Сначала она не оценила атмосферу, которая была вокруг нее. Расслабленные, по своему счастливые, люди на этом месте не воодушевили её на восторг внутри. Ей было по своему несчастно. Но не от людей, которые теперь её окружали и совсем не от лазурного берега Черного моря.
Ей было несчастно, что она так много лет надеялась на семейные посиделки несколькими поколениями, да-да, за круглым столом, попивая счастливо облепиховый чай. Её надежды были связаны нитями молчания и уступчивости в отношении людей, которые бесцеремонно настраивали её дочь против своей матери. Она узнала об этом от уже повзрослевшей дочери, которая теперь кое-что стала понимать. Такое терпеть больше не хотелось, поэтому в отчаянии и невозможности выносить такие косвенные унижения, она со слезами и легкой истерикой умоляла своего мужа уехать подальше от людей, которые были недовольны ей и воспитанием её детей.
Всё разрешилось достаточно негативно: со скандалом и криками. Но крики были не от нее. Она молчала, т.к. понимала, что оправдываться нет смысла - любое оправдание будет оспорено и выдвинуться новые обвинения. Больше тратить свои силы на объяснения почему я не такая, как хочется другим людям, не было желания, да и сил тоже.
Ей было невыносимо тяжело с ними, и отчасти страшно, что снова будут скандалы и обвинения. Она не хотела с ними быть вместе дольше 5 часов. Просто потому что, любой уверенный человек начинает себя чувствовать как-то не так под гнетом бесконечного оценивания каждого действия его жизни. Ведь всё делается не так, неправильно. Каждый промах (например, не пригласить в слух и громко "садитесь есть, пожалуйста, кушать подано", потому что на тебе сидят дети и ругаются между собой, а ты их разнимаешь) расценивается, как неуважительный жест или оскорбление. Ну, и к слову говоря, люди не стесняются сгримасничать, парадируя её.
Ей так хотелось рядом простого человеческого общения без аристократических интриг. Она выросла среди простых людей, где самое ценное - нежный и искренний взгляд, где так важно не просто смотреть сквозь человека, а смотреть в самую душу. Кажется, что что-то есть в старом добром обычае сватать детей с детства. Люди подбирали своим детям супругов, как минимум по душе. А тут... Она понимала, что нет плохих или хороших. Тут есть полярность взглядов на то, как жить, какими быть. Она так сожалела. Она любила детей и мужа. Детей всё больше, мужа просто любила и уже всматриваясь с мыслями "а не ошибся ли он с выбором жены". Может тогда ему всё нравилось. А сейчас пришло настоящее. Оно настигло их обоих, их судьбы и любовь. Она не оскорбляла его родителей. Не оценивала. Она просто говорила, что ей плохо, она не хотела с ними ругаться, их менять, доказывать им что-то. Она просто понимала, что они не терпят её. Что в ней им хотелось исправить всё: какой ей быть мамой, женой, невесткой, и просто человеком. Они не скрывали этого.
За вереницей бесконечных вариантов - как можно было по доброму. Бесконечных вопрос самой себе - почему ты реагируешь на это всё. Она не заметила, что её окружали другие люди. Соседи в своих маленьких домиках у моря. Эти люди приехали из разных уголков необъятной страны, они были разных профессий, по разному сложены, одеты. Даже говорили с разными акцентами. Было кое-что что объединяло их всех - добрый и открытый взгляд. И, конечно же, это чудесное место: лазурный берег моря, белый и чистый песок, ласковое солнце, голубой горизонт, ужины у костра, бодрая музыка из колонок, газированные напитки и, главное - просто жизнь. Самобытная, спокойная жизнь. Она заметила, что от людей она ждала добрых взглядов и доброго отношения. Но сама была с грустными глазами, без желания идти на контакт. Она была закрытой, опустошенной. Получается, что она на какое-то время сломалась. Не впервой. Но в этот раз на восстановление понадобилось намного меньше времени, ведь её лечила доброта, спокойствие, морская вода, белоснежный песок, богомол, который всё время словно следовал за ней.
Однажды вечером, сидя в кресле, она заметила, что так много невысоких деревьев, они низко, но основательно укрывали своим кроном всё, что было у земли. Они укрывали и её, практически обнимали. Она сидела и слушала, как они разговаривали тихо, шурша под влиянием ветра. Она обратила внимание, что практически у каждого домика заботливо склонялась облепиха, да и не одна. Надо же! Это облепиховый рай! Люди, природа, облепиха. Всё исцелило душу, наполнило теплом и любовью. Она поняла, что главное - это здесь и сейчас, что её жизнь счастливо продолжается. Спустя некоторое время, словно в перешептывании облепих между собой, она услышала, что мечта "дружно пить облепиховый чай целыми поколениями, радуясь шалостям внуков и правнуков" - ВПЕРЕДИ, где самое старшее поколение - она, муж, и их сватья.
