаем?
Что мы думаем и что собираемся делать
Мы с сестрами собрались у Лены дома, чтобы обсудить, что вообще происходит.
Лена была в ярости: "Она нас всех вычеркнула, как будто мы ей никто! А этой Вере, которая три года назад на горизонте появилась, всё отписала? Это что за бред?"
Наташа, как всегда, была спокойнее, но я видел, как у неё руки дрожали, когда она наливала чай.
"Я не из-за денег, — сказала она. — Мне обидно. Мы её дети, а она нас вот так… выкинула."
Я молчал, но внутри всё кипело. Не то чтобы я рассчитывал на мамину квартиру, но это как удар под дых. Мы же не чужие, в конце концов!
Лена сразу заявила, что завещание надо оспаривать.
"Как только… ну, вы понимаете, — сказала она, — мы пойдём в суд. Это несправедливо!"
Наташа кивнула, хотя видно было, что ей не по себе от этой мысли. Я тоже не в восторге от идеи судиться, но что делать?
Мама нас сама оттолкнула, а теперь ещё и это. Лена уже нашла какого-то юриста, который сказал, что можно попробовать оспорить завещание, если доказать, что мама была "не в себе" или что Вера её как-то "обработала". Но я, честно говоря, не верю, что это сработает. Мама у нас хоть и с характером, но в здравом уме. Она за рулём до сих пор гоняет, в магазин сама ходит, налоги и коммуналку сама платит, электронно. Как тут докажешь, что она "невменяемая"?
Что я чувствую
Если честно, мне просто обидно. Не за квартиру, не за дачу — за нас. Мы с сестрами не идеальные, да, у нас свои жизни, свои семьи, свои проблемы. Но мы же её дети.
Мы росли с ней, она нас воспитывала, мы её навещали, помогали, когда могли. А теперь получается, что какая-то Вера, которая появилась из ниоткуда, для неё важнее? Это как предательство.
И самое паршивое — я не знаю, как это исправить. Звонить маме? Пытаться мириться? А смысл? Она уже всё решила.
Сестры говорят, что будут судиться, и я, наверное, их поддержу. Не ради денег, а чтобы доказать, что мы не пустое место. Но в глубине души я понимаю, что это ничего не изменит. Мама сделала свой выбор, и этот выбор — не мы. И от этого так горько, что даже говорить не хочется.
Но все это очень грустно....
Ставьте "Палец вверх". если было интересно и не забывайте подписываться на канал!
История прислана читателем.
Поддержать редактора и авторов можно по кнопке ниже.