9 ноября 1989 года упала Берлинская стена. Весь мир смотрел, как люди обнимаются, плачут от счастья, разбивают молотками бетонные блоки. Но полковник Клаус Хоффман, командир танкового полка в городе Эрфурт, почему-то не радовался.
Он понимал: для него и его 100 тысяч сослуживцев началась совсем другая история. История о том, как за одну ночь превратиться из защитника родины в лишнего человека.
Солдаты, которых боялась НАТО
Клаус служил 22 года. Прошел Анголу военным советником, командовал батальоном, получил полк. В 45 лет чувствовал себя опытным офицером, которому есть что дать армии объединенной Германии.
- Народная армия ГДР была не парадным войском, а настоящей боевой силой. 175 тысяч человек, многие с реальным боевым опытом в Африке и на Ближнем Востоке. 2400 танков, 460 самолетов, флот из 70 кораблей.
В штабе НАТО их называли "красными пруссаками" и считали второй по силе армией Варшавского блока. Дисциплина железная, подготовка отличная. Такие солдаты любой стране пригодились бы.
Майор Томас Кречмер, военный переводчик, знавший четыре языка, тоже надеялся на продолжение карьеры: "Я думал - ну конечно, нас возьмут. Мы же профессионалы. Какая разница, в каких погонах служили?"
Холодный душ реальности
Первое, что сделали западные немцы - создали Министерство разоружения и обороны. Во главе поставили Райнера Эппельмана, бывшего диссидента, который в молодости отказывался служить в армии вообще.
Из 100 тысяч кадровых военных в новый Бундесвер взяли 3200 человек. Клаус Хоффман в их число не попал. Слишком высокое звание, слишком большой опыт, слишком много знал о советской военной доктрине.
"Нам объяснили просто, - вспоминал он позже. - Вы нам нужны на полгода. Поможете разобраться с техникой, покажете, что где лежит. А потом можете быть свободны".
Томасу Кречмеру повезло больше - его взяли переводчиком. На два года, с пометкой в документах "служил в иностранной армии". Как будто он не немец.
Когда звезды падают на землю
Генерал-лейтенант Фриц Штрельц, последний командующий сухопутными войсками ГДР, в один день потерял все. Звание, пенсию, статус, уважение. В 52 года оказался просто безработным мужчиной без профессии.
Полгода он искал работу. Отказывали везде - слишком специфический опыт, слишком известное лицо. В итоге устроился охранником на склад стройматериалов. Зарплата - треть от офицерского жалованья.
- Контр-адмирал Клаус Бетке, командовавший военно-морскими силами ГДР, стал таксистом. Полковник Йорг Шёнбом, прошедший три командировки в Анголу, работал дворником в школе.
Люди без прошлого
Майор Манфред Гюнтер командовал воздушно-десантным батальоном. После увольнения открыл мастерскую по ремонту автомобилей в восточном Берлине. Руки золотые, клиентов хватало, но осадок остался на всю жизнь.
- Его сын Михаэль тогда учился в старших классах. Увидел, как отец из уважаемого офицера превратился в мастера по ремонту машин. Запомнил на всю жизнь.
Сегодня Михаэль Гюнтер голосует за "Альтернативу для Германии". Объясняет просто: "Они первые, кто сказал - с восточными немцами обошлись несправедливо".
Цена объединения
Клаус Хоффман нашел работу в частной охранной фирме. Зарплата небольшая, но хоть что-то. Жена работала продавцом, дочь училась в университете. Сводили концы с концами.
Томас Кречмер отработал два года переводчиком и ушел. Открыл бюро переводов, дела пошли неплохо. Но в душе остался горький привкус: "Меня использовали и выбросили. Как одноразовую вещь".
Забытые герои
Через 30 лет об армии ГДР помнят только историки да музейные работники. Полковники и генералы, которые честно служили своей стране, превратились в статистику.
Но их дети помнят. Помнят, как отцов-героев превратили в изгоев. Как опытных профессионалов выбросили на помойку только за то, что они оказались не на той стороне исчезнувшей границы.
Сегодня восточные земли Германии голосуют не так, как западные. И во многом потому, что там живут дети тех самых "ненужных" офицеров. Которые на собственной шкуре поняли: объединение было не браком по любви, а поглощением.
Урок, который не хотят помнить
Возможно, все могло быть по-другому. Если бы с военными ГДР обошлись справедливо, если бы дали им шанс послужить новой Германии, если бы не унижали и не выбрасывали.
- Но политика победила здравый смысл. И сегодня Германия расплачивается за ту несправедливость ростом радикальных настроений на востоке страны.
Клаус Хоффман дожил до 75 лет. Умер в 2019-м от рака. На похороны пришли бывшие сослуживцы - те немногие, кто еще был жив. И его сын, который так и не простил стране обращение с отцом.