– Мама, квартира моя, я её купила! – отрезала Лена, сжимая кулаки.
– Какая твоя? Деньги-то мои были! Я тебе на первый взнос дала!
– Пятьдесят тысяч из миллиона – это не твоя квартира!
Лена захлопнула дверь так, что задрожали стёкла. За окном накрапывал октябрьский дождь. В квартире пахло свежей краской – только вчера закончила ремонт. Два года копила, брала кредиты, работала на двух работах. И что теперь? Отдать всё брату, который за тридцать лет жизни пальцем о палец не ударил?
Телефон завибрировал. Витька.
– Лен, мать говорит, ты психуешь. У меня ребёнок болеет, жена в декрете, а ты в трёх комнатах одна разлеглась...
– Витя, работай больше – купишь себе дворец.
– Да на что работать? Зарплата копеечная, цены космические. А ты эгоистка всегда была.
Эгоистка... Лена вспомнила детство. Витька на два года младше, но всегда был маминым золотцем. Ему – велосипед к восьмилетию, ей – "подрастёшь, купим". Ему – институт платный, ей – "попробуй на бюджет поступить". Ему – машину к свадьбе, ей – "сама заработаешь, ты же умная".
Умная... Только вот ума хватило на двухкомнатную в спальном районе, а не на особняк.
Утром мать привела подкрепление – бабушку. Восемьдесят четыре года, ходит с палочкой, но характер железный.
– Леночка, – заговорила бабуля мягко, – ты же понимаешь, старость не радость. Мне одной в трёхкомнатной страшно. Переезжай ко мне, а свою квартиру Витьке отдай. Он молодой, семейный...
– Баб, а что мне взамен?
– Как что? Заботу мою получишь. И потом... – бабушка хитро прищурилась, – кто за мной ухаживать будет, тому и квартира достанется. Витька-то занятой, работает.
Вот оно что. Лена поняла игру. Бабушкина квартира в центре стоила в три раза дороже её трёшки. Если отдать Витьке свою квартиру и переехать к бабуле, то в перспективе можно стать хозяйкой элитного жилья.
– Но почему именно я? – спросила Лена.
– А кто ещё? – пожала плечами мать. – Витька семейный, работает. У него времени нет старушкой заниматься. Тем более он мужик!
– А у меня есть?
– У тебя личной жизни нет, работа обычная. Польза какая-то будет от тебя.
Лена закусила губу. Личной жизни действительно не было. После развода три года назад встречалась с парой мужчин, но ничего серьёзного. Работа – менеджер в строительной фирме, график свободный.
А Витька... Витька женился в двадцать два на первой беременной однокласснице, родил дочку, сидит на скучной должности кладовщика и ноет про жизнь. Зато у него есть семья – священная корова, перед которой все должны расступаться.
– Хорошо, – сказала Лена. – Но с условиями. Официальный договор аренды с братом. И завещание от бабушки – чёрным по белому.
Бабуля кивнула:
– Конечно, внученька. Всё по-честному сделаем.
Через месяц Лена стояла в своей опустевшей трёхкомнатной квартире. Витька с семьёй въехал на следующий же день, сразу затеял ремонт на Ленины же деньги – "детской надо обустроить по-человечески". Аренду платил копейки – тысяч пятнадцать вместо рыночных сорока. "Брат же, не чужой".
– Не переживай, – сказала мать, помогая нести последние коробки. – У бабули заживёшь как у Христа за пазухой. И наследство получишь неплохое.
Первые недели были медовыми. Бабушкина квартира впечатляла – высокие потолки, лепнина, паркет дореволюционный. Мебель антикварная, картины в рамах, хрусталь в сервантах. Старушка оказалась интересной собеседницей, рассказывала байки про молодость, готовила вкусно.
Но вскоре медовый месяц закончился.
– Леночка, сходи в магазин, продукты кончились.
– Леночка, врача вызови, давление скачет.
– Леночка, в аптеку съезди, лекарства закончились.
Лена ещё не возражала. В конце концов, она для этого и переехала. Но когда бабушка стала приглашать в гости родственников, стало сложнее.
Витька приходил каждые выходные. С женой Алёнкой и пятилетней дочкой Машкой. Устраивались как дома – бабушка их баловала пирогами, дарила подарки, а Лена превратилась в прислугу.
– Лен, а что у нас на ужин? – спрашивал Витька, развалившись в любимом бабушкином кресле.
– Готовь сам.
– Да ты же тут хозяйничаешь. И потом, у меня спина болит, целую неделю на складе горбачусь.
Алёнка поддакивала:
– Лена, ты же свободная, времени полно. А у нас ребёнок, заботы...
Лена скрипела зубами, но молчала. Ради будущего наследства можно потерпеть.
А потом случилось неожиданное.
Лена встретила Максима.
Он снимал квартиру в соседнем доме, работал программистом, было ему тридцать восемь. Познакомились в кафе – Лена покупала торт к бабушкиному дню рождения, он выбирал пирожные. Разговорились, обменялись номерами.
Максим оказался именно тем мужчиной, которого Лена искала всю жизнь. Умный, с чувством юмора, самостоятельный. Не требовал от неё материнской заботы, как предыдущие кавалеры, а относился как к равной.
Через месяц он сделал предложение.
– Лен, я покупаю квартиру. Двухкомнатную, светлую. Переезжай ко мне. Официально оформим отношения.
Лена растерялась. С одной стороны – любовь, семья, счастье. С другой – бабушкино наследство, которое могло решить все финансовые проблемы на всю жизнь.
– Макс, мне нужно время подумать.
– Конечно. Но долго ждать не буду. Мне тридцать восемь, хочу детей, нормальную семью.
В тот вечер Лена осторожно заговорила с бабушкой:
– Баб, а если я выйду замуж, что будет с завещанием?
– Как выйдешь замуж? – удивилась старушка. – А кто за мной ухаживать будет?
– Можно сиделку нанять...
– Чужая тётка? Никогда! Либо ты со мной живёшь и получаешь квартиру, либо ищи себе другие варианты.
Ультиматум был жёстким. Лена мучилась неделю, а потом ответила Максиму отказом.
– Понимаешь, у меня обязательства перед бабушкой...
– Лена, тебе тридцать пять лет. Ты готова потратить оставшиеся годы её жизни на уход, лишь бы получить наследство?
– Это не только из-за денег! Я её люблю!
– Любовь и расчёт – разные вещи.
Максим ушёл. Через месяц Лена узнала, что он женился на коллеге.
Время тянулось медленно. Лена работала, ухаживала за бабушкой, терпела визиты Витьки. Иногда ловила себя на мысли, что живёт чужой жизнью в чужой квартире по чужим правилам.
А потом бабушка заболела. Серьёзно.
Инсульт случился ночью. Лена вызвала скорую, ехала в больницу, сидела в коридоре до утра. Врачи сказали – постельный режим минимум на полгода.
Лена взяла отпуск без содержания. Кормила бабушку с ложечки, делала массаж, читала вслух, стирала бельё. Дни сливались в одну серую массу.
Витька заглядывал раз в неделю.
– Как дела? – спрашивал с порога. – Мне бежать надо, Машка заболела.
Машка у него болела каждый раз удивительно вовремя.
– Витя, может, хоть иногда посидишь с бабушкой? Мне на работу надо.
– Лен, ты же понимаешь, у меня семья, ответственность. А ты свободная.
Свободная... Лена посмотрела на себя в зеркало. Тридцать шесть лет, первые седые волосы, круги под глазами. Свободная женщина, которая три года не была ни в театре, ни в кино, ни на свидании.
Бабушка поправлялась медленно. К осени начала ходить, но требовала постоянного присмотра.
А в декабре случилось то, чего Лена не ждала.
Бабушка вызвала нотариуса.
– Завещание составлять буду, – объявила она за ужином.
– Баб, зачем тебе это? – Лена почувствовала, как ёкнуло сердце.
– Затем, что документы в порядке должны быть. Позову Витьку с семьёй, пусть тоже присутствуют.
На следующий день собрались все. Витька сидел на краешке стула, глаза горели. Алёнка сжимала его руку. Машка играла с планшетом.
Нотариус зачитал завещание.
Квартира доставалась .
– Но как же... – начала Лена.
– Внученька, – мягко сказала бабушка, – ты же умная, образованная. Сама себе квартиру купила. А Витя семейный, детей растит. Ему жилплощадь нужнее.
– Но я же три года за тобой ухаживала! Отказалась от личной жизни!
– И правильно делала. Семью надо поддерживать.
Витька сиял:
– Баб, я всегда знал, что ты самая справедливая! Мы тебя до конца дней твоих любить будем!
Лена сидела как оглушённая. Три года жизни. Упущенное счастье с Максимом. Карьера, которую пустила на самотёк. И что в итоге? Ничего.
В ту ночь она собрала вещи.
– Куда это ты? – удивилась бабушка.
– Домой. К себе.
– Как домой? А кто за мной ухаживать будет?
– Витя с семьёй. Им же квартира достанется.
– Лена, не глупи! – вмешалась мать. – У Вити работа, семья! Он не может постоянно тут сидеть!
– А я могу?
– Ты же одинокая! Тебе всё равно делать нечего!
Лена взяла сумку и направилась к двери.
– Если уйдёшь, больше не приходи! – крикнула бабушка. – Неблагодарная!
Лена обернулась:
– Я три года своей жизни отдала. Думаю, этого достаточно для благодарности.
Своя квартира встретила её холодом и запахом чужих людей. Витька сдавал комнаты студентам, не предупредив. В спальне жил парень лет двадцати, на кухне готовила девушка в наушниках.
– Извините, – сказала Лена, – это моя квартира. Мне нужно поговорить с человеком, который Вам ее сдал.
Витька приехал вечером, недовольный и растрёпанный.
– Лен, ты что творишь? Людей напугала! У меня договоры с ними!
– Витя, я возвращаюсь домой.
– Как возвращаешься? А бабушка?
– Теперь твоя забота. Раз квартира твоя будет.
– Лена, будь человеком! Я работаю, у меня семья! Не могу я за старушкой сидеть!
– А я могла?
– Ты же женщина! У вас это... инстинкт материнский!
Лена засмеялась. Впервые за три года – от души.
– Витя, завтра выселяешь жильцов. Послезавтра освобождаешь квартиру. Это мой дом.
– А где мы жить будем?
– Можете к бабуле переехать. Места много, уход обеспечен.
Витька побледнел:
– Лен, ты сама понимаешь, с ребёнком, больной старушкой... Это же невозможно!
– Мне было можно, а тебе нельзя?
Он ушёл, хлопнув дверью.
Через месяц бабушка умерла. Тихо, во сне. Сиделка, которую наняли Витька с матерью, нашла её утром.
На похоронах Лена стояла в стороне. Витька рыдал в голос:
– Как же мы без неё жить будем?
Очень хорошо жили. Уже через неделю он продал бабушкину квартиру за семь миллионов и купил коттедж за городом.
А Лена получила по почте письмо от нотариуса. Второе завещание, написанное за день до смерти. Бабушка оставила ей шкатулку с украшениями и записку:
"Леночка, прости старую дуру. Хотела как лучше для семьи, а получилось как всегда. В шкатулке мамины бриллианты. Продай и купи себе счастье. Ты его заслужила."
Бриллианты оказались настоящими. Антикварными. Оценщик назвал сумму в три миллиона.
Лена сидела в своей квартире и смотрела на украшения. За окном шёл снег. На столе лежало смс от незнакомого номера: "Лена, это Максим. Развожусь. Хочу с тобой поговорить."
Она набрала ответ: "Максим, я больше не та женщина, которая ждёт подходящего момента. Если серьёзно – приезжай. Поговорим."
И нажала "отправить".
А потом открыла ноутбук и написала объявление о продаже бриллиантов. На вырученные деньги можно было купить квартиру получше. А можно было открыть свой бизнес. А можно было съездить в кругосветное путешествие.
В тридцать шесть лет жизнь только начиналась.