— Света, ну что ты как статуя стоишь? Неси салаты уже! — голос Андрея прорезал гул праздничного застолья, заставив всех гостей обернуться в мою сторону.
Я замерла в дверях нашей гостиной с подносом в руках, чувствуя, как щёки вспыхивают от стыда. Двенадцать пар глаз смотрели на меня с любопытством и плохо скрываемой жалостью. Юбилей Андрея — сорок пять лет, и он решил отметить его дома, пригласив коллег и друзей.
— Извините, сейчас всё будет, — пробормотала я, расставляя тарелки на столе.
— А где горчица к мясу? — Андрей не унимался, откидываясь в кресле во главе стола. — Света, ты же знаешь, я без горчицы не ем.
Василий, его лучший друг ещё со студенческих времён, неловко кашлянул:
— Андрюх, может, сам дойдёшь до кухни?
— Зачем? — муж широко развёл руками, обращаясь ко всем присутствующим. — У меня есть жена. Пусть работает. А то совсем обленилась — целыми днями в своём салоне красоты сидит, играет в парикмахера.
Последняя фраза прозвучала особенно презрительно. Мой салон "Версаль", который я открыла три года назад и который приносил неплохую прибыль, в его устах превратился в детскую забаву.
Я молча ушла на кухню за горчицей. В зеркале холодильника отразилось моё лицо — тридцать восемь лет, русые волосы собраны в аккуратную причёску, лёгкий макияж. Чёрное платье сидело идеально — в собственном салоне я всегда следила за внешностью. Но сейчас в глазах читалась усталость и что-то ещё. Решимость.
— Ты в порядке? — в кухню заглянула Марина, жена Василия.
— Конечно, — улыбнулась я натянуто.
— Светочка, не обижайся на Андрея. Мужчины, когда собираются компанией, иногда ведут себя как петухи. Показывают, кто главный.
Если бы ты знала, подумала я, доставая баночку горчицы из холодильника. Если бы ты знала, что я узнала две недели назад.
Вернувшись в гостиную, я поставила горчицу перед мужем. Он даже не взглянул на меня, продолжая рассказывать анекдот коллегам.
— ...Приходит мужик домой, а жена говорит: "Дорогой, я купила себе норковую шубу". — "За какие деньги?" — "За твои". — "Откуда у тебя мои деньги?" — "Продала твою удочку". — Андрей расхохотался вместе с гостями. — Вот так и живём, друзья. Жёны наши всё время что-то покупают.
— Андрей, но Света же работает, — мягко заметила Ольга, коллега мужа. — У неё свой бизнес.
— Бизнес! — фыркнул именинник. — Ногти там красит, причёски делает. Это не бизнес, а баловство. Серьёзные деньги в семью приношу я.
Воздух в комнате сгустился. Гости переглядывались, не зная, куда деть глаза. А я стояла у стены и смотрела на человека, с которым прожила пятнадцать лет.
Андрей Сомов. Когда мы познакомились, он работал обычным менеджером в строительной компании. Высокий, темноволосый, с обаятельной улыбкой и большими планами на будущее. Говорил, что хочет открыть собственное дело, строить дома, создавать что-то важное.
Прошло пятнадцать лет. Он так и остался менеджером, правда, теперь среднего звена. А его мечты о собственном бизнесе переросли в постоянное недовольство и попытки самоутвердиться за мой счёт.
— Света, ты чего встала как памятник? — Андрей взглянул на меня поверх бокала с вином. — Неси десерт уже.
— Сейчас принесу, дорогой.
В моём голосе не было раздражения. Наоборот — какая-то странная умиротворённость. Гости это почувствовали. Марина нахмурилась, Василий внимательно посмотрел в мою сторону.
Я принесла торт — заказанный в лучшей кондитерской города, с надписью "Любимому мужу". Поставила перед Андреем, чмокнула его в макушку.
— С юбилеем, солнышко.
— Вот это правильно, — довольно произнёс он, разрезая торт. — Жена должна мужа уважать и ценить.
— Обязательно должна, — согласилась я.
Остаток вечера прошёл в привычном режиме. Андрей рассказывал истории из рабочей жизни, хвастался новым проектом, над которым работала его команда. Гости постепенно расслабились, решив, что семейная буря миновала.
К одиннадцати все разошлись. Андрей, изрядно выпивший, плюхнулся на диван и включил телевизор.
— Света, убери посуду. И проветри комнату — накурили тут.
— Конечно, дорогой.
Я собирала тарелки, складывала их в посудомойку. Движения размеренные, спокойные. В голове крутилась одна мысль: завтра. Завтра всё изменится.
— И что это за спектакль ты сегодня устроила? — Андрей прикрутил звук телевизора. — Ходила как зомби. Гости заметили.
— Какой спектакль?
— Не прикидывайся дурочкой. Обиделась на безобидные шутки?
Я обернулась. Муж лежал на диване, рука под головой, смотрел на меня снисходительно.
— Андрей, а ты помнишь, о чём мы мечтали, когда только поженились?
— О чём это ты?
— О семье. О доме. О том, что будем поддерживать друг друга.
— И что? Я тебя не поддерживаю?
— Сегодня ты назвал мою работу баловством при посторонних людях.
Андрей поморщился, словно ему надоела эта тема.
— Света, не преувеличивай. Я пошутил. У мужчин принято подшучивать над жёнами. Это нормально.
— Нормально?
— Абсолютно. Ты слишком серьёзно всё воспринимаешь.
Я кивнула, вернулась к посуде. Сердце билось ровно, руки не дрожали. Удивительно, какое облегчение приносит окончательное решение.
— Ладно, иду спать, — Андрей поднялся с дивана. — Завтра на работу рано. Кстати, у меня командировка на следующей неделе. В Питер. На три дня.
— В Питер? — я обернулась.
— Ага. По проекту. Переговоры важные.
— Понятно.
— Ты не против?
— Почему должна быть против? Работа есть работа.
Он удивлённо посмотрел на меня — обычно я расстраивалась из-за командировок, особенно внезапных.
— Хорошо. Значит, договорились.
Андрей ушёл в спальню. Я доделала дела на кухне, проверила замки, выключила свет. В спальне муж уже спал, тихонько похрапывая.
Я легла рядом, уставилась в потолок. За окном шумел ветер, гоняя жёлтые листья по двору. Октябрь всегда был месяцем перемен в моей жизни. Пятнадцать лет назад в октябре мы с Андреем поженились. Три года назад в октябре открыла салон. А завтра, тоже в октябре, его жизнь изменится навсегда.
Потому что он не едет в командировку в Питер. Он едет к своей любовнице Кристине в её загородный дом под Москвой. Едет уже полгода каждые выходные под разными предлогами.
И завтра я расскажу ему, что знаю об этом всё.
Продолжение читайте во второй части. (Нажимайте на синюю надпись)