Запах шашлыков смешивался с дымом от костра, а смех друзей разносился по дачному участку. Наша традиционная майская вечеринка у Максима с Леной — десять семейных пар, которые дружат уже больше семи лет.
Я стояла у мангала, переворачивая мясо, когда почувствовала знакомое напряжение в плечах. Виктор приближался — его тяжёлую поступь не спутаешь ни с чем.
— Катька, ты что, совсем дубовая стала? — его голос перекрыл все разговоры. — Мясо пережариваешь! Сколько раз объяснять?
Все замолчали. Десять пар глаз уставились на нас. Я медленно выпрямилась, отложила щипцы.
— Извини, сейчас исправлю.
— Исправлю, исправлю... — передразнил Виктор. — Руки у тебя не из того места растут, честное слово.
Лена неловко кашлянула:
— Витя, мясо нормальное, не переживай.
— Нормальное? — он развернулся к хозяйке. — Лен, ты же знаешь, я люблю с кровинкой. А моя благоверная умудряется превратить говядину в подошву.
— Тогда готовь сам, — тихо сказала я.
— Что-что? — Виктор приблизился, нависая надо мной. — Ты мне что-то сказать хотела?
— Ничего не хотела.
— То-то же.
Он отошёл к столу, где сидели мужчины. Я осталась у мангала, чувствуя жжение в глазах. Не от дыма — от стыда.
— Катюш, не обращай внимания, — Ирина подошла с бокалом вина. — Мужики в компании всегда петушатся.
— Да я привыкла уже.
— Зря привыкаешь, — покачала головой подруга. — Моя бабушка говорила: "Если мужчина тебя не уважает дома, на людях будет топтать ногами".
Бабушка Ирины была мудрой женщиной.
— Витек, а почему жена у тебя такая худая? — громко поинтересовался Денис, один из наших друзей. — Не кормишь что ли?
— Да она сама ничего не ест, — отмахнулся муж. — Всё диеты какие-то соблюдает. Говорю ей: "Катька, ты не модель, чего голодаешь?" А она своё твердит.
— А может, она и правда хочет красиво выглядеть? — заступилась Марина, жена Дениса.
— Для кого красиво? — захохотал Виктор. — Для меня? Так мне и сейчас нравится. Хотя... — он театрально задумался, — грудь можно было бы и побольше. А то как у подростка.
Воздух словно сгустился. Женщины переглянулись, мужчины уставились в тарелки. А я стояла как вкопанная, держа в руках щипцы для мяса.
— Витя, это перебор, — сказал Максим.
— Да ладно, это же моя жена! — развёл руками Виктор. — Кому как не мне её недостатки знать?
— Недостатки обсуждают наедине, — холодно произнесла Елена, жена Игоря.
— Ой, не строй из себя феминистку, — фыркнул муж. — Мужчины всегда говорят правду. А женщины привыкли комплименты слушать.
Я сняла фартук, повесила на спинку стула.
— Виктор, поговорить можно?
— О чём говорить? Мясо доделывай.
— Поговорить. Наедине.
Он недовольно поднялся, пошёл за мной в дом. В гостиной я развернулась к нему:
— Зачем ты это делаешь?
— Что именно?
— Унижаешь меня при друзьях.
— Я не унижаю. Я констатирую факты.
— Факты? То, что у меня маленькая грудь — это повод для публичного обсуждения?
— Катя, не раздувай из мухи слона. Мужчины всегда подшучивают над жёнами. Это нормально.
— Нормально?
— Абсолютно. Ты слишком всё близко к сердцу принимаешь.
Я посмотрела на мужчину, с которым прожила восемь лет. Сорок два года, инженер-проектировщик, неплохо зарабатывает. Раньше был внимательным, заботливым. А последние два года превратился в самовлюблённого хама.
— Виктор, а если я при всех начну обсуждать твои недостатки?
— Какие у меня недостатки? — насторожился он.
— Разные. Например, то, что ты храпишь по ночам так, что соседи жалуются.
— Это не недостаток, а особенность организма.
— Или то, что последний год у тебя проблемы в постели.
Лицо Виктора побагровело:
— Заткнись! Это совсем другое дело!
— Почему другое? Ты можешь обсуждать моё тело при посторонних, а я не могу?
— Потому что это интимное!
— А моя грудь — не интимное?
Он растерянно открыл рот, закрыл. Видно было, что до него доходит абсурдность ситуации.
— Катя, я не хотел тебя обидеть...
— Но обидел. И не в первый раз.
— Ладно, извини. Больше не буду.
— Не будешь что? Унижать или извиняться?
— Не буду... унижать.
Но я знала — будет. Потому что привык. Потому что считает это своим правом. Потому что уверен: жена стерпит всё.
Мы вернулись к гостям. Остаток вечера Виктор вёл себя тише, но я видела в его глазах недовольство. Он привык к покорности, а получил отпор.
Дома, когда мы остались одни, он сказал:
— Зачем ты меня опозорила при друзьях?
— Это ты себя опозорил.
— Я пошутил! А ты устроила разбирательства!
— Виктор, это не шутки. Это унижение.
— Да ладно тебе! Все мужики так говорят про своих жён!
— Может, ты и прав. Но я больше не намерена это терпеть.
— И что ты сделаешь? Разведёшься?
В его голосе слышалась насмешка. Он был уверен — я никуда не денусь. Восемь лет брака, общая квартира, работа, которая приносит меньше его зарплаты.
— Посмотрим, — сказала я спокойно.
Но на самом деле решение уже созрело. Потому что накануне я узнала кое-что интересное про своего мужа. Кое-что, что полностью меняло расклад сил в нашем браке.
Виктор думал, что может безнаказанно унижать меня на людях. Считал себя главным в семье, добытчиком и кормильцем.
Только он не знал, что я уже неделю слежу за ним. И знаю про его еженедельные походы к массажистке Алисе. Знаю, что "задержки на работе" — это свидания с двадцатипятилетней девочкой, которая работает в соседнем офисе.
Завтра у нас годовщина свадьбы. Восемь лет вместе. И я приготовила мужу сюрприз, о котором он пока не догадывается.
Унижение он получит в двойном размере. При всех наших друзьях. И тогда посмотрим, кто из нас будет просить прощения.
Продолжение читайте во второй части.(Нажимайте на синюю надпись)