Солнечный культ Ярилы, испокон веку хранимый славянами и празднуемый в местах проживания коренного русского населения, чествуется в трёх ипостасях. Одна и наиболее известная ипостась олицетворяет день летнего солнцестояния как Ярилин день, но другая ипостась отражает сексизм репродуктивного органа мужской половины человечества как Ярилина плешь; третья ипостась является в образе воителя с мечом как Ярун либо щитом как Яровит.
Во-первых, что касается дня летнего солнцестояния, то он подтверждается теми данными, что в Ярославской, Тверской и других губерниях вместо Купалы был Ярила, и Ярилин день отмечали там, где Купалу не праздновали, — на Верхнем Поволжье и в землях Северо-Восточной Руси, где проживали вятичи. И там, где продолжали праздновать Купалу, там нет или практически нет воспоминаний о Яриле. На Украине теоним Ярила неизвестен совсем и всего-то одно сообщение о нём дошло из Беларусии. Сопоставив известные ярилки с Купалой по обрядам захоронения чучела, разведения костров, искупления грехов, а вместе с ними и сексуальных вольностей, и отмечая близость их по срокам, этнографы пришли к выводу, что так называемые ярилки оказываются купальскими праздниками. На семантическое тождество между Ярилой и Купалой указывает та обрядность праздника, на котором белокурый юноша либо девушка с курчавыми волосами и с венком из листьев на голове, в белой одежде и босые, сидят верхом на белом коне, привязанном к столбу, около которого собирался хоровод. Столб означает воображаемую «ось мира», вокруг которой движутся «частые звёзды» и солнце в образе Ярилы свершает своё видимое движение по небосводу будто на «белом коне». Местами обряд подменяется обычаем движения огненного колеса на оси вращения. Похожая обрядность наблюдается во время празднования Коляды в дни зимнего солнцестояния, когда солнце будто останавливается на небосводе, и во время которого колядующие держат в руках изображение звезды на шесте и встают в хоровод. Однако семантическое тождество между Ярилой и Колядой нигде не прослеживается и поэтому оно не такое явное как с Купалой, думается, по причине того что Коляда завершает видимое движение солнца по эклиптике на зиму, а Купала — на лето. Это безусловно говорит о том, что Ярила является означающим летнего солнца в полупериод, когда продолжительность светлого времени суток увеличивается каждые следующие двадцать четыре часа, так что дни становятся длиннее, а ночи — короче. Положение опровергает устоявшееся мнение о том, что Ярила является языческим богом или, хуже того, полубогом, либо только идолом как объектом поклонения всех язычников. И оно убеждает, что разброс праздников, отмечаемых в интервале времени с 25 декабря и по 20 (21) июня, имеет отношение исключительно к солнцу, повернувшемуся на лето. Обстоятельство, которое легко объясняет тот языковой факт, что название года в европейских языках связывается только с Ярилой, как летним солнцем, но не зимним: немецкое Jahr, английское year; сравнительно с чешским yaro, весна; год. Следовательно, 25 декабря начинает праздноваться день рождения Ярилы, как ипостаси летнего солнцеворота, но 20 (21) июня продолжает праздноваться уже день его воскресения, как апогея славы солнца. Поэтому русское название у этого дня восходит к понятию, связанному идеей кресъ, как наивысшей точкой расположения солнца на небосводе в день летнего солнцестояния, воскресенья, означающего летнего дня великого красного солнца!
Потому в Нижегородской губернии и в Пошехонье перед самым днём летнего солнцестояния (на Купалу), отмечали старого Ярилу. Однако учитывая что период летнего солнцестояния по времени занимает считанные часы, «старый Ярила» практически совпадал с Купалой, отождествляясь напрямую с ним. Теперь можно свободно трактовать истинное время «старого Ярилы», которое начиналось примерно 19 (20) июня, то есть перед самым днём летнего солнцестояния. Следуя той же логике, можно определённо говорить и о времени молодого Ярилы, которое начинается с днём зимнего солнцестояния примерно с 22 декабря и продолжается до дня зимнего солнцеворота включительно, до 25 декабря, когда начинается новый солнечный цикл, то есть, становится заметным после трёхдневного стояния удлинение дня, как светлого времени суток, несмотря на то, что и в Нижегородской губернии и в Пошехонье «молодого Ярилу» отмечали за неделю до Иванова дня (до Купалы), а «старого Ярилу» — перед самым Ивановым днём (на Купалу). Почему Ярила и считается «молодым» до тех пор пока день увеличивается, а его длина не равняется ночи. И как только долгота дня уравнивается с долготой ночи, Ярила созрел для того чтобы стать старше! То есть, Солнце будучи в знаке Овнов олицетворяет в круге рождения и смерти дальнейшее взросление и созревание «молодого Ярилы», и поэтому символизирует начало периода «зрелого» Ярилы. Ближайшее к этому времени, дню весеннего равноденствия, событие или торжество — это праздник Масленицы, непременным атрибутом которого являются блины, а его реальное время вследствие религиозных разногласий, изменений в календарной системе или же необъявленной войны язычеству никак не привязано стало к весеннему дню равноденствия, хотя бы ранее на эту связь указывали этнографы. Время же этого праздника, известного до сих пор как проводы зимы, приходится в канун «молодого Ярилы», а точнее за неделю до начала дня весеннего равноденствия, когда день, хотя и прибавляет в светлом времени суток, но всё ещё не равняется ночи, и как следствие зима в марте месяце держится местами снегом и льдом, а местами холодом и мёрзлой землёй. Сразу после весеннего равноденствия день постепенно становится длиннее ночи и уже на смену холодному дыханию зимы приходит живительное тепло весенней прохлады. В отношении тех праздников посвящённых Яриле справедливыми кажутся суждения, которые связывают его с «умирающим и воскресающим божеством», но скорее летним, чем зимним, — ведь древнейшие представления о солнце как божестве, начиная примерно с IV века, постепенно подменяются символом веры всех христиан, уже обращённых в новую веру, изображающим распятие. В этом отношении восхождение Иисуса на Голгофу к месту своего воскресения оказывается земной проекцией летнего полупериода в видимом движении солнца, — от самой низкой точки «карачун» над горизонтом в день зимнего солнцестояния до самой верхней точки «крес» в день летнего солнцестояния.
И астрономическое явление, которое наблюдается в точках видимого смещения солнца, отражается уже как передвижение солнца по небу в течение года снизу вверх и сверху вниз относительно истинной линии горизонта, что в свою очередь соотносится с восхождением дневного светила на вершину горы и последующим его нисхождением. В ряде местностей до сих пор сохраняется старая, связанная с небесной горой, топонимика, как то — Ярилина гора, Ярилина роща (на горе). А также сохранилось предание, что на горе близ Галича стоял идол Ярилы, в честь которого проводился трёхдневный праздник в Неделю всех святых! Известно и такое название соответствующего праздника как Красная Горка, трёхчастное отношение к которому связано восхождением, воскресением и последующим нисхождением солнца в летне-зимний период в годовом обращении Земли вокруг Солнца.
Легендарная гора Меру, которая находится в середине Мира, и воспоминания о которой сохранились в древних гимнах благочестивых индийцев, — ариев, есть речевой оборот, которым они описывали воображаемую ось вращения Земли в точке на небосводе по направлению к северному и южному полюсу мира, около которой как в калейдоскопе происходит видимое суточное движение звёзд. Эта воображаемая ость вращения с вершиной, восходящей в точку, совпадающую с географическим севером, как на приколе, раскручивает мироздание и является этой самой горой, которую должно быть видно только ночью и при свете звёзд, и которая отождествляется с двумя Геркулесовыми столбами и конусовидным веретеном с пряслицем, как имеющем сквозное отверстие по продольной оси, и вид, внешне похожий на баранку! Эту воображаемую ость мира было бы точнее обозначить и как ось меры или временного измерения, на которой прядут нити человеческой судьбы богини Мойры в мифах древних греков. Философ Платон рассказывает о мировом устройстве как о следствии действия этого «веретена», описывающего две окружности верхнего и нижнего неба, как действие земной прецессии, что было отмечено Гиппархом как предварение равноденствий, при котором ось вращения тела помимо собственного вращения изменяет и своё же направление в пространстве сообразно раскрученной юле или «волчку»!
Затем, постепенно отклоняясь от вертикали, тело описывает верхний и нижний конус, наподобие песочных часов! В мифологии древних земная прецессия не меньше известна как «небесная колесница» и «серый волк» в русских сказках! Явление небесной горы хорошо видно ночью, когда небеса горят светом далёких звёзд и планет, являясь прообразом земной горы, на вершине которой находится идол Ярилы в виде прикола, возле которого в свою очередь разворачиваются игры и хороводы с песнями да плясками.
Надо знать что земная прецессия возникает в результате фундаментального гравитационного взаимодействия и привнесения центробежной силы инерции вращающегося тела и схематически должна быть представлена в виде двух конусов, основания которых повторяют окружность в экваториальной плоскости планеты, вершины направлены в точки северного и южного полюсов мира, в геометрической проекции дающих вид ромба изнутри овала, и которую в христианской иконописной традиции символизирует форма миндалевидного нимба, как сияния овальной формы, расположенного строго в вертикальном направлении, внутри которой помещено изображение в рост или Христа, или Богородицы, реже святых. Вместе с окружностями неба в северном и южном полушариях прецессия даёт геометрическую проекцию выпуклого на оси цилиндра, как бочки на шесте, внутри которой плывёт и растёт не по дням, а по часам персонаж из русских народных сказок Иван-царевич, исход которого на берег можно понять как пережиток обряда прохождения инициации, то есть посвящения в тайну рождения, жизни и смерти. Традиционно прецессия Земли в искусстве выражается ромбическим узором с вертикальной и горизонтальной линиями внутри, образующими крест, и четырьмя точками, как означающими равноденствия и солнцестояния. В православной традиции на равностороннем кресте вместо точек изображают дополнительно четыре луча, как бы солнечное сияние.
Во-вторых, информанты сообщали этнографам о гуляниях в «Ярилин день» и о так называемых «ярилках», когда полагалось «Ярилину плешь погребать». Как раз это время приходилось на день летнего солнцестояния, но по известным на то причинам оно было вытеснено постом и молитвой, и поэтому день Ярилы не имел прочного и единого обоснования по календарю. В концептуальной связке с Ярилой плешь оказывается эвфемизмом, который ассоциируется не столько с лысой головой, сколько с обнажённой головкой. Почему и персонаж назывался иногда не Ярилой, но Плеханом. По тому обряду, священное действие которого непременно сопровождалось погребением чучела «куклы» с ярко выраженным мужским половым признаком, Ярила совпадал с румынским Калояном, частью имевшим прямое соответствие с Иваном Купалой, как «прекрасным Иоанном». Таким образом, праздник Ивана Купалы в каком-то одном месте соответствует похоронам Ярилы в другом, сжиганию Костромы в третьем, проводам Перуна в четвёртом, обыкновенно отмечаемым на холме или на лысой горе, или на горе, покрытой рощей. Следы их до сих пор остаются в концептуально устойчивых и конфессиональных речевых оборотах, — это что ещё за хер с горы или шабаш на Лысой горе либо шабаш ведьм, также в отдельно взятых словах и терминах, — славянское соботка и французский саботаж, потому как день праздничного события или становился выходным днём, либо переносился на выходной день, как день суботний. Само празднество представлялось разнузданным гулянием толпы, насчитывающей до нескольких тысяч человек, которое сопровождалось сексуальными вольностями, оргиями, — чрезвычайно развратным характером половых отношений, не имевшим ничего общего с церковным благочестием. И погребение и сжигание чучела на погребальном костре и, возможно, спускание по реке олицетворяет прощание с молодым Ярилой в час-пик его восхождения на вершину небесной горы, который из года в год приходится на время летнего стояния солнца в точке крес. Что ещё важно, обряд направлен на души предков — умерших дальних и близких родственников — и неизменно связан переходом их по ту сторону жизни и смерти, символизируемым уже старым Ярилой и его полупериодом нисхождения, когда солнце поворачивает на зиму. Это как раз и отразилось на праздновании «молодого» и «старого Ярилы» в Нижегородской губернии, Пошехонье и других областях в последнюю неделю на Ивана Купалу как неделю «воробьиной» ночи. Воробьёвы горы — топонимический указатель места на юго-западе Москвы.
Проводы Ярилы сопровождались всеобщим ликованием и разгулом страстей от самых безобидных и невинных до откровенно бесстыжих и наглых с бешеными плясками, сладострастными жестами и такими же песнями, с кличем и воплем неприязненным, так что мужам женатым и отрокам — прельщение и падение, а жёнам мужатым — бесчестие, а девам юным — растление. Упоминается, что эти и подобные им «глумы» творились в Троицыну субботу и в Петрово заговенье с «козлогласованием, пьянством и любодеянием», напоминая тем древние оргии дев-вакханок, — вакханалии, проводившиеся на праздниках в честь Диониса. И тут остаётся лишь гадать, насколько далеко за горизонт событий уходят истоки обряда похорон чучела с огромным приапом и пошлыми шутками у казаков да корни слов, указывающих на половую близость в славянских языках: сербское jȁрич, любовный пыл, украинское яркiсть, мужское семя, русское ярь, энергия растений, их спор и семян (по-Далю В. И.). Отсюда имеем яриться, сексуально возбуждаться: животина ярится — кричит, ревёт, вопит, рычит, одним словом орёт от полового возбуждения весной и ранним летом, привлекая этим самым противоположный пол.
В археологии время полей погребальных урн было также и у славян; кремация с помещением праха в урну широко распространилась по Европе с середины II тысячелетия до новой эры. Так, например, автор той же Повести временных лет сообщает, что «еже ли кто умрёт, над ним творят тризну, и кладут его на костёр, мертвеца сжигают, и затем, собравши кости, кладут в сосуд малый, и оставляют на столпе на распутье, что творят вятичи поныне. Эти обычаи творят кривичи и прочие сущие язычники». И до сих пор славяне хранят память о кремации того времени, когда произносят сокровенную фразу: «Мир праху твоему!». Однако в контексте нашего исследования существенно уже то, что урну с пеплом ставили «на столпе», вокруг которой насыпали большой холм или курган, что отмечено археологами, как остатки вертикально поставленных столбов, обнаруженные в курганном могильнике. С ортодоксальным христианством от курганного культа остаётся лишь обряд захоронения в виде невысокого холмика как намогильной насыпи, — горки. В обряде похорон поднимание бочки на шесте и её сожжение или такое же поднятие горящей урны на ости к солнцу вкупе с сожжением либо утоплением куклы «чучела» является пережитком посмертного ритуала с более чем тысячелетними традициями, обязанными своим происхождением как есть раннеславянскому похоронному обряду вознесения урн на столпе относительно судьбоносной значимости феномена земной прецессии, следы от которого ещё до сих пор остаются в такой части деревенского быта как горшок на плетне, — в представлении древних индийцев весь мир вертится будто на гончарном круге. В настоящем эта сторона похорон отражена в прозрачной бутылке водки, либо той же горилки, с бочковидной стопкой на длинном горлышке, оставленной на могиле покойника. Ранее горшок и позднее бочка стали той посудиной, по сути лодкой, которая переносит душу покойника из этого мира в мир иной. И в этом плавном переходе ей помогали как служители, так и исполнители посмертного ритуала похорон. Стало быть и бочка Диогена тоже связана каким-то образом с обрядом похорон и влиянием земной прецессии на весь мир и жизнь в горниле судьбы человека, — ведь под «бочкой» Диогена имеется в виду пифос, большой в рост человека глиняный горшок с выпуклыми боками, который закапывали в землю, и в котором хоронили зерно и своих мертвецов древние греки. Сегодня вместо урны, горшка, бочки и лодки практически везде используется длинный деревянный ящик под видом того же сундука или ларца, как следствие обряда, пришедшего на смену ритуальным захоронениям в срубе и домовине. Образно выражаясь, мы все плывём в одной лодке, находимся как будто внутри единой бочки, прообразом которой является феномен земной прецессии, и никуда мы из этой подводной лодки не денемся. «Холмы» под видом египетских пирамид, широко распространённые на земле, оказываются в такой же мере и такими же курганами, но выстроенными из тёсаных каменных глыб. По древнеиндийской же культурной традиции феномен земной прецессии становится неотъемлемой частью религиозного культа поклонения лингаму, как творящей божественной силе, скульптурные изображения которого представляются в виде вертикально поставленного в основании круглой формы, или реже квадратной, цилиндра, — аналога веретена Ананке у Платона или веретена с пряслицем у славян.
Значит, что в древних мифах и народных сказаниях феномен земной прецессии отражён в виде «небесной колесницы» с двумя «колёсами» в виде окружностей северного и южного неба на воображаемой оси вращения, в которую запряжена «тройка» белых коней, в проекции на небо символизирующая тройную систему полярной звезды. Благодаря этому феномену богоподобное солнце совершает в небе своё видимое с земли вращение, будто сам бог каждое утро запрягает свою колесницу, как Ярила-возничий, или господь Кришна, если хотите, и в которой все мы находимся, как собирательный образ Луны, либо Арджуны, если угодно. И не исключено, что вместо тройки-двуколки может фигурировать «крылатый конь» (Пегас) или «священная птица» (Сокол, Орёл, Лебедь). Полярная звезда, будучи путеводной, и есть тот самый «конь» древних индийцев, который знает правильный путь к небесному миру.
В-третьих, что касается воинской доблести и самопожертвования во имя славы, долга, чести, справедливости, идеалов, то после установления ортодоксального христианства Ярилу заменил Георгий Победоносец, ставший воином-святым, и наиболее известный в народе под именами Егория или Юрия. Для сравнения, у словаков Игор, у южных славян Гергий. Геральдическое описание Георгия, как «Святого», не соответствует канону изображения святых на иконах непременно с нимбами, а характеристика Победоносца как «Патрона» России противоречит общепринятой религиозной норме, что небесным покровителем Русской земли является Патронесса, Пресвятая Богородица. Дальше больше, на гербе Москвы XVII века будущий Георгий Змееборец изображался обнажённым всадником на «белом коне», прямо как Ярила, которого позднее станут звать просто «Ездец», то есть всадник с копьём. Культ Ярилы был широко распространён на Верхнем Поволжье и в современных Московской и Владимирской областях, но в районе Суздаля Ярила был известен также под именем Ярун. Для полноты понимания, есть Ярилово поле в Костроме и была Ярилова роща под Кинешмою; тоже село Ерилово в Дорогобужском уезде и Ярилова долина под Владимиром, урочища Яриловичи в Тихвинском и Валдайском уездах и прочее. И поэтому перепутать его с громовержцем Перуном — другим проявлением обожествлённого солнца — могли разве что позднейшие исследователи, а не местные коренные жители, так как культ последнего был широко распространён на территории Великого княжества Литовского и Литовской Руси под именем не менее известным, чем Перкунас, как например, в Беларусии: «Каб цябе Пярун пабраў!». Ведь на этих территориях культ Ярилы практически не встречается, хотя его можно найдти у западных славян под именем Яровит, изображение которого представлялось с бранным щитом, но которого старшие хроники сравнивали с римским Марсом, бывшим первоначально громовержцем, и только потом ставшим богом войны. Та обрядовая обстановка, в которой чествовали Ярилу в разных местах, как раз указывает на тесную связь с летними грозами и проливными дождями, громом и молнией, а также чёрными тучами, как оплодотворяющими силами природы, которые после дня летнего солнцеворота с каждым разом всё больше затихают и замирают от холодов, и в конце концов, замыкаются морозами. Круглый щит Яровита символизирует не только солнце, но и шаровую молнию, а меч Ярилы, в интерпретации копьё, олицетворяет не только грозовую стрелу или каменную стрелку, молнию, но и солнечный луч! Отсюда идёт известная этнографическая связь Яровита не только с Перуном, но и Ярилой как постоянным противником Кощея Бессмертного, перенявшим образ главного персонажа русских народных сказок, — Ивана-царевича! Но с другой стороны, Ярила встречается у сербского населения на Балканах. В Скандинавии помимо топонимов Jarila, Jurila имеет место ещё Harila или Jarilla на Пиренеях, которое по-испански читается также, как «Харилла».
Таким образом, личное имя мифического персонажа Hēraclēs, Геракл, является ни больше ни меньше формой передачи на древнегреческом языке славянского имени Ярослав (греч. clēos «слава»). А поскольку греческое «Hēra» не является знаменательным словом, — лексически самостоятельной частью речи, поэтому не функционирует в качестве члена предложения, отчего не имеет перевода на другие «варварские» языки, постольку оно лексически и семантически обычно связывается с личным именем другого второстепенного персонажа, описанного также в мифах Древней Греции, — богиней Герой. Отсюда имя Геракла обычно этимологизируется с греческого, как “славить Геру”. А это означает, что Геракл своими подвигами славит не себя самого, но вспыльчивую и раздражительную Геру, чей образ становится воплощением гнева или злобы в их самых что ни на есть низменных и отвратительных проявлениях нетерпения и вожделения или мстительности и коварства! Олицетворяя собою древнее зло или первобытный страх и увлечённая необузданностью своего крутого нрава, она яро преследует своего заклятого врага, «культурного» героя Геракла, связанная хтоническими силами и в бешеной похоти порождающая чудовищ подобных Тифону и самого неукротимого, буйного и кровавого бога войны, молодечества, жестокой удали, — Ареса. Очень важно понять, что этот мифологический образ древнегреческой богини вторичен и поздно олитературен. А прообразом её, как думается, может стать архетип весны и плодородия, богиня Яра, невеста Ярилы, либо Алёнушка, которую царевич Иван спасает от Змея Горыныча или Кощея. В интерпретации имя Ярослав должно бы означать “славить Яра”, не иначе, как апофеоз летнего солнца. Город Нижнего Египта, Гераклеон, калькирует топоним Ярославль, где и был установлен храм, посвящённый Гераклу. Так, в сказаниях древних греков противостояние между «культурным героем» Гераклом и необузданной Герой с большой вероятностью отражает тот доисторический период Древней Греции и Скифии, когда огречевшиеся «культурные» скифы вели ожесточённую борьбу с дикими варварами, которые также как и они или их предки в своё время всегда приходили в поисках «военного счастья» и добычи из-за Борея как территории Гипербореи, или точнее, с верховьев реки Волги (Ра), где и отмечается широкое распространение культа Ярилы, прославления солнца, олицетворяющего также весну и плодородие. Ещё «отец истории» Геродот сообщал о том, что у эллинов сохранилось предание о родстве между греками и скифами, причём последние произошли от сына Геракла Скифа и женщины-змеи.
На том основании, что Ярила является обозначающим солнца в летний период солнцеворота, имеет смысл разделить этот полупериод на время «молодого» и «зрелого» Ярилы, когда каждый следующий день только прибавляет в светлом времени суток. Если исходить из того факта, что «старого» Ярилу праздновали на Купалу, и что Ярилин день тут практически совпадает с днём Ивана Купалы, полупериод зимнего солнцеворота имеет смысл разделить на время «старого», включая день осеннего равноденствия, и «ветхого», с включением дня зимнего солнцестояния, Ярилы. Если время молодости по существу включает состояние зрелости, но ветхость является продолжением старости, оставаясь глубокой по отношению к ней, имеет смысл разделить весь летне-зимний период движения солнца по эклиптике на «молодого» и «старого» Ярилу, — когда день или ночь прибавляют соответственно в светлом или тёмном времени суток. Понятно тут, почему в некоторых губерниях празднование «молодого Ярилы» проводилось в неделю к началу празднования «старого Ярилы», то есть за неделю до Купалы, так как продолжительность ночи значительно убывала сравнительно с днём. И поскольку на день летнего солнцестояния приходятся считанные часы, период «старого Ярилы» по времени совпадает с Купалой, когда возможно наблюдать самый долгий день в году и самую короткую ночь. После празднования Купалы Ярила, как в украинской поговорке, хотя уже и стар, да всё ещё яр, или другими словами, день хотя и убывает в отношении к ночи, тем не менее, светлое время суток по прежнему превосходит тёмное по продолжительности дня и долго ещё не будет равняться ему по продолжительности ночи. Очень важно, что «старого Ярилу» чествовали всё-таки в день Купалы, а не сразу после него, когда Ярила собственно говоря идёт на понижение, другими словами, начинает спускаться с небесной горы, так сказать, стареть. Ведь любой апофеоз, будь это празднество или торжество, всегда связан с возвышением солнца над уровнем горизонта и с восхождением по небосводу в течение полугода и никогда с его понижением. А это всё равно что праздновать повышение чиновника по службе, но никогда не праздновать его же понижение. По этой естественной причине многие обряды, как оказалось, не нужно отодвигать далеко к началу года или концу полугодия, для того чтобы справлять их где-то в середине полупериода восхождения. И по этой вот простой причине называть Ярилу богом, а тем паче полубогом, было б неправильно, так как Ярила является тем солнцем, которое возможно увидеть невооружённым глазом на небе, и которое движется по эклиптике, не являясь тем физическим Солнцем, которое предустановлено в центре планетных орбит, и около которого в свою очередь движется Земля. Ярилин идол, будучи земным воплощением солнца в дереве, не просто так устанавливали на вершине горы, а потому что символизировал собой именно Купалу и вместе с тем торжество сил света над силами тьмы. Так, на этнических прялках например легко разглядеть множественные изображения одного и того же символа, воссоздающие эффект видимого движения солнца по небосводу. При этом верхний знак в виде колеса со спицами, символизирует летнее солнце, олицетворяя Купалу, а нижний знак — зимнее, — Коляду. Таким образом, ещё «молодым» Ярила плавно переходит в Купалу, но будучи уже «старым», плавно переходит в Коляду. Какой бы то не был солярный символ, всегда изображаемый с эффектами видимого движения солнца по небу и в первую очередь похожий на контур колеса с осью вращения, есть означающее не столько физического Солнца, сколько Ярилы, и не столько «старого», сколько «молодого».
P. S. Около 15 000 лет назад самой близкой к северному полюсу мира полярной звездой была незаходящая на большей части территории России Вега α-Лиры в созвездии Орла. А значит эта звезда была путеводной для древних скотоводов и охотников, и на неё ориентировались кочевые племена и путешественники того времени. Также время появления самого названия звезды может быть отнесено к столь давней эпохе, как и употребление однокорневых слов индоевропейской семьи языков в значении пути: немецкое Weg, английское way, норвежское vei, датское vej, западнофризское wei. В русском языке этот же корень сохраняется в словах воз, перевоз и везу (= др.-греч. (v)eho), и что архиважно, в таких словах как веха, шест, жердь для указания пути и верстовой столб; вежа, башня, столп, каланча; палатка, шатёр, юрта или даже кибитка и тому подобное. Паневежис. Беловежская Пуща. Лас-Вегас. Стало быть полярная звезда по представлениям древних людей являлась той универсальной вехой на пути, по которой искали и находили дорогу, подобно тому как сейчас дорожные знаки показывают вектор движения транспортного потока. В древнерусских летописях, когда речь идёт о событиях, происшедших в считанные не одну тысячу лет «от сотворения мира» (в звёздном храме), тогда скорее всего имеется ввиду та веха, как точка отсчёта времени событий, которая известна как смещение земного полюса мира, время от времени происходящее в истории Земли, наблюдаемое в том, что оба полюса мира смотрят теперь на другие созвездия.